Йенгангер не дышит (СИ) - Турайсеген Сворн - Страница 58

— Она ушла по своей воле, Оларс.

Внутри снова всё заледенело.

— Но почему? — собственный голос прозвучал как жалко. — Она же его ненавидит!

Всевидица молчала, но от её взгляда у меня по коже пробежал мороз.

— Мяран…

— На чудеснице из Мерикиви лежит проклятие Хозяина Штормов. Он пометил её, как свою собственность. Давно, ещё в детстве.

— Неправда, — огрызнулся я.

Лёд, сковавший сердце, разрастался, медленно вымораживая всё изнутри.

Мяран смотрела на меня спокойно и совершенно бесстрастно, будто внезапно сквозь маску живой женщины выглянула сама Госпожа Зима.

— Мне жаль, — голос резал стальным лезвием. — Но ты должен это принять. Как бы она не пыталась, не сможет противиться силе проклятия. Она любит тебя, Оларс. Любит, как может любить женщина. Но чем сильнее её привязанность к кому-то, тем вернее она губит человека. Ты не спрашивал, сколько уже жизней унесла чудесница из Мерикиви?

Ответить… Что ответить тут? Стиснул зубы и шумно вздохнул. Не спрашивал. Но… не верю. Не могу поверить.

— Но почему именно сейчас?

— Она не пошла бы с вами на Хозяина Штормов, — мягко сказала Мяран. — Хоть и желала этого всем сердцем, но не сумела причинить ему вред. И сейчас… много ли ей известно о вашей подготовке?

Я покачал головой:

— Не знаю. Но думаю, что немного. Я с ней почти не говорил, разве что Йортрен и ванханенцы могли что сказать.

Она нахмурилась:

— Всё равно плохо. Она расскажет ему.

Я провёл ладонями по лицу:

— Утбурд! Но должен же быть какой-то выход!

Сцепив руки за спиной, обошёл вокруг невозмутимой всевидицы. Так почему-то думать получалось лучше.

Она покачала головой:

— Мне очень жаль.

Я резко остановился:

— Но ведь можно же как-то снять это проклятие?

Всевидица чуть пожала плечами:

— Убить её.

Я вздрогнул, уставился невидящим взглядом на Мяран. Повисла тишина.

— Нет, — произнёс тихо, но твёрдо.

Она вздохнула:

— Это не моё желание. Но чары Хозяина Штормов сильны. И исчезают только после смерти. Такова уж суть Мрака.

— Нет, Мяран! Нет!

Некоторое время мы молчали. Кажется, где-то вдалеке шумел ветер, но мне было не до него. Я не принимал и не желал понимать её слова.

Всевидица коснулась моей руки, я хмуро глянул на неё.

— Не сердись. Но помни, что у тебя сейчас есть куда более важная цель, нежели бегство Рангрид.

Некоторое время я молча смотрел на невозмутимую маску вместо лица, но потом медленно кивнул. Забывать о главном просто не имею права. Хоть и хотелось бы послать всё к утбурдам.

— Как… — получилось хрипло и тихо. — Как мне победить Хозяина Штормов?

Мяран бросила на меня хмурый взгляд:

— Драуг уже запросил цену.

Я медленно, будто против воли, кивнул.

Всевидица вдруг облегчённо вздохнула. Маска развеялась, дав вновь проступить беспокойству.

— Соглашайся, Оларс.

Вдруг ослепила злость, захотелось зарычать.

— И так согласился! Без разрешений!

— Успокойся, — голос Мяран не дрогнул, хотя она и сделала шаг назад.

— Успокоиться?!

Кажется, я действительно сорвался на рык, но не звериный. Хотя и на звук, исторгаемый человеческим горлом, это не походило. Он резко оборвался, потому что я сам испугался услышанного.

— Утбурд, это что ещё? — хрипло прошептал.

— Магия Ингвы не даст тебе стать ни живым, ни мёртвым, — так же шёпотом ответила Мяран. — Неизвестно, что произойдёт, но ты должен быть либо жив, либо мёртв. Иного не дано.

Я нахмурился:

— Меня уже никому не оживить. Если не вышло у Яшраха, то у остальных — подавно.

— Значит… значит, остаётся второй способ, — вкрадчиво сказала всевидица. — Фьялбъёрн Драуг.

Отвечать не стал. Драуг своё получит.

— Я обещала помочь. Так и будет.

Я удивлённо глянул на Мяран, но она указала рукой вперёд.

— Смотри.

Тьма развеялась агатово-чёрным дымом, перед нами простирались снежно-белые холмы.

