Линда (СИ) - Васичкина Екатерина Васильевна - Страница 7

— Папа! Чтобы я… с каким-то смертным?!

— Элла, ну где ж тебе бессмертного-то взять? — на бурный диалог из кухни потянулись остальные члены благородного семейства, мама и Жулик, — и ничего не староват!

— Здравствуйте, Лидия Семеновна. Это вовсе не то, что вы подумали. Мы, в самом деле, только коллеги.

— А жаль. Тогда пошли есть.

Жулик разумно промолчал.

Для Кирилла день выдался сумбурным. Сначала беготня по институту, в поисках Профессора Иванова Юрия Сергеевича, затем, скучное, и от этого невероятно тягучее ожидание оного под дверью аудитории, потом сбивчивые объяснения, что же такое нужно молодому специалисту от маститого ученого. Как назло, никаких путных идей, по теме диссертации у Кирилла не было, так что приходилось импровизировать на ходу. Но общительный профессор, явно польщенный таким вниманием, пробелов в повествовании не заметил, от души заполнив их своими собственными мыслями и идеями, по большей части вполне толковыми, надо отдать ему должное.

Тем не менее, исследователю паранормальных явлений было не до того. Какая может быть высокая наука, когда говоришь с трупом? С ходячим, говорящим, активно жестикулирующим, но все же трупом. Благо еще нервная система, здорово закаленная знакомством с разнообразными чудесами, водившимися на его работе в изобилие, выдержала подобное испытание с блеском! А ведь более чувствительный человек мог и в обморок упасть!

Профессор был совершенно мертв! Мертвее некуда. Обостренный, звериный слух «человека с некоторыми особенностями» позволял Кириллу утверждать это наверняка. Ни сердцебиения, ни дыхания. И как только другие этого не заметили?! Да еще и холодный! Это псевдоаспирант выяснил, невзначай поддержав удачно запнувшегося о ступеньку профессора, далее в сознании исследователя паронормальных явлений именуемого не иначе как «объект».

А вот психически, вроде, никаких отклонений. Забавный, говорливый, немолодой уже дядька, вполне еще в уме, но уже большой оригинал. Или он всегда таким был? Надо бы разузнать как-нибудь.

Случай представился почти сразу же. Объект убыл на очередную лекцию, подписав молодому человеку заявление и оставив оного в опытных руках заместителя заведующего кафедрой по научной работе. Милой женщины лет сорока пяти, которой тоже было приятно поговорить с умным и воспитанным молодым человеком.

Вообще, за время своего обучения, Кирилл заметил, что его простоватая, «рабоче-крестьянская» внешность, в сочетании с воспитанной Линдой манерой открыто спрашивать все, чего не понимаешь или понимаешь не до конца, отверзала на коротко стриженную голову такой водопад красноречия, что выловить в нем полезную информацию можно было очень просто. Достаточно только подождать, прицельно выбирая необходимое из общего потока. Видимо, в каждом из преподавателей, где-то в глубине души, живет не то миссионер — проповедник, требующий обращать в истинную веру дикарей, не то просветитель, несущий свет великой истины в народные массы.

А болтун, как известно, находка для шпиона, каковым в данный момент и выступал любимый сотрудник неземного существа.

— Последний год, он, и правда, сильