Искра (СИ) - "Emerald" - Страница 233

А город горел. Город сражался. Взрывался яростными криками отчаянно сопротивляющихся горожан. Мисиранцы опять прорывались в самый центр, ко дворцу. Но повсеместно встречали бешеное сопротивление. Вражеские маги не слишком-то могли помочь своим войскам, блокируя хилдонских магов во дворце. И солдатам с боями приходилось брать каждую улочку, каждый дом огромного города. Впрочем, Анэрас и не ставил перед своими частями задачу полного захвата вражеской столицы. У коварного мисиранца были свои планы. И ему нужен был лишь дворец со всеми его жителями, так что в Меайре возникла парадоксальная ситуация, когда часть городских кварталов была тиха и спокойна, а в других шла бойня.

Но ближе к Королевскому холму все больше и больше было сражающихся. Многие особняки горели, оглашая окрестности воплями погибающих в пламени людей. Порой противники дружно драпали с какой-нибудь улочки, охваченной пламенем, чтобы затем вновь разделиться и вцепиться друг другу в горло. Но Сиорол слишком быстро пролетал мимо всех этих схваток, и на него не успевали отреагировать. Бывшему лорду было сейчас на все плевать, в том числе и на себя. Важно было спасти Галчонка!

И он молил всех богов и демонов преисподней, чтобы был жив тот, к кому он так спешил!

Старый маг… отец Мориэля.

Слетев с седла на землю возле знакомой ограды, Сио подхватил умирающего мальчишку на руки и бросился по дорожке к дому, не обращая внимания на скрученную, скомканную сеть магической охранки. Плевать на все! Быстрее! Еще быстрее!

И, вылетев из-за поворота, мужчина едва не споткнулся об труп красивого мальчика… обнаженного, с широко распяленными ногами и окровавленным пахом…

Синие как и Галчонка глаза мертво смотрели в затянутое дымом близких пожарищ небо.

И только потом Сиорол увидел подсвеченные изнутри яростным огнем стены роскошного особняка, чем-то напоминающие полупрозрачную шкатулку, наполненную почти бесшумным пламенем. Только звонко лопались, осыпаясь вниз раскаленными брызгами, стекла некогда великолепных витражей… да от жара скручивались в темные трубочки листья слишком близких деревьев.

Не веря… не желая верить увиденному, Сиорол застыл и медленно попятился за поворот, едва не взвыв от тоски и разочарования!

Ну, почему?! Почему?! Когда он так нужен, этот старый ******* сдох?! Почему он позволил сработать проклятию именно тогда, когда так нужен?!

На глазах у почти потерявшего разум мужчины стены особняка вдруг вздрогнули и лениво… даже как-то аккуратно сложились во внутрь. И в небо с победным ревом устремилось яростно-рыжий столб пламени.

Все-таки коротко взвыв, Сио развернулся и, загребая ногами гальку на садовой дорожке, побрел к выходу. По измазанным гарью щекам бывшего лорда неудержимо катились частые слезы, а в груди не было ничего… одна пустота. На руках мужчины умирал его любимый человек, и больше помощи не было. Где в этом хаосе искать целителя?..

Запаленная скачкой лошадь, часто поводя боками от шумного дыхания, широко расставив дрожавшие ноги и низко опустив голову, стояла там же, где ее и бросили. Взяв несчастное животное за узду, Сиорол вдруг застыл, подняв взгляд полубезумных глаз на Королевский холм, увенчанный дворцом.

Там были маги…

Там была столь нужная… необходимая!.. помощь для Мори.

И Сиорол, кое-как устроив Галчонка в седле, решительно потянул жалобно ржавшую лошадь за повод.

…Путь через передовую потом вспоминался как какое-то бесконечное проклятие.

Он не знал, как… каким образом сумел преодолеть все препоны. Вся дорога превратилась для него в кусочки страшной и очень яркой мозаики.

Кусочек первый…

Лошадь стала на дыбы, и он едва успел подхватить соскользнувшего с седла бессознательного Мори. И потратил драгоценные мгновения на то, чтобы избить бессловесное, перепуганное едва не до сердечного приступа животное — впереди горел дом, но пройти можно было только через него. В соседних переулках кипела кровавая бойня. Но проклятый конь, отмахиваясь всеми копытами и рвя из рук узду, не желал идти в огонь. Прекратив зло выкручивать ухо хрипящей и роняющей на мостовую клочья пены животины, Сио подхватил Мори на руки и повернулся к пылающему особняку. Он смутно помнил, что когда-то давно уже был в этом доме. В те времена, когда старшие Вориндо и его отец были еще живы. И, кажется, дядюшка Асин угощал его сладостями в одной из комнат погибающего теперь в огне особняка. Но Сиорола больше не трогало прошлое. Нужно было пройти через огонь здесь и сейчас.

