Последняя черта - Кожанов Семен - Страница 68

— Здесь восемь человек, троих убили — итого одиннадцать, — внимательно глядя на пленных, произнес я. — Что-то маловато для перегона восьми грузовиков. Где остальные?

— Был еще капитан и три лейтенанта. Все четверо — татары. Они нас и разоружили. Суки! — зло ответил один из пленных, немолодой уже дядька, лет сорока. Его голова была замотана окровавленной грязной тряпкой.

— Понятно. Хотите посчитаться с ними?

— А что, есть возможность? — глаза пленного жадно заблестели, и он подался всем телом вперед.

— Конечно, есть! Война все-таки. Так что, кто хочет поквитаться с татарами, милости просим в наш отряд народного сопротивления! — я обвел рукой весь двор, давая понять пленным, что нас много. — Оружие дадим, тем более, как я понимаю, его здесь навалом.

— Как война? С кем война? Какая еще война? — вопросы посыпались как из рога изобилия. Четверо пленных встали на ноги и подошли ко мне поближе, остальные безучастно сидели на траве и, казалось, были абсолютно равнодушны к происходящему.

— Обычная гражданская война, — как можно спокойней ответил я. — Татары решили захватить власть в Крыму. Сейчас на всей территории полуострова идут бои, — в этом месте я немного приврал. Честно говоря, я абсолютно не владел информацией об обстановке на полуострове. Но то, что в Керчи начались боевые действия, был уверен на сто процентов.

— Давай автомат, магазинов десяток, гранат штук пять, — пленный с замотанной головой сурово посмотрел на меня. — Водки бы еще выпить и пожрать чего-нибудь, а то желудок к ребрам прилип!

— Ты хоть скажи, как тебя зовут и откуда ты родом? — спросил я у мужика, опешив от перемены его настроения.

— Остап меня зовут. Остап Федорович Кнуш. Сорок семь лет. Воевал в Афганистане. Так что не переживай — не подведу.

— Отлично! Кто еще хочет повоевать? — спросил я у остальных пленных.

— Я, — сказал молодой парень с волосами рыжего цвета и лицом, покрытым россыпью веснушек. — Только мне бы домой как-то сообщить, что я жив, а то мамка волноваться будет.

— И я, — произнес паренек невысокого роста, с немного косыми глазами. — Я как все.

— Я тоже пойду. Они Кольку убили. Падлы! — четвертый парень был самый рослый из всех тех, кто сейчас стоял передо мной. Настоящий богатырь — косая сажень в плечах.

— Ну а вы что? — Остап повернулся к тем парням, которые остались сидеть на траве. — Вы что, так и будете нюни распускать? Вы — мужики или подстилки дешевые? А ну ВСТАЛИ! — оглушительно рявкнул Кнуш. — Сопли вытерли!

Все, четверо поднялись по его команде.

— Если они не хотят поквитаться за смерть своих товарищей, то не надо и настаивать, — сказал я, удерживая Остапа за плечо. Я видел, что еще мгновение — и Кнуш кинется бить нерешительную четверку. — Парни, я понимаю, что вы еще слишком молоды и вам очень не хочется умирать. Поэтому от вас потребуется только одно — перегнать «Уралы» и «Газели» в безопасное место. А потом мы вас переправим на российский берег — там спокойно и безопасно.

— Правда? — с надеждой в голосе произнес один из парней.

— Конечно, правда! — ответил я. Повернувшись к Остапу, спросил: — Что в «Уралах»?

— АКМы, «ручники» под 7,62, пулеметы Калашникова. Каждый десятый АКМ с подствольным гранатометом. Станковые гранатометы. СВД, РПГ-7, РПГ-18, РПГ-22 и РПГ-26. Патроны, ВОГи, ручные гранаты РГД-5 и Ф-1, — ответил Кнуш. — Когда перегружали «Газели», видел, что в них обмундирование, «разгрузки» и «бронники».

— Отлично! Все, кто хочет взять оружие в руки, бегом к машинам — вооружиться и переодеться. Остальные — найдите себе обувь и одежду, а потом к машинам, чтобы проверить их работоспособность. Только делайте все очень и очень быстро — у нас мало времени, боевики могли услышать звуки стрельбы.

К грузовикам за оружием побежали пятеро — к первой четверке присоединился еще один боец, на вид самый «дохлый» — худой и щуплый, шея как моя рука, зато уши — большие и оттопыренные, похожи на два вареника.

