Орден последней надежды. Тетралогия (СИ) - Родионов Андрей - Страница 278

Это не торговцы, и не те унылые квадратные коробки из дерева, кои по простоте душевной европейцы именуют боевыми судами. Это трехмачтовые каравеллы, и выглядят они точь?в?точь как тот светящийся корабль, «Мститель», что потопил нас в Ла?Манше пару лет назад. В бортах прорезаны орудийные порты, и пусть пушки стоят пока что в один ряд, это только начало. Потребуется – разместят и в два, и в три ряда.

Тут главное принцип понять, что пушкам вообще не место на палубе, ведь чем ниже расположены тяжеленные орудия, тем выше остойчивость судна, а уж боевые его качества возрастают вообще неимоверно! Часть судов уже готова, часть еще в процессе постройки, и не надо быть специалистом, чтобы понять: они все новые!

Не поняли? Объясню: раз построенное судно, если не наскочило на риф, или не перевернуло его гигантской волной, живет очень долго. На нем меняют мачты, обшивку, доски палубы, но сам корабль предназначен бороздить волны по сотне лет и более. Слишком уж дорогая это и сложная в техническом исполнении игрушка, чтобы быстро окупиться. Построить новый корабль стоит немеряно денег, а уж оснастить его пушками… А тут не одна каравелла, и не десяток, их тут едва не сотня!

Осознав это, я ежусь. Похоже, внутри Англии зародилось новое, передовое в военном и техническом отношении государство, и оно собирается заявить о себе, как о ведущей морской державе! Я задаю себе главный вопрос: и против кого же готовится такая силища? В мире просто нет подходящего ей противника!

– Постой, – ошеломленно бормочет внутренний голос без всегдашней своей издевки, – Да погоди ты!

– Чего?

– А ты уверен, что находишься в правильном прошлом?

– Это…как?

– А вот так! – с прорвавшимся ожесточением передразнивает вечный насмешник. – Мозг включи уже наконец.

– Объяснись.

– Не было в нашей истории никаких друидов?чудотворцев да магических мечей, разве что в сказках. Это во?первых. А во?вторых Жанну сожгли, и это – непреложный исторический факт, как ни крути.

Я пытаюсь возразить, но тот бубнит, не остановишь:

– В?третьих: ты вокруг оглянись. Да такими темпами лет через десять орден Золотых Розенкрейцеров не только Англию с Францией, он всю Европу под себя подомнет.

– Это еще вилами на воде писано, – неуверенно говорю я.

– Вспомни, это ведь Испания должна стать владычицей морей. Это ее супероружие – гигантские галеоны будут бороздить Атлантику, доставляя из нового света драгоценные металлы и всяческие диковины. Ни одного испанского галеона враги так и не смогут захватить, слишком уж они выйдут быстрыми и мощными.

– Ну и что?

– Но Великую армаду, что двести лет спустя пойдет покорять Англию разгромят не английские галеры, а шторм! Так это будет два века спустя! Ты вдумайся!

– Во что? – тупо переспрашиваю я.

– Да в то, что Золотые Розенкрейцеры уже сейчас готовы остановить любую армаду! Понял теперь? Испанцы силу наберут только через пару веков, а орден – вот он, рядом, только руку протяни. И вскоре рыцари розы и креста заявят о себе всему миру. Ну и где ты по?твоему, в своем мире или нет?

Я растерянно замолкаю. Увязавшийся за мной воин, тот, что рассказывал об удивительных свойствах горючего камня, назойливо жужжит, похваляясь сколько ткачей поселилось в городе, так что "все паруса для кораблей мы теперь изготавливаем сами". Плетет что?то про "лучшие в мире корабельные канаты", что плетут (можно подумать я удивлен) на месте, в Барнстапле. Еще что?то о строящихся заводах…

– Похоже, по?хорошему он не уйдет, – ехидничает внутренний голос. – Придется тебе угостить его кружкой?другой доброго эля.

– Ладно, – говорю я наконец. – Допустим, это не мое настоящее прошлое. Я нахожусь в одном из альтернативных вариантов истории. Попал туда, где реализовалось "то, что могло быть"… Да и плевать!

– Как так? – с изумлением переспросил внутренний голос.

– А вот так, – сказал я хладнокровно. – Слюной. С самой высокой колокольни, башни или минарета. С вершины Джомолунгмы. Я тут для того, чтобы спасти Жанну, а мелкие детали мне – по барабану!