И магические линии послушно сплелись вокруг своего хозяина, формируя защитный кокон. Как это у него получилось, мужчина потом так и не смог понять — до сих пор он мог лишь видеть магию, но не повелевать ей. Но защита позволила пройти ему сквозь пылающий дом, где в комнатах, залах и коридорах вставали сплошные столбы яростно ревущего пламени, закручиваясь бешеными протуберанцами так низко над головой.

Кажется, там совсем невозможно было дышать…

Сио не помнил. Только он сумел каким-то образом вывалиться на соседнюю улицу, откуда совсем было близко до осажденного дворца. И, кашляя, зигзагами помчался прочь от рушащегося за спиной особняка…

Кусочек второй…

Какие-то люди сражались с наступающими мисиранцами, а он отрешенно шел между ними, ступая твердо и осторожно. Шел, укачивая в своих руках заснувшего Галчонка… Так было проще — думать, что его Мори просто спит, а не обвисает на руках мертвой тяжестью.

И Сио просто шел, укрывая своего мальчика плащом от ужасов войны. Он шел, не обращая внимания на звон мечей и грохот рушащихся зданий вокруг себя…

Кусочек третий…

Какой-то солдат (мисиранец?.. хилдонец?..) замахнулся на него мечом. Но, заглянув в глаза Сиорола, с диким визгом убежал.

Равнодушно пожав плечами, мужчина продолжил свой путь. И только проходя сквозь очередной полуразрушенный дом, заметил мелькнувшую в боковом проходе жуткую фигуру.

Замерев, Сио задрожал, как можно крепче прижав к себе Мори. И в ту же секунду понял, что видит собственное отражение в чудом уцелевшем зеркале.

У него были спокойные глаза абсолютно безумного демона…

Кусочек четвертый…

Кусочек пятый…

…шестой…

Сколько таких кусочков?

Сиорол уже и не помнил.

Мозаика, безумный калейдоскоп красок… чьи-то перекошенные лица, оскаленные зубы… крик, что воспринимается как тишина… кровь… огонь…

И теплая… пока еще!.. теплая тяжесть Мори на дрожащих от напряжения руках.

Действительность он осознал в тот самый миг, когда его обступили размытые фигуры в знакомой ало-золотой форме гвардейцев Хилдона.

— Пожалуйста!.. Целителя… — сумел еще прохрипеть Сиорол обожженным ртом, обмякая в руках подхвативших его солдат.

Кто-то попытался бережно забрать у него Мориэля, но бывший лорд изо всех сил вцепился в своего любимого, больше всего на свете страшась с ним расстаться. Их так и потащили вместе во дворец. А Сиорол блаженно плакал, закрыв глаза, счастливый от того, что дошел… донес… спас…

На себя ему было наплевать.

Пришел он в себя в какой-то комнате, когда притащившие их с Галчонком гвардейцы, встряхнув, поставили бывшего лорда перед группой людей вокруг стола с ворохом карт.

— ТЫ?!!.. — знакомые аквамариновые глаза «кузена» заставили бывшего лорда осознать действительность.

— Прошу!.. Спаси его!.. — прохрипел Сиорол, с трудом опускаясь на колени. Тело, обожженное и покрытое многочисленными волдырями, горело. Мужчину заметно трясло, кажется, начинался жар. Но он как на самих богов смотрел на затянутого в серебристый охотничий костюм Рэниари, и на вставшего рядом с ним хмурого Баррэта. — Что хотите сделаю, только спасите его!

По знаку Рэниари пара подбежавших целителей забрала у мужчины его Мори. Пальцы, сведенные судорогой, не желали разжиматься, но Сиорол заставил себя отдать магам драгоценный груз, лишь глазами провожая уносимого юношу, так и не пришедшего в себя.

— Ты ведь хотел меня убить?.. — с неизбывным удивлением вымолвил Рэниари, вглядываясь в почерневшее, полубезумное лицо бывшего родича. — Зачем же тогда пришел?