— Командир, подойди! — крикнул Енот, он стоял возле одной из «Газелей» и что-то рассматривал в ее кабине.

Подойдя к машине, я сразу заметил, что она отличается от стандартной комплектации. Колеса были подняты выше, чем обычно, кабина спаренная, двойная — усилена дополнительными листами железа. Лобовое стекло забрано решеткой, а само на вид, матовое и немного тусклое — скорее всего это и не стекло вовсе, а разновидность бронированного пластика. На крыше кабины была приварена тренога с подвижно закрепленным станком, на которой разместилась спарка из АГСа и ПК. Задняя стенка кабины отсутствовала напрочь — из кузова можно было попасть в кабину. С правой стороны кабины было приварено еще одно крепление для пулемета, рядом с креплением висела брезентовая «кишка» гильзоуловителя.

Кто-то очень сильно постарался, чтобы переделать мирную «Газель» в некое подобие легкобронированной рейдовой машины.

— Командир, глянь, здесь рация, таблица частот и список позывных! — Енот показал на заднюю часть кабины, где рядом с радиостанцией, прямо к металлу был прикручен блокнот. — У этих деятелей был позывной — «Хазир». А вообще, в списке двадцать семь позывных.

— Коршун, Коршун. Это Испанец. Прием! — прошелестел голос Испанца в динамике моей рации.

— Коршун на связи. Прием!

— Коршун, у нас гости. Две машины — пассажирская «Газель» и «шоха». Во всех машинах мужики, у половины на головах зеленые повязки с какими-то буковками. Думаю, это исламисты!

— Подпусти поближе и бей. Твоя — «Газель». Белка займется «шохой». Твой выход первым! Белка, ты меня услышала? Прием!

— Сделаем! — лаконично ответила девушка.

— Быстрее, быстрее! — закричал я. — У нас гости.

Я подошел к грузовику и достал из открытого ящика несколько снаряженных «улиток» для РПК.

Со стороны поля донесся звук гранатного разрыва, а потом через несколько секунд — длинные пулеметные очереди. Взрыв, еще взрыв — судя по лопающемуся звуку, это детонировали бензобаки в машинах. Пулемет стих, но через несколько минут опять разродился несколькими, короткими очередями.

— Командир, прием!

— На связи. Что у тебя!

— Все зеленые мужики в минус, — даже сквозь шум помех было слышно, что Испанец очень доволен собой. — Прием!

— Испания, бери машину и мухой к нам! Белка, держи дорогу. Как поняла? Прием!

— Поняла.

— Командир, надо делать ноги, сейчас сюда басмачи, слетятся, как пчелы на мед! — Енот проверял наличие боезапаса в машине. — С этими тяжело груженными «бегемотами» нам далеко не уйти.

Я прекрасно понимал, к чему сейчас клонил Енот — по грунтовой дороге, которая петляла через степь, мы были бы прекрасной мишенью. Это на легковой машине можно было бы легко уйти от погони, а колонне из «Уралов» и «Газелей» будет очень тяжело. Надо придумать отвлекающий маневр, который позволит уйти грузовикам. Ну не мог я бросить такие знатные трофеи на произвол, оружие и патроны нужны сейчас в городе.

Ревя мотором, во двор влетела «Хонда». Испанец, выскочил из машины, радостно размахивая рукой.

— Все ко мне! — крикнул я.

Когда все, кто был во дворе, подошли ко мне, я рассказал примерный план действий:

— «Уралы», «Газели» и «Хонда» уходят в город. Со мной останутся Испанец и Остап. Старшим колонны назначается… Енот, — произнес я, обводя взглядом всех присутствующих. — Закиньте в переделанную «Газель» дополнительный запас пулеметных и гранатометных лент, десяток разовых гранатометов и СВД с боезапасом. Дом заминируйте так, чтобы он взорвался через полчаса.

— Может, вместо Испанца останусь я, — предложил Енот.

— Молодой человек, а в рыло не хотите за такие предложения? — пробурчал подошедший Испанец.

— Нет, Енот, ты мне нужен в городе. Все-таки ты пользуешься большим уважением среди интернатовских, чем Испанец. Надо не просто провести караван с оружием в город, надо еще и вернуться обратно, причем с поддержкой. Как только доберешься до нашей базы, сразу же свяжись со мной по рации, теперь мой позывной — Анархист. Запомнил? — я хлопнул парня по плечу. — Не бойся, Жека, повоюешь еще! Давай, быстрее, выезжайте! Времени мало! Не забудьте Варвару с башни забрать.