Мастер Иллюзий (СИ) - "Su.мрак" - Страница 158

Утро 22 декабря началось совершенно как обычно, ничто не предвещало каких-либо катаклизмов. Нападения Пожирателей, конечно, совершались регулярно и не стали менее жестокими, но научившееся кое-чему на горьком опыте Магическое Сообщество всё же стало значительно осторожнее, и потерь, подобных летним, среди магов теперь было не так много, как раньше. К тому же Скримджер, новая восходящая звезда большой политики, сумел найти общий язык с маггловским премьер-министром, и в охрану всех крупных общественных и военных объектов Великобритании теперь входили маги-консультанты, помогавшие магглам предотвратить большие потери среди мирного населения. В общем, того ужаса, который сопутствовал началу этого учебного года, сейчас не было и в помине. Наоборот, Магический Мир захватила предпраздничная эйфория, которая, как справедливо считали Дамблдор и Снейп, могла принести не меньше вреда, чем паника. Воландеморт явно что-то затевал, но, как ни прискорбно, своими планами не делился даже с Ближним Кругом. По меткому определению Кингсли, вся эта шумиха очень напоминала пикник на пороховой бочке с зажжённым фитилём. Но это просто лирическое отступление, а в то утро всё было как всегда. Хронически не высыпавшиеся Гарри, Рон и Невилл приплелись на завтрак и с трудом пытались реанимировать свои мозги перед началом учебного дня с помощью поглощаемой без особого интереса пищи, когда в Большой зал влетели совы с экземплярами «Ежедневного пророка». Ещё когда взъерошенная сипуха, пронзительно вереща, уронила экземпляр этой газетёнки, прямо в тарелку Гарри (хорошо хоть, уже пустую), парень испытал очень нехорошее предчувствие, и оно не замедлило подтвердиться. На первой странице кричащими красными буквами, как и всегда при очередной «сенсации», красовалось:

«Родерик Милз – жертва провокации! Кто он – «Ночной охотник», Робин Гуд Магического мира или правая рука Того-Кого-Нельзя-Называть? Сенсационное разоблачение неуловимого вора!»

Юноша уже понимал, что ничего хорошего для себя в этом пасквиле не увидит, но руки уже сами собой открыли газету, как раз на той самой сенсационной статье, а глаза против воли их хозяина уставились на печатные строчки. Мда-а… напечатанное там превосходило все ожидания парня. Нет, он, конечно, понимал, что с доставленным к аврорам Милзом всё будет не так просто, но такого предвидеть не мог. Подавив брезгливость и ставшее уже привычным раздражение, Гарри внимательно вчитался в статью.

«Следователями Аврората и представителями Визенгамота завершено разбирательство с делом Родерика Милза. Напоминаем читателям, что мистер Милз, бывший ранее начальником частной охраны в семье Вейнов, обвинялся в пособничестве Пожирателям и участии в зверском убийстве этой семьи. В этой статье мы приводим интервью нашего корреспондента – Риты Скитер – со следователем, который вёл дело Милза (во имя безопасности последнего имя его не будет разглашено):

Р.С. – Мистер К., что Вы можете сказать по поводу виновности вашего подследственного в тех преступлениях, которые ему инкриминируют?

К. – Не далее как вчера состоялось заседание малого состава Визенгамота, где мистер Милз был полностью оправдан.

Р.С. – В самом деле?

К. – Да. Собственно, всё это дело не стоило и выеденного яйца. Судите сами. Мистер Милз был доставлен в бессознательном состоянии подозрительными личностями, называющими себя «Ночными охотниками», и передан аврорам с голословными обвинениями в пособничестве Тому-Кого-Нельзя-Называть и в участии в якобы зверской расправе над семьёй Вейнов наравне с Пожирателями. Ни один свидетель, повторяю – ни один – не может подтвердить виновности этого мага. Да что там, не доказано вообще, что Вейны были убиты Пожирателями, достоверно известно только то, что они погибли во время пожара в Вейн-Холле. Балтазар Прюетт, который подвергся нападению Пожирателей в собственном доме, также не может опознать в мистере Милзе человека, который помог преступникам проникнуть в его дом. К тому же возникает закономерный вопрос: а каким образом так называемые «Ночные охотники» узнали, что произошло в Вейн-Холле перед тем, как дом погиб в огне? И как они так «вовремя» смогли вмешаться в нападение на наследника Прюеттов? А главное, почему они убили всех ворвавшихся в Прюетт Холл Пожирателей? При этом якобы «обнаружив» среди них мистера Милза. Не слишком ли много подозрительных случаев связано в последнее время с этой таинственной группой?

Р.С. – Вы подозреваете их в связи с Тем-Кого-Нельзя-Называть?

