Ринсвинд и Плоский мир - Кравцова Ирина - Страница 247

Который искренне верил, что где-то прячутся остальные варвары…

– Я скажу вам только одно и больше тратить слов не буду, – промолвил лорд Хон. – Если вы покинете Запретный Город прямо сейчас, то, по крайней мере, умрете быстрой смертью. После чего ваши головы и некоторые другие части тела пронесут по всем городам империи, чтобы люди знали, какое ужасное наказание вас постигло.

– Наказание? – удивился Профессор Спасли.

– За убийство императора.

– Мы не убивали императора, – вмешался Коэн. – Против убийств императоров я ничего не имею, но этого мы не убивали.

– Он был зарезан в своей постели час назад, – сказал лорд Хон.

– Мы тут ни при чем, – возразил Профессор Спасли.

– Зато при чем некий лорд Хон, – уточнил Ринсвинд. – Только это против правил – убивать императора. Поэтому он решил представить все так, словно это сделала Красная Армия.

Лорд Хон посмотрел на Ринсвинда так, как будто только что его заметил и крайне сожалел об этом.

– Учитывая обстоятельства, – после некоторого молчания произнес лорд Хон, – вряд ли кто-нибудь поверит в эту сказку.

– А что будет, если мы не сдадимся? – спросил Профессор Спасли. – Так, на всякий случай, чтобы знать.

– Тогда вы умрете очень медленно и… крайне интересно.

– О, это сага моей жизни, – усмехнулся Коэн. – Я всегда умираю невероятно медленно и необычайно интересно. Ну и как вы предпочитаете драться? Сойдемся в рукопашной? Стенка на стенку? С участием всех желающих – или как?

– В реальном мире, – подал голос один из вельмож, – мы сражаемся. Мы не варвары, чтобы унижаться до дешевой уличной драки. Наши армии встречаются на поле перед городом.

– Ага, а потом уже громят сам город? Засады на улицах, каждый дом с боем – так?

– Нет, Коэн, все решается именно на поле. А потом город переходит победителю.

– А-а. Опять эта ваша цивилизация. Когда?

– Завтра на рассвете!

– Договорились, – кивнул Коэн. – Очень кстати, нагуляем аппетит перед завтраком. Еще вопросы есть?

– Как велика твоя армия, варвар?

– Вы не поверите, как она велика, – ответил Коэн и, вероятно, был не слишком далек от истины. – Мы захватывали страны. Стирали с лица Диска целые города. Где проходит моя армия, ничто больше не растет.

– Это, по крайней мере, правда, – пробормотал Профессор Спасли.

– Но мы ничего не слышали о вас! – удивился вельможа.

– Ага, – подтвердил Коэн. – Вот до чего мы хороши.

– Надо заметить, у его армии есть еще одна любопытная особенность, – произнес чей-то голос.

Все посмотрели на Ринсвинда, который, услышав собственный голос, был удивлен не меньше других. Но поезд его мысли уже покинул вокзал…

– Какая же?

– Вас, наверное, удивляет, что вы видите… только главнокомандующих, – продолжал Ринсвинд медленно, словно читая с подсунутого кем-то листа. – Но все объясняется тем, что простые воины… невидимы. Э-э. Да. Потому что они призраки. Это ведь само собой разумеется.

Коэн смотрел на него, разинув от изумления рот.

– Призраки-кровопийцы, – продолжал Ринсвинд. – В конце концов, всем известно, никто, кроме призраков, не способен жить за Великой Стеной.

На лице лорда Хона заиграла усмешка. Но вельможи смотрели на Ринсвинда с выражением людей, которые хоть и подозревают, что за Великой Стеной живут обыкновенные люди из плоти и крови, но в то же время не сбрасывают со счетов мнение миллионов, убежденных, что это все призраки.

– Чушь! Вы не больно-то похожи на призраков-кровопийц, – сказал один из них.

Коэн открыл рот – сверкнули алмазные зубы.

– Эт' точно, – кивнул он. – Дело в том… что МЫ из разряда видимых призраков.

– Ха! Жалкие уловки! – фыркнул лорд Хон. – Призраки вы или нет, мы все равно вас побьем!

– Должен заметить, переговоры прошли лучше, чем я ожидал, – произнес Профессор Спасли, когда вельможи покинули тронный зал. – Особенно удачным ходом была психологическая атака, предпринятая господином Ринсвиндом.