— Долина не спит. Мы ждём твоего зова.

В голосе всевидицы слышался звон скрещивающихся мечей, и сама она вдруг будто стала гордой воительницей, ни в чем не уступавшей валкарам.

Я присмотрелся и вздрогнул: долина была наполнена движущимися тенями. Вспыхивал огонь, блестела чешуя доспехов, слышались голоса:

— Скоро, скоро, скоро.

Я не видел людей, но теней становилось всё больше. Они все двигались в каком-то странном зачаровывающем ритме, будто в ритуальном танце.

— Уже скоро…

Фигуру Мяран окутало сияние:

— Мы опередим корабли, Оларс. Сотрясём снежным бураном Цитадель Хозяина Штормов. Лаайге давно ждут этого часа. Не подведи нас.

Мяран исчезла. Звёзды потухли, я вновь стоял на берегу моря. Ветер шевелил волосы, пробирался под одежду. Пальцы окоченели, тело онемело от холода, но висевший на шее целебник жег раскалённым железом.

Глава 6. Шёпот Спокельсе

Как я вернулся — не помню. Сразу было ничего, но потом вязкой волной накатила слабость и подступила дурнота. Наизнанку меня не вывернуло, но состояние — врагу не пожелаешь. Шёл, не разбирая дороги. Видимо, лаайгский твил даёт о себе знать.

Кажется, Йортрен побледнела, увидев меня, но молча проводила взглядом, так ничего и не сказав.

Скоро рассвет, но мне не до него. Ноги переставлялись с трудом, кровать казалась пределом мечтаний. Едва я рухнул на неё, вокруг всё исчезло.

Сон пришёл сразу: беспокойный и леденящий душу. Я снова был на Островах-призраках, над головой летали стражи Цитадели, а люди прятались по домам. При моём приближении створки окон захлопывались и задёргивались шторы.

— Смерть… — прошелестело со всех сторон. — За ним идёт смерть…

Но я не обращал на слова внимания. Шёл легко и уверенно. Смерть — моя давняя подруга, без неё прогулка будет не та.

— Нам не выжить… не выжить…

И все безнадёжно смолкли, будто зная, что ничего не исправить. Круживший в небе страж опустился, глянул на меня красными гранатами глаз и снова взмыл вверх. Но я и не подумал остановиться.

Мой путь лежал к берегу. Туда, где можно увидеть, как небо впадает в море, сливаясь в единое целое. Угрюмый и тихий город смотрел на меня тысячью глаз, но молчал.

На берегу было пустынно. Не падал снег, не шумел ветер, даже волны замерли зеркальной гладью. Всё затаилось, будто в преддверии бурана — небо было снежным и серым, того и гляди — начнет падать снег.

Нежные руки коснулись моих плеч, запах мяты заставил вздрогнуть.

— Рангрид, — выдохнул я.

Ответа не последовало, я обернулся. Но не она, а закутанная в серый плащ фигура протягивала ко мне костлявую руку.

— Добро пожаловать в мои владения, Оларс Глёмт. Я давно жду тебя.

Страх пропал. Пальцы сжали кинжал Сиргена Бессмертника. Откуда он у меня? А, неважно. Появившийся ветер трепал край плаща, но я ничего не чувствовал, будто живая плоть стала камнем.

— Дождался, — сухо ответил.

— Ты так ненавидишь меня, что готов вцепиться в горло, — в голосе прозвучала усмешка, — но зря. Ты и я — Мрак. Не борются лучи против солнца, не восстают звёзды против Госпожи Луны. Глупец…

— Но не предатель.

Пальцам стало горячо. Спалить, превратить в пепел, приложить все силы — пусть даже самому уйти по ту сторону Мрака — но уничтожить.

— Глупец, смотри.

Шум моря за спиной не предвещал ничего хорошего, но я не повёлся. Кинулся вперёд, лиловый огонь обнял фигуру в сером. Спокельсе махнул рукой, искры исчезли. Я с размаху всадил кинжал в его грудь.

Раздался истошный женский крик. Я содрогнулся в ужасе. Хозяин Штормов рассыпался на глазах. Вместо него стояла Рангрид. Рябиновые волосы закрывали лицо, чёрная рукоять торчала из груди. Я онемел. Она покачнулась молодым деревцем под ветром, застонала и начала падать. Подхватил её, но вместо тела на ладонях оказался мокрый песок.

— Оларс! Оларс!

Меня трясли за плечи, звонко хлестнули по щеке. От удара я вскочил на постели, но Шайрах удержал на месте, не давая дёрнуться в сторону.