Последняя черта - Кожанов Семен - Страница 71

Я бил короткими очередями, пытаясь не столько попасть, сколько прижать зеленые каски к земле. Справа от меня раздался хлопок, и противотанковая ракета, выпущенная Испанцем улетела в сторону противника.

Бах! — ракета взорвалась, ударившись об угол сарая, за которым виднелась кабина «Урала».

Та-та-та! — зачастил длинными очередями автомат Испанца.

— Отходи к машине! Я прикрою! — крикнул я, меняя барабан в ручном пулемете. — Прибежишь к машине, перезаряди АГС и стреляй из него навесом, как из миномета!

Испанец кивнул головой и, пятясь по-рачьи, отполз назад, потом поднялся на ноги и, низко пригибаясь к земле, побежал обратно к машине. Я сполз на землю, вжимаясь в нее. Бойцы противника нащупали мою позицию, град пуль выбивал каменное крошево из бетонной опоры, за которой я прятался.

Я перекатился вдоль забора и спрятался за большой кочкой, потом еще перекатился и ушел с линии огня, прячась за какой-то хозпостройкой, которая протянулась метров на десять вдоль забора.

Бах! — рядом с моей головой брызнуло каменное крошево, оттого что в стену сарая, за которой я прятался, попал залп дроби.

Бах! — еще один залп дроби отбил большой пласт штукатурки, напротив того места, где всего мгновение назад была моя голова.

В десяти метрах от меня, из-за забора, увитого кустами ежевики, торчал ствол охотничьего ружья.

Переместив ствол пулемета на забор, я дал две короткие очереди.

— А-ааа! — закричал кто-то от дикой боли по ту сторону забора. Так тебе и надо, будешь в следующий раз думать перед тем, как в кого-то палить из дробовика.

Установив пулемет на сошки, я лег на землю и выпустил содержимое барабана в сторону наступавших солдат. Сменил пустой барабан на автоматный рожок и, пятясь назад, стал огрызаться короткими очередями в просветы между заборами и деревьями, туда, где мелькали бойцы противника.

Тух-тух-тух! — сзади раздалось «кваканье» автоматического станкового гранатомета. ВОГи, поднявшись по короткой дуге, взорвались где-то между мной и дорогой, на которой стояли «Уралы». Вот и отлично! Я поднялся в полный рост и быстро побежал по проулку, в сторону, где стояла наша «Газель».

— Снеси вон тот столб! — крикнул мне Остап, протягивая две «Мухи».

Перед «Газелью» отсутствовал кусок забора, шириной метра три. Остап планировал проехать через огород близ стоявшего дома и выехать на следующую улицу. Отбежав в сторону, я посмотрел назад, чтобы убедиться, что там никого нет, и, разложив тубус гранатомета, выстрелил в столб, который удерживал два сегмента бетонного забора.

Взрывом снесло столб и один из пролетов забора. Мне показалось, что этого недостаточно, поэтому я вскинул второй «тубус» гранатомета и выстрелил в столб, который стоял следующим. Взрывом столб не сбило — граната ушла в сторону, но зато хотя бы повалило на землю еще один сегмент забора. В итоге образовалась брешь, в которую легко проехала бы не только «Газель», но и целый автобус «Икарус».

Я побежал вслед за нашей машиной, которую Остап осторожно вел через огород. Под ее колесами гибли грядки с молодой картошкой, луком и клубникой — видно было, что рачительные хозяева совсем недавно высадили рассаду.

— Найди где-то в кабине дымовые шашки! — крикнул я Испанцу, который менял «улитку» в АГСе.

Я достал из разгрузки две осколочные гранаты и моток лески. Когда наша «Газель» пересекла линию поваленного забора и выехала на нормальный проселок, я установил в бреши забора растяжку. Запрыгнув в кузов машины, уселся на пол и, наведя ствол пулемета назад, перевел дыхание. Сердце билось в груди загнанной лошадью. Достав из кармана шоколадный батончик, я в два укуса съел его, потом достал еще один и тоже съел. Израильские чудо — таблетки оказалось на проверку не таким уж и волшебным — я все равно чувствовал боль и усталость. А вот в отношении глюкозы продавец не соврал — съесть что-нибудь сладкое хотелось постоянно!

— Забирай левее, нам надо выехать на дорогу, которая огибает село вокруг, по ней выедем на городское кладбище и уйдем в город, — сказал я Остапу.