– Психо… как? Кажется, я понимаю, что ты имеешь в виду, – встрял Коэн. – Это когда накануне сражения ночь напролет лупишь в щит, не давая врагу спать, и орешь во всю глотку что-нибудь типа: «Да мы вас, козлы позорные, на ремни порежем». Ну и все в таком духе.

– Нечто вроде, – дипломатично согласился Профессор Спасли. – Задумка была очень интересной, но, боюсь, не сработала. Лорд Хон и его главнокомандующие слишком образованные люди. Жаль, нельзя рассказать об армии призраков обыкновенным солдатам.

Откуда-то сзади донесся тихий писк резинового кролика. Они дружно обернулись на звук, и их взорам предстала ячейка Красной Армии большей частью допризывного возраста. Ячейку вела Бабочка. Она даже наградила Ринсвинда слабой улыбкой.

Ринсвинд всегда считал, что лучший выход из сложного положения – это бегство. Но иногда, наверное, надо остаться на месте и принять бой просто потому, что бежать некуда.

Однако с оружием он обращался из рук вон плохо.

По крайней мере, с обыкновенным колюще-режущим оружием.

– Гм-м, – произнес он, – если мы покинем дворец сейчас, то всех нас убьют, верно?

– Вряд ли, – ответил Профессор Спасли. – В ход пошло Искусство Войны. Человек вроде лорда Хона, вероятно, предпочел бы перерезать нам глотки, но теперь, когда война объявлена, все будет делаться по правилам.

Ринсвинд набрал в грудь побольше воздуха.

– Наш шанс – один на миллион, – выдохнул он. – Но это может сработать…

Четыре Всадника, чье появление предваряет конец света, известны под именами Смерть, Война, Голод и Чума. Но все менее значительные события тоже имеют собственных Всадников. Например, Четыре Всадника Простуды Обыкновенной – это Кашель, Одышка, Сопляк и Грязный Носовой Платок; Четыре Всадника, сопутствующие любому всенародному гулянью, зовутся Буря, Ливень, Слякоть и Холодный Циклон.

Средь армий, раскинувшихся лагерем на широкой аллювиальной равнине вокруг Гункунга, быстро мчались невидимые всадники, чьи имена: Дезинформация, Слух, Сплетня и…

Большая армия, вставшая лагерем, сталкивается со всеми скучными бытовыми проблемами города не имея, однако, преимуществ последнего. Через некоторое время сторожевые пункты и заставы начинают пропускать местное население – в особенности если у населения есть что продать и тем более если это женщины, чья добродетель обладает определенной коммерческой ценностью. Теплый прием встречают и торговцы всякими вкусностями, вносящие разнообразие в монотонный армейский рацион. Еда, которую продавал Сам-Себе-Харакири Достаби, разнообразила не только ваш стол, но и жизнь.

– Свиные яйца! Свиные яйца! Покупайте, пока… – Продавец сделал паузу, пытаясь измыслить способ как-то закончить предложение, но так ничего и не придумал, а поэтому возобновил свои призывы: – Свиные яйца! На палочке! Как насчет свиного яйца, сёгун? Эй! Слушай, а ты очень похож на… Ты случайно не…

– Заткнисьзаткнисьзаткнись!

Ринсвинд увлек Достаби в тень ближайшего шатра.

Торговец всмотрелся в измученное лицо волшебника, обрамленное снизу одеянием евнуха, а сверху широкополой соломенной шляпой.

– Ты ведь тот самый Великий Волшебник. Давно не виде…

– Помнишь, ты хотел серьезно обогатиться на международной торговле? – прервал его Ринсвинд.

– Да. И что? Уже можно начинать?

– Не сейчас, но скоро. Очень скоро. Однако сначала ты должен кое-что сделать. До тебя доходили слухи об армии невидимых призраков-вампиров, которая движется в этом направлении?

Глаза Достаби нервно завращались. Но настоящий торговец никогда не выказывает своей неосведомленности – разве что касательно сдачи.

– И что? – осторожно произнес он.

– О том, что их многие миллионы, – продолжал Ринсвинд. – И о том, что они страшно голодные, поскольку по дороге сюда ничего не ели. И якобы Великий Волшебник заколдовал их, чтобы они были особенно яростными?

– Гм-м… да?

– Ну так вот, все это неправда.

– Неправда?

– Ты что, мне не веришь? В конце концов, кому, как не мне, знать об этом.