Колибри (СИ) - "Росса" - Страница 81

- Малыш, малыш, малыш…

- Папа, ты что делаешь? – женский крик врывается в мой бьющийся в истерике мозг.

Человек резко выпрямляется и вскакивает:

- Мы просто играли, Марго! Просто играли! Ведь так, малыш? - он снова наклоняется ко мне, и я отталкиваю его ногами, что есть сил.

Наверное, ничего бы не было, если бы не мой скейтборд, валяющийся около кровати. От моего толчка мужчина резко подаётся назад и зацепляется за проклятую доску. Я словно в замедленной съёмке вижу, как он взмахивает руками и падает, ударяясь виском об угол стола.

« Кровь… Интересно, а почему она такая тёмная», - это моя последняя осознанная мысль.

- Алекс, Алекс, приди в себя. Ты слышишь меня?! Алекс…

Мне хочется ответить: «Слышу, не кричите», - но я не могу.

Пережитый ужас сковал моё тело. Господи! Я всё вспомнил! Всё вспомнил! Я убийца!

Словно со стороны услышал всхлипы и краем сознания понял, что это я плачу.

- Что же я натворил, доктор? Что натворил? – мне, наконец, удалось заговорить. – Я убил человека!

- Нет, - голос Ивана Денисовича твёрд, - ты был напуганным маленьким мальчиком и защищал себя. Это не было убийством. Просто несчастный случай. Ты должен осознать это, Алекс. Ты ни в чём не виноват.

Повзрослевший я честно пытается понять то, что мне говорит доктор и соглашается с ним. Но от этого не легче. Ведь этот несчастный случай спровоцировал я.

Глава 44

Люсьен.

Я нежно обнимал Дюймовочку, сидящую у меня на коленях. Алекс сбивчиво пытался объяснить нам свои последние слова. Мысль о том, что он кому-то мог принести вред, причинить боль, просто не укладывалась у меня в голове. Его рассказ все слушали с величайшим напряжением. Олег, не веря, качал головой. Леона, кажется, больше волновало состояние Алекса, чем его рассказ. Женька же почему-то пристально смотрел на Мэтти, который по мере рассказа всё больше и больше бледнел.

- Я честно-честно этого совсем не хотел. Но так испугался… - Алекс закончил повествование и спрятал лицо у меня на груди.

- Тебя никто не винит, маленький. Это был несчастный случай. Ты же не мог знать, что так получится, - я поцеловал его в макушку.

- Доктор тоже так сказал. Но всё равно… Если бы я не толкнул того мужчину, то… - Ал нервно всхлипнул.

- Значит так, - Женька сориентировался первым и попытался взять ситуацию под контроль, - Люська, тащи Лекси в спальню. Ленька, у тебя успокоительное есть?

- Найдём, - Леон слегка улыбнулся, подошёл ко мне и погладил, сидящего на моих коленях мальчишку по волосам. – Не плачь, мой хороший. Сейчас добрый дядя Леон сделает тебе укольчик, и мир снова засияет радужными красками. Успокоительное – это лучшее из того, что придумало человечество. Мэтти, - Леон повернулся к нему, - тебе тоже укольчик сделать? У тебя такой вид, словно ты сейчас в обморок грохнешься.

- Нет, - Метью яростно покачал головой, - мне срочно нужно домой. Срочно. Я пойду, - парень двинулся к выходу, но его остановил резкий Женькин окрик:

- Стоять, я пойду с тобой. Вернее, поеду. Тьерри, ты не откажешься нас подвезти и подождать, чтобы забрать назад? – Женя вопросительно посмотрел на шофера.

- Как скажите, мне не трудно. Если месье Люсьен не против. Всё же в отсутствии его отца он - мой хозяин.

- Месье Люсьен не против, - Женька с насмешливой улыбкой глянул в мою сторону. – Ты же разрешишь, Люся?

- Поезжайте, куда хотите, - я поднялся и поудобней перехватил Дюймовочку, - Пойду маленького уложу.

- Ты особо-то не усердствуй, - неодобрительно пробурчал Женька, - а то он у тебя скоро ходить разучится. Таскаешь его на руках, как кисейную барышню. Алекс всё-таки парень, а то вы об этом, по-моему, забывать начали.

Дюймовочка слабо трепыхнулась, пытаясь спуститься на землю, но я не позволил. Мне было приято заботиться о нём, и на руках носить нравилось. А Женька со своими нотациями может отправляться далеко-далеко, я бы даже сказал куда именно, но воспитание не позволяет.

Мы поднялись наверх, и я уложил Алекса в кровать, усевшись рядышком. Он доверчиво прильнул к моему плечу.

- Ты ведь не бросишь меня из-за того, что узнал? – в его голосе проскальзывали тоскливые нотки.

- А что я такого узнал? – я запустил руку в его волосы, нежно глядя кожу.

- Ну… Что я…

- Глупости, - перебил его, не дав договорить. – Ты был не властен над обстоятельствами. И потом… Тебе было всего десять лет… Десять, Алекс. Подумай над этим. Незнакомая обстановка, страх и явственное чувство угрозы. Даже взрослый в такой ситуации окажется на грани истерики и не сможет отвечать за свои действия, а уж десятилетний ребёнок и подавно.

- Люсьен прав, маленький. Ты ни в чём не виноват, - вошедший Леон нежно улыбнулся племяннику. – Не накручивай себя. Сейчас я сделаю тебе пару уколов, и ты поспишь, а когда проснёшься, всё будет казаться уже не таким безнадёжным.

- Хорошо, - Алекс слабо улыбнулся, - только пусть Люська посидит со мной.

- Куда он денется, будет сидеть как миленький, - Леон набрал в шприц лекарство, - а теперь подставляй попочку. Сейчас комарик кусаться будет.

- Чувствую себя двухлетним несмышлёнышем, - фыркнул слегка успокоившейся Ал, - хватит со мной сюсюкать.

- Как скажешь, дорогой, - Леон быстро сделал уколы и, потрепав мальчишку по волосам, вышел.

Уснул Алекс довольно быстро, видимо, снотворное было достаточно сильным. Я тихо сидел рядом с ним и перебирал светлые прядки. Во сне он был таким мило-беззащитным, что хотелось завернуть его в вату и укрыть от всех неприятностей нашего несправедливого мира.