Через несколько минут, когда мы уже ехали по окружной проселочной дороге, я расслышал сзади сдвоенный взрыв гранат. Значит, моя растяжка сработала! Хорошо бы еще, чтобы она сработала с пользой, а то ведь на ней мог подорваться и хозяин дома, через чей огород мы убегали! Растяжка, она дура такая, ей все равно кого рвать в клочья!

Наша машина осторожно ехала по дороге, через поле, в трехстах метрах впереди виднелось городское кладбище, когда мы до него доберемся, можно будет считать, что мы в безопасности. Поле было изрезано рытвинами и промоинами — рядом проходило русло мелкой речки, которая весной разливалась, превращая поле в болото. Обернувшись, я посмотрел на село, там сейчас творилось что-то непонятное — гремели взрывы, раздавались автоматные и пулеметный очереди, несколько раз выстрелил танк. Над сельскими домами поднимались густые клубы дыма. Среди домов и огородов разгорался ожесточенный бой. Вот только не понятно: кто с кем воевал? Возможно, ополченцы по ошибке, сцепились с армейцами.

Включив сканер рации, я принялся слушать эфир:

— …ель! Белая «Газель»! Это Хазир! Найдите его!

—..ах Акбар! Аллах Акбар!

Хреново — нашу машину засекли, значит, надо избавиться от нее! Иначе нас могут зажать где-нибудь в городе. Еще раз посмотрев на село, я увидел, что из клубов дыма на поле выехал Т-80. Башня повернулась несколько раз из одной стороны в другую, нащупывая цель.

— Гони! — крикнул я, стукнув кулаком по крыше кабины.

«Газель» прыгнула вперед как ужаленная.

Бах! — раздался далекий выстрел танка. Ба-бах — совсем рядом, метрах в двадцати, впереди движения машины поднялся султан взрыва. Бах! — еще один выстрел танковой пушки! Ба-бах! — взрыв прогремел совсем рядом. Машину кинуло в сторону, она пошла юзом и, не удержавшись на повороте, завалилась на борт. Я успел выпрыгнуть из кузова, несколько раз перекувыркнувшись через голову.

Бах! — снова выстрел танка. Ба-бах, — султан взрыва поднялся метрах в пятидесяти от машины.

— Живы? — спросил я, подбегая к машине.

Увидев, что Остап и Испанец целы и невредимы, если не считать порезов и ссадин, я нашел валяющиеся на земле «тубусы» гранатометов. Взял их в руки и, низко пригибаясь, побежал навстречу танку. Бежал наискосок, через поле, сокращая дистанцию с танком. Надеясь, что танкисты меня не видят, я бежал по руслу ручья, который протекал в канаве, глубиной около двух метров. «Муха» прицельно бьет на двести метров. До танка было не меньше полукилометра. Пробежав метров сто, я выхватил первый «тубус» разложил его и, вскинув на плечо, поднял трубу под углом, выстрелил. Отбросив пустой контейнер, я подхватил остальные и снова побежал вперед, забирая на этот раз левее, туда, куда уводило меня русло ручья. Бум! — раздался где-то впереди взрыв противотанковой гранаты. Я не надеялся попасть в танк — противотанковая граната попросту не долетела бы до него. Я хотел всего лишь отвести внимание танкистов от перевернутой «Газели».

Бах! — выстрел танка не заставил себя ждать. Бабах! — султан взрыва поднялся метрах в ста позади меня. Теперь танк стрелял по полю, стараясь нащупать гранатометчика, то есть меня.

Остановившись, я снова вскинул «Муху» на плечо. Выстрел — ракета унеслась в небо, оставляя за собой еле заметный дымный след. Отбросив пустой футляр, я подхватил последнюю трубу и побежал вперед, забирая вправо.

Бах! — танк выстрелил в очередной раз. Ба-бах — султан взрыва прогремел метрах в двадцати от меня. Взрывная волна сбила меня с ног и повалила на землю. Поднявшись, я перебежал еще метров десять и, упав на одно колено, вскинул на плечо последний «тубус» гранатомета. Танк медленно ехал вперед, вращая башней. Я выдохнул и плавно нажал на спуск, ведя «тубусом» по ходу движения танка. До танка было чуть меньше двухсот метров — дистанция критичная для противотанковой ракеты «Мухи». Для РПГ-18 самой надежной дистанцией считается сто метров, дальше ракету начинает крутить, бросая ее из стороны в сторону. Мне повезло, ракета попала в танк, правда при этом не взорвалась, а соскользнула с покатой башни танка и свечой ушла в небо, взорвавшись над ним.