К. – Ну, этот вывод же просто напрашивается сам собой. «Ночные охотники» - это просто гениальная попытка Того-Кого-Нельзя-Называть подорвать в Магическом Сообществе веру в Министерство и Аврорат…»

И в подобном духе ещё две страницы. Ни Рита Скиттер, ни неназванный следователь Аврората не пожалели мрачных красок, чтобы как следует вывалять в грязи «Ночных охотников». Если судить по напечатанному в статье, неуловимые воры были чуть ли не страшнее и кровожаднее самого Воландеморта. Сей опус заканчивался сообщением о том, что невинно пострадавший Родерик Милз утром 23 декабря будет с официальными извинениями отпущен на свободу, а на «злобных» «Ночных охотников» с разрешения Министра Магии и малого состава Визенгамота, выписан ордер на арест.

Слева от парня раздался голос Рона:

- Ну, освобождения этого хмыря стоило ожидать.

- Ты думаешь, он на самом деле виновен? – Симус с любопытством уставился в лицо однокурснику, оторвавшись от чтения статьи.

- Виновен или не виновен – в данном случае не важно…

- То есть, как – неважно?

- Он двоюродный племянник жены Фаджа. Как ты думаешь, любимый дядюшка не позаботился бы об освобождении племянничка?

Со всех сторон раздались возмущённые голоса, но все шепотки перекрыл тихий, но уверенный голос Невилла:

- Рон прав, хотя я тоже думаю, что Милз виновен, Фадж ни за что бы не допустил заключения своего родственника в Азкабан. Это для него – политическая смерть.

Только лежавшая на плече Гарри рука Гермионы и её тихий шёпот: «Держись, Марк, держись… Не позволяй всем увидеть, что ты испытываешь» удержали юношу от того, чтобы не взорвать вырвавшейся на волю стихийной магией парочку столов в Большом зале. Он просто извинился перед друзьями и быстро покинул помещение. На занятия в тот день юноша не пошёл, сославшись на сильную головную боль и выпросив у мадам Помфри Болеутоляющее зелье. Колдомедик сама обратилась к директору с просьбой освободить Поттера от уроков на один день и весьма нелицеприятно прошлась по поводу магов, ради потворства своим амбициям доводивших учеников до нервного срыва и мигрени. При этом она, не скрывая гнева, одарила Грозного Глаза и Снейпа такими взглядами, что даже пролетавший мимо Пивз посчитал нужным срочно ретироваться куда подальше.

В то время как все полагали, что измученный головной болью Поттер отлёживается в Больничном крыле, в той части Министерства, в которой располагался Аврорат, появился таинственный маг в чёрной мантии и с туманом вместо лица и рук. Те, кто имел возможность сталкиваться с ним раньше, непременно признали бы в нём «Ночного охотника», но волшебник не допустил столкновения с кем бы то ни было. Где пользуясь тенями, а где используя свою анимагическую форму, он незамеченным добрался до коридора, в котором располагались камеры для подследственных, и, просто послав перед собой мощную волну Сна, беспрепятственно проник в комнату Милза. Да-а, камерой это помещение назвать язык не поворачивался. Апартаменты из трёх комнат скорее напоминали неплохой гостиничный номер. Заметив фигуру уснувшего в кресле предателя, «Ночной охотник» невербально снял с него своё магическое воздействие и насмешливо проговорил в уставившиеся на него с зарождающимся испугом ещё сонные глаза:

- Недобрый день для вас, мистер Милз. А ведь я предупреждал… и придётся мне сдержать своё обещание. «Империо!»

Глава 32. Поединок и двойной шантаж.

Глава 32

- «Империо!» - Маркус ещё с полминуты полюбовался застывшим в глазах предателя выражением полной пустоты и покорности. Горевшая с самого утра в его груди ярость, собственно, и приведшая его в камеры предварительного заключения при Аврорате, начала потихоньку пропадать, замещаясь чувством вселенской усталости и брезгливости к этому червю. Вся душа новоявленного сквиба (все специалисты Св. Мунго вместе взятые, несмотря на настоятельные требования Министра, не смогли вернуть магию Милзу), была перед магом-иллюзором как на ладони. Врождённое стремление к жестокости, жажда власти над людьми, трусость и отсутствие каких-либо принципов. Если в ней когда-то и было что-то хорошее, то оно зачахло, подавленное вседозволенностью, практиковавшейся, по-видимому, в семье бывшего волшебника. В общем, жалеть его было не за что, но… Марк никак не мог переступить через себя. Одно дело убить «Авадой» противника в горячке боя, а другое – собственноручно пытать заключённого, какой бы мразью он ни был. Но оставлять такое преступление безнаказанным было нельзя, никак нельзя. Обещание нужно было выполнять, и юный маг, собрав всю свою волю в кулак, произнёс, глядя прямо в поднятые на него пустые глаза: