Искра (СИ) - "Emerald" - Страница 228

— Король Рэниари! — Грянул над площадью торжествующий голос Анэраса. — Сам!.. Сам пришел! ВЗЯТЬ ЕГО! ВСЕ ЗОЛОТО МИРА ЗА ЭТОГО ПАРНЯ!

И вроде бы только что колебавшиеся мисиранские солдаты (то ли наступать, то ли отступать?..), разом взревев, устремились к вожделенному сокровищу, смяв ошеломленных защитников короля.

— Нет! — Тоже заорал Эльмаран, изо всех сил пробиваясь к повелителю. Видимо раньше враги не знали, КТО перед ними, пока им не указали на главную добычу.

Около Рэниари, выхватившего из ножен длинные ножи, сражалось лишь несколько защитников. Остальные увязли в мешанине боя. Коразз узнал дядю короля — графа Вороналя… рядом был, кажется, один из его мужей. Остальные оказались незнакомы.

Проклятье! Младшего короля не учили носить доспехи и сражаться в настоящей схватке — то-то он даже без щита! А его зубочистки ничто против закованных в полную броню солдат Анэраса!

И Эльмаран вместе с остальными хилдонцами отчаянно рвался вперед, пытаясь пробиться к своему королю… защитить… спасти… укрыть за дворцовыми стенами. Позор им на их головы, если младший супруг Верховного владыки и отец его наследника попадет в плен!

Но они не успевали… катастрофически не успевали!

И слезы бессилия брызнули из глаз хилдонцев, рвущихся к упавшему королю… как вдруг порыв ледяного ветра ударил из дворца, закрутив на площади яростную метель из колючего снега и острого льда.

Огромные, призрачные птицы, вырвавшись из-под свода Тронного зала, раскидали ошеломленных мисиранцев, разом освободив пространство вокруг потомка древних владык. Размах белоснежных крыльев был просто чудовищен, заставив всех на площади в ужасе замереть. Это случилось так страшно и неожиданно, что гвардейцы Анэраса невольно хлынули назад, испугавшись оглушающего клекота снежных фениксов и их разящих ударов. Даже мимолетный взмах крыльев обжигал холодом. А уж полное касание превращало солдат в ледяные статуи — осколки тех, кому не повезло, валялись по всей обширной террасе.

Люди заметались по площади, прячась за колоннами и арками портиков — и свои, и чужие! И только второй король не почувствовал ничего, кроме ласкового тепла, недоумевая, отчего все так торопливо разбегаются… и лишь потом увидел сверкающие глыбы льда на месте бывших врагов.

Тяжело дыша, Рэни с трудом приподнялся, опираясь на дрожавшие руки. Если бы птицы полностью вошли в силу, от его противников не осталось бы и брызг. Но Рэни ничего не знал о своем наследии. И не знал, КАК питать своих невольных защитников. И потому, разбросав нападающих, снежные фениксы истаяли призрачной дымкой, оставив потомка императоров совершенно беззащитным перед быстро опомнившимся врагом.

— Схватить мальчишку! — Во весь голос заорал Анэрас, взмахом руки вновь посылая своих гвардейцев в сторону сидевшего на ступенях Рэниари. Быстрей!.. Еще быстрее! Пока хилдонцы не опомнились!

Защитники второго короля ничем не могли ему помочь… просто не успевали! И сердце коронованного мисиранца уже полнилось предвкушением, когда на плиты дворцовой площади мягкой тяжестью опустилась черная лапа, выбив из камней сноп искр крепкими как сама сталь когтями. И низкий… почти беззвучный… рык, сводя души ужасом, потряс как союзников, так и противников.

Над сжавшимся в комок юношей клоком непроглядной тьмы встал невиданный прежде зверь!

Тело кота… да, какого ***** кота! Целая лошадь, а не кот!.. гибкое тело пантеры, с перекатывающимися под гладкой шерстью буграми просто жутких мускулов… широко распахнутые крылья дракона. Каждая серебристо-черная чешуйка крыльев была крепче и острее самых лучших клинков, разом отразив многочисленные дротики растерявшихся мисиранцев! Белоснежные клыки оскалились, демонстрируя готовность разорвать любого, кто покусится на любимого Хозяина. И внезапно выросший Черныш с треском взмахнул смертельными крыльями, закрывая сжавшегося у его лап Рэниари.

— Малыш… ты ли это?.. — чуть слышно вопросил юноша, с трудом поднимая голову. Сил не оставалось совсем. И только гордость заставляла еще шевелиться. — Как же ты вырос… красивый какой!

Почему-то совсем не было страшно. А чего бояться — это же тот очаровательный и одновременно нескладный котенок, которого он когда-то спас! Шершавый язык тут же радостно облизал запрокинутое лицо второго короля, обещая любовь и защиту.

— Фу! Мелкий!.. — Невольно улыбнувшись, Рэни оттолкнул радостно скачущего вокруг него Черныша. И если раньше в исполнении небольшого кота это смотрелось умилительно, то теперь…

— Ты же ростом с лошадь! Паразит ты этакий! — Не выдержав, закричал Рэниари на прыгающую животину, что клацала по камням огромными когтями и небрежно отмахивалась крыльями от летевших со всех сторон стрел и дротиков. Хвост кошака мимоходом смахнул какого-то подобравшегося сзади чересчур наглого мисиранца. Несчастного, в раздавленных всмятку доспехах откинуло на лестницу, откуда он и скатился благополучно вниз. Собственные союзники тоже пребывали в ступоре, не зная, как реагировать на внезапно выросшую игрушку повелителя. — Ну, успокойся, малыш!

Послушавшись, Черныш лег, заключив в кольцо мощных лап ослабевшего хозяина, и тут же заурчал от радости, что сумел помочь и спасти. А Рэниари принялся шарфом оттирать окровавленную морду откровенно млеющего кота.

— Посмотри, как измазался! — Сердито приговаривал юноша, вытирая мокрую шерсть Черныша. — Драко-лошадь ты, а не кошак! Лучше помоги добраться до сына… совсем сил нет…

Пригнувшись, маго-кот позволил себя оседлать и горделиво понес припавшего к его холке Хозяина внутрь дворца, прикрывая крыльями от всевозможных опасностей.

Этот демарш тем более удался, что в спину бесящемуся от ускользающей добычи Анэрасу ударил весьма крупный и слаженный отряд — судя по особенностям доспехов — с далекого Севера.

И Рэниари невольно остановил Черныша, с высоты его спины ошеломленно наблюдая, как воины в накидках из шкур полярных волков деловито вырезают целый отряд элитных гвардейцев Мисирана. Рядом с племянником встал тяжело дышавший Баррэт, обеими руками опираясь на рукоять фламберга — путь от причала ко дворцу нелегко дался старшему Вороналю — треть его отряда как корова языком слизнула. По другую сторону Рэни на вздернутом крыле маго-кота беззастенчиво повис такой же усталый Лотэ. Черныш скептически покосился на довесок, но решил не стряхивать такое приобретение, видимо впечатлившись землисто-серым лицом парня.

— Кассин, займись моим мужем, — негромко приказал Баррэт, не отводя взгляда от внезапных союзников. — Говорил же дома оставаться…

— Плевать… — невнятно пробормотал Ло, все еще вися на Черныше. — Я Сэри обещал…

— Лорд, лучше помогите мне устроить раненых, — дипломатично вмешался маг, прерывая перепалку супругов.

— Не может быть… — потрясенно прошептал вдруг Рэниари, уставившись на высоченного, ростом с Баррэта, воина, полностью закованного в броню синеватой стали. Забрала на его шлеме не было. И открытое по обычаю северян лицо буквально притянуло к себе взгляд Искры.

— Барр, мне это снится?! — Беззвучно выдохнул младший король, поворачиваясь к столь же обалдевшему дяде. Рядом замер недоумевающий Лотэ — для него пробивающийся во главе своих людей северный лорд был незнаком. — Это же Ольвин!

— Ага… — выдал Ворональ, сам некрасиво уронив челюсть. — И судя по своим замашкам, он все-таки стал лордом…

Они встретили главаря северян в полуразгромленном Тронном зале дворца. От великолепных витражей остались лишь фигурные решетки, в которых некогда крепились разноцветные стеклышки. Сами стекла повылетали от взрывов файерболов, да и бронза решеток тоже кое-где оплавилась.

Но в остальном зал пострадал несильно. Все так же возвышались на Королевском помосте два трона (у одного, правда, спинка треснула…). И все так же среди росписи потолка замерли два эдэльрима, как будто и не они только что вылетали на помощь вернувшемуся домой властителю. Вот только Рэниари казалось, что огромные птицы словно бы ожили, и темно-синие бусины их глаз слегка поблескивают, наблюдая за ним. Ан, нет!.. точно, наблюдают… и крыло слегка шевельнулось. Что бы это значило?! Ладно, пусть маги разбираются в этих непонятках. Вон, Итарон так и замер, не отрывая взгляда от снежных фениксов.