И жизнь потекла прежним манером. Жак Кер не давал о себе знать, и мы со Стефаном легко втянулись в простую, незатейливую жизнь наемников. Разводы, караулы, учения. Караулы, учения, разводы. Состязания между лучниками и арбалетчиками. Обучение владению топором (задело меня язвительное замечание покойного сквайра Артура, чего уж скрывать). Опять караулы.

Все свободное от службы время я посвящал прогулкам по городу, тщательно изучая каждую его улочку. Вскоре я знал его назубок, все имеющиеся в нем церкви, таверны, бордели, торговые лавки. В один прекрасный день в оружейной лавке я столкнулся с высоким, чернобородым господином. Тот ухватил меня в объятья, ребра жалобно затрещали, от неожиданности я ахнул.

– Дорогой друг, – гудел он густым басом, – я часто думал о вас. А вы – вот он.

Приглядевшись, я без труда узнал Гельмута Вайса, того самого строителя, спасенного мною из клетки людоедов.

– Рад видеть, – улыбнулся я.

– А уж я?то! – Он церемонно поклонился. – Вечный ваш должник. Вы непременно должны придти к нам на обед, жена будет рада познакомиться!

Мы разговорились, беседа продолжилась в таверне. Между делом мастер похвалился, что занимается сейчас постройкой некой важной диковины, тут он оглянулся – но вам?то можно, вы – свой, – которая неприятно удивит врагов.

Я заинтересовался, и мастер немедленно объяснил, что главная проблема при вторжении на чужую территорию – отсутствие надежного места, где завоеватели могли бы отсидеться в безопасности.

– Вы понимаете, Робер, – горячился он, – ведь для того меня и вызвали, чтобы решить эту проблему!

Я немедленно припомнил римлян, что каждый вечер строили лагерь для ночлега, и Гельмут тут же скривился.

– Не читайте летописей, мой друг, многое там высосано из пальца! – как бы подчеркивая свою мысль Вайс хлопнул ладонью по столу, и объявившийся слуга тут же забрал пустые кружки, оставив взамен две пинты эля. Мы незамедлительно вооружились новыми кружками, и тут Гельмут заявил:

– Я проверил те истории на практике!

Я поперхнулся пивом, во все глаза уставясь на собеседника. Было чему изумиться. Даже в мое время, в двадцать первом веке серьезные вроде бы ученые истово верили всему, что написана в летописях. А вот Гельмут – настоящий ученый, раз проверяет теорию практикой.

– Расскажите, прошу.

– Взял я пару сотен человек, и попробовали мы на хорошем грунте построить точное подобие укрепленного римского лагеря, кои те якобы воздвигали каждый вечер вокруг стана.

– И что получилось?

– Глупость это и сплошные сказки, – ответил Гельмут с некоторой грустью. – Совершенно нереально выполнить подобный объем работ в указанное время. Работай они неделю, тогда, быть может уложились бы. Но каждый вечер перед сном…

– И что же вы решили?

– Я строю перевозную крепость! – объявил Вайс с торжеством. – По окончании строительства мы пометим каждое бревно, затем аккуратно разберем ее и погрузим на корабли. А по прибытии тут же вновь ее соберем. Раз?два, и как по волшебству на месте высадки возникнет крепость. Остается лишь повалить вокруг деревья, да выкопать какой?никакой ров, но даже и это может немного подождать! Главное – войско практически сразу будет под надежной защитой.

– Это как у Вильгельма Завоевателя? – наморщил я лоб. – Что?то такое в памяти мелькает.

Ученый глянул с уважением:

– А вы образованный человек, об этом мало уже кто помнит. Герцог и в самом деле прекрасно подготовился к войне, чего никак не скажешь о Гарольде, тогдашнем властителе Британии. Но у Бастарда было нечто простенькое, я же сооружаю настоящую твердыню. С воротами, башнями, опускающимся мостом. Найдется в ней место и для пушек. Уверяю что врага, посмевшего атаковать мою крепость ждет много неприятных сюрпризов!

Мы снова выпили за грядущие успехи ордена. Только глупец стал бы выведывать у мастера где планируется высадка, а потому я аккуратно свернул разговор на баб. Расстались мы полностью довольные друг другом. Я пообещал непременно навестить дом Гельмута, даже и день наметили – в ближайшее воскресенье, но не вышло. Этой же ночью кое?что произошло.