Мастер Иллюзий (СИ) - "Su.мрак" - Страница 233

- Да пусть подавится, жополиз Мордредов, главное, чтобы он перестал лезть в наши дела, а материальную базу мы себе и новую добудем. У меня всё равно артефактологи лучше, чем у него.

- Ну-ну, Мерлин вам в помощь. А Люциуса с Северусом вы всё же не очень обижайте. Не знаю, чем они уж тебе так насолили, но… они по-своему очень неплохие люди.

- Не волнуйтесь, Брендан, всё под контролем, - таинственный незнакомец поставил пустой бокал на каминную полку. - Спасибо, вино было великолепным. К сожалению, мне пора. Надеюсь увидеться с вами в более спокойной обстановке, - рука гостя уверенно зачерпнула из мраморной шкатулки Дымолётный порошок, и уже через секунду в камине полыхало зелёное пламя.

- Взаимно. Передавай привет… сам знаешь кому. Хотел бы я пожелать здравия этому манипулятору… ну, да ладно. До встречи.

Когда Сев с Люцем вышли из камина в Меноре, было уже четыре часа утра. Несмотря на усталость, оба понимали, что ложиться спать сейчас – верх неблагоразумия. Учитывая наследия древних чистокровных родов и их заинтересованность в вопросе, обычная Защита Малфой Менора могла не выдержать массированного натиска желающих породниться глав родов, поэтому оставшиеся несколько часов они потратили на её укрепление. К тому времени, как друзьям удалось всё закончить, Люциуса уже дожидалось десяток срочных посланий из Министерства, а Сев почти опоздал на завтрак в Хогвардсе. Пройдя через камин в свои покои, он, как смерч, пронёсся по пустынным коридорам и степенно вошёл в Большой зал через преподавательскую дверь.

Первое, что бросилось ему в глаза, было большое количество сов, летавших по помещению. Второе – повышенное внимание всех находившихся в зале к его персоне и нездоровый интерес, светившийся в их глазах. Третье – выражение сочувствия и даже сострадания, написанное на лице директрисы.

По привычке проигнорировав направленное на себя внимание, декан Слизерина прошёл к своему месту за столом и, усевшись между Макгонагалл и Соважем, тихо поинтересовался:

- Что за ажиотаж?

- Северус, ты свежий выпуск «Ежедневного Пророка» видел? – Минерва подтолкнула к нему раскрытую на переднем листе газету, а преподаватель ЗОТИ как-то неловко-сочувственно похлопал по плечу, отводя глаза.

Зельевар перевёл взгляд на передовицу «ЕП», и по его телу, буквально от лица и до пят, пробежала горячая волна гнева. На первой странице мерцающими буквами светился заголовок: «Герои Магического Мир, ищут своих избранников!!!» А дальше – на двух страницах в мельчайших подробностях, со ссылками на Магические Законы, пересказывались все события встречи в Белой Крепости. И всё это было приправлено восторженно-издевательскими комментариями Риты Скиттер. Да-а, определённо, интерес к его персоне преподавателей и студентов, был обоснован. Не успел Северус опомниться и просчитать весь вред, нанесённый им с Люцем этим… опусом, как в Большой зал хлынул второй поток сов, в этот раз уже с метками различных магических семей на лапках. Они направлялись ко всем чистокровным студентам и даже части полукровок, чей возраст достиг хотя бы… пятнадцати лет. Зельевар похолодел. Одно дело – разбираться с восторженно настроенными дурочками, которые вбили себе в голову, что влюблены в Героя, а другое – отбиваться от поддерживаемых главами их родов наследников, которые точно знают, чего хотят. В зале повисла гробовая тишина, иногда прерываемая лишь шелестом пергамента да уханьем какой-либо замешкавшейся совы.

И тут в окно влетел сокол, державший в лапках ярко-красный конверт Громовещателя. Северус не сразу понял, что тот направлялся к нему, иначе настырной птице могла бы светить геройская гибель от руки адресата, а потом… потом было уже поздно. Письмо открылось, и над преподавательским столом зазвучал такой знакомый насмешливый голос, ставший только глубже и притягательней за прошедшие два года:

- Охота на Героев открыта. Форы у вас нет. Наслаждайтесь!

