Призрачный путник - де Би Эрик Скотт - Страница 17

Дарен вновь отметил чёрное платье жены. К концу зимы Льета всегда надевала траурные наряды. Тем более в этом году — с убийства, забравшего жизнь последнего существа, которого она любила, прошло пятнадцать лет.

— Но это имя… — начала Льета.

— Что? — нетерпеливо спросил Грейт.

Она открыла рот, чтобы задать вопрос.

В то же мгновение распахнулась дверь из внутренней залы и в комнату ворвался Мерис, что-то бормоча. На нем была только белая туника, но в руках — чёрная накидка. Меч на поясе отсутствовал, но свирепое выражение лица было столь же опасным, как и любая полоса острой стали. Льета дернулась, чуть не упав с кресла.

Мерис остановился и сердито взглянул на нее.

— Не вставай, Льета, — прорычал смуглый парень. — Я не задержусь.

Грейт лениво потянулся.

— Мерис, присядь, поешь с нами, — предложил он.

— Я не голоден, — Мерис не удостоил взглядом их обоих. — Я ухожу.

— Хотя бы скажи добрые слова матери. Ты напугал её.

Мерис замер. Он повернул к ним голову.

— Я не обязан быть с ней вежливым, — сказал он отцу. — Моя мать не была эльфийской шлюхой.

С этими словами он отвернулся и выскочил через двустворчатые двери, захлопнувшиеся за ним.

«Нет, твоя была амнийской» — подумал Грейт, пригубив вино.

Мгновение спустя он почувствовал, что Льета смотрит на него. Подняв глаза, встретил холодный синий взгляд и пожал плечами.

— Не обращай внимания, дорогая, — сказал он. — Юность говорит, не подумав. Я часто думаю, что нужна холодная голова, чтобы усмирить парня, но до сих пор не нашел подходящей женщины.

Льета фыркнула.

Несколько мгновений они молчали, а потом женщина встала и тихо ушла. В дверях она остановилась, но не обернулась.

— Дарен, — спросила Льета, не оглядываясь, — Про Гараска… и Рина. Нет никаких сомнений, что это твой отец убил моего сына?

— Нет, дорогая, конечно, нет, — ответил он, не повернув головы. Сердце Лорда Певца не замерло ни на мгновение. — Это так же ясно, как багрянец на снегу.

Он вновь пригубил вина и постарался не обращать внимания на супругу. Это было не сложно.

Льета вздохнула и выскользнула из комнаты, чтобы найти убежище в своих покоях.

* * *

Потратив некоторое количество серебра на выпивку для потенциальных информаторов и не узнав ничего важного, Арья сдалась и покинула таверну. Толстый Брольм, трактирщик, поблагодарил её и одним движением жирного запястья сгрёб монеты.

Хоть посетители «Рыжего Медведя» и знали немало из истории Куэрварра и окрестных земель, про пропавших гонцов Стонара они не слышали ничего. Ей рассказали о вражде Грейта и Стонара — эти двое никогда не ладили на публике, но со всех сторон их разногласия представлялись дружеским соперничеством. Арья никого не винила — эти люди были простыми жителями диких земель — но бесплодность поисков раздражала.

Кроме того, она услышала слишком много о своем обожаемом двоюродном дяде.

Вновь оказавшись на холодном уличном воздухе, Арья задрожала и набросила плащ на плечи. Пятна от эля на ее штанах холодили кожу. Не в первый раз она подумала, что стоило послать Дерста в эту вылазку. У него лучше получалось собирать информацию, направлять разговор в нужное русло и находить что-то полезное там, где ей попадались только местные сплетни да суеверия. Возможно, следующей ночью стоит поручить это ему.

Арья направилась к «Свистящему Оленю», где девушку ждала теплая постель и парочка пьяных хохочущих товарищей. Она знала, что первое ей понравится, но вот второе не вызывало энтузиазма.

Девушка-рыцарь свернула за угол и увидела перед собой здание «Оленя». Все ещё дрожа, она продолжала шагать, направляясь туда, где ожидало тепло.

Из узкого прохода между двумя зданиями высунулась рука и схватила её за рукав.

Арья попыталась освободиться от хватки, но холод слишком замедлил рефлексы. Тогда она набрала воздуха, чтобы закричать, но вторая рука закрыла рот, заглушив звук. Она почувствовала вкус дублёной оленьей кожи.

— Гуляем допоздна, да, красотка? — прорычал голос с грубым выговором. — Не смотрим по сторо… Кх! — слова превратились в возглас боли, когда она укусила его через кожу перчатки. Когда нападавший дернулся, ей удалось высвободиться и резко ударить локтём назад, в живот противнику. Она сразу же развернулась к противнику лицом, инстинктивно потянувшись за мечом, которого при девушке не было.

И попала прямо под удар наотмашь, который ошеломил и заставил её покачнуться. Единственным оружием Арьи был только кинжал в сапоге, но когда девушка нагнулась, её ударили коленом в грудь, отбросив к стене. Столкновение выбило из легких тот немногий воздух, что там еще оставался. Она сползла по стене.

Нападающий мгновенно очутился возле девушки, схватив её за плечи. Прежде чем рыцарь смогла ударить, он железной хваткой сгреб ее запястья.

— Не хочешь по-хорошему? — голос изменился, выговор стал менее простонародным. Он звучал знакомо, но Арья не смогла узнать его из-за боли.

— Не такая грозная без меча, сир Девка? — грубый, ломаный язык вернулся. Голос мог звучать нечётко, но Арья знала, что противник не был пьян. Только она подумала об этом, как в лицо попал новый удар.

— Кто… сказал… что я рыцарь? — распухшими губами выговорила девушка, мучительно вспомнив о кулоне Серебристой Луны, выглядывающем из-под распахнувшегося плаща. Из разбитой губы текла кровь.

— Считай себя везучей, что такие шлюшки мне противны, — произнес он, прижимая нож к её горлу, и остановился. — Хотя, должен признать, твое личико…

Мужчина провел пальцем по её щеке, вызвав у девушки дрожь.

Затем позади нападавшего возникла тёмная фигура, беззвучно, с чем-то напоминавшим широко распахнутые крылья за спиной.

Мужчина хрюкнул, когда новый участник драки отшвырнул его к противоположной стене. Нож, которым угрожали Арье, улетел куда-то во тьму. Нападавший потянулся за новым, но у его шеи мелькнул отблеск клинка, и рука застыла.

— Неразумно, — просипел спаситель. Бандит съежился, услышав его надтреснутый голос, и даже Арью пронзила дрожь.

Зрение Арьи плыло, но она услышала, как фыркнул бандит.

— Ты не скажешь мне бросить нож? — спросил он. — Только что мое поведение «неразумно»?

— Выбирай сам, — был ответ.

Нож упал.

— Так ты тот, кого зовут Путником, — сказал нападавший. Его голос вновь стал обычным. Было в нём что-то знакомое.

— Возможно, — ответил её спаситель — Путник, она чуяла сердцем. Он вел себя с пугающей решительностью.

— А ты не так уж и впечатляешь, — произнес бандит. — Издалека ты дуришь нас своим плащом и тишиной, но вблизи… не впечатляешь.

— Безразлично, — заметил Путник. — Правосудие над тобой свершит и трус в маске.

Взгляд Арьи как раз прояснился. Она увидела, что Путник не отвел меч, и безымянный нападавший замер на острие отточенной стали. И всё же он не выглядел напуганным — скорее, его поза бросала вызов Путнику. Бандит был одет в потрепанный чёрный плащ с глубоко надвинутым капюшоном. Был виден только его изогнувшийся в ухмылке рот.

— Это не конец, кем бы ты ни был, Путник, — голос вновь изображал опьянение. Мужчина скользнул вдоль стены. — Люди Чёрной Крови вырвут тебе сердце за это.

— Сомневаюсь, — возразил Путник, не уточняя, в каком именно утверждении он сомневается. Он держал меч поднятым до тех пор, пока мужчина в капюшоне не выбежал из переулка. Путник следил за ним мгновение, затем спрятал меч и повернулся в сторону улицы.

— Подожди, — смогла выдавить Арья, поднимаясь на ноги.

Вздрогнув, как будто он её до сих пор не замечал, Путник повернулся взглянуть на Арью. Его воротник был высоко поднят, наполовину пряча лицо, но Арья внимательно всмотрелась в его черты — единственное, на чем она смогла сфокусироваться. В лунном свете бледная кожа и чёрные одеяния резко контрастировали между собой. В тёмных одеждах и с дикой гривой волос он казался демоном, явившимся на Фаэрун. Впрочем, Арья видела только сияние его глаз. Сначала его присутствие пугало, но глядя на него, она обнаружила, что боится все меньше и меньше. Что-то в нем было такое, что-то важное, какой-то ключ ко всем этим переплетенным тайнам…