Притихший зал внезапно наполнился звуком крыльев множества маневрировавших в узком пространстве окна птиц, и в помещение влетела огромная стая сов, воронов, чаек, которая на полной скорости неслась в сторону преподавательского стола со свитками в лапах на перевес. Зельевару удалось скрыться только с помощью Соважа, вовремя поставившего вокруг них щит. Малфою в Министерстве не так повезло.

В блёклом свете зарождавшегося ветреного мартовского дня в старой части Лондона возле одного заброшенного невесть когда дома, который, несмотря на старания множества заинтересованных лиц, никак не могли ни снести, ни продать, буквально из ниоткуда материализовался молодой человек в кожаной, похожей на байкерскую, куртке, и неспешным шагом направился к зданию. По мере того, как он удалялся с малолюдной улицы, с его одеждой происходили странные метаморфозы. Короткая куртка удлинялась, меняя цвет и текстуру, и вот уже на первой ступеньке лестницы в подвал стоял маг в тёмной, скрывавшей лицо и фигуру мантии. На мгновение чудом вырвавшийся из-за тяжёлых свинцовых туч лучик света проник сквозь полусгнивший козырёк, когда-то защищавший спуск от дождя, и осветил лицо парня, заставив того прищурить зелёные, постоянно меняющие оттенок глаза. Губы таинственного незнакомца тронула едва заметная улыбка, он на секунду замер, подставив лицо так редко радовавшему его в зимние месяцы солнцу, но потом, словно опомнившись, провёл ладонью по пересекавшему левую щёку шраму и завершил преобразование, полностью скрыв свои черты под глубоким капюшоном. Миг – и отвлекающие зеркальные чары редкой, придуманной им самим модификации довершили дело. А через несколько минут по боковому коридору, обходящему десятой дорогой атриум Министерства Магии, уже шёл волшебник в мантии невыразимца. Немногие пользовавшиеся тем же путём, что и он, маги делали вид, что не заметили проскользнувшую мимо них, словно тень, фигуру. Работники этого таинственного отдела, хоть и вызывали неудержимое любопытство, но… лезть к ним с праздными вопросами не рекомендовалось категорически. И не потому, что это кто-то кому-то приказал, просто… их без серьёзных на то оснований старались не трогать. Себе выходило дороже.

А юноша по изученным за эти два года вдоль и поперёк ходам и переходам привычно вышел в знакомый уже нам тупик, проведя правой ладонью по стене, мысленно произнес слова пароля и вошёл в образовавшийся проём. За этой дверью когда-то его ждали трое друзей: Кингсли, Кассиус и Кэннет, к которым восхищённые его способностями экзаменаторы и принесли изобретённую им карту. Тогда юноша впервые за прошедшие шесть тяжёлых для него месяцев смеялся по-настоящему, до всхлипываний и колик в животе, а когда ему предложили вступить в славные ряды Бойцов-Невидимого-Фронта, с радостью дал согласие на эту авантюру. С этого момента утекло много воды. Занятия с лучшими специалистами Магического и Маггловского мира отточили его таланты, постоянные тренировки в магическом бое и боевых искусствах сделали практически неуязвимым, а участие в сложных операциях дало бесценный опыт. Имя «мистера Джонса» - одного из таинственных сотрудников «Тени» потихоньку обрастало легендами, он заслужил уважение работавших здесь людей. С шефом же их связывали странные отношения, они безоговорочно доверяли друг другу, но с регулярностью раз в одну-две недели ругались так, что маги, работавшие в отделе, прятались по кабинетам, опасаясь попасть под горячую руку двух не сошедшихся во мнении лидеров. Обычно после такой встряски и рождались гениальные решения мучивших Невыразимцев проблем, а затем всё начиналось по новой. Неудивительно, что через год к своему другу присоединились и остальные «охотники», по праву заняв в Отделе должности аналитиков и параллельно заканчивая образование в Магическом Университете. Маркус тоже посещал некоторые предметы этого учебного заведения, но исключительно на заочной основе, он ведь, в отличие от друзей, был полевым агентом.

За прошедшее время здесь кое-что изменилось: появился маленький холл, в котором сидела секретарша «Тени»:

- Шеф у себя?

- Да, Джонс, проходи, он тебя уже заждался. Что-то ты сегодня чуть не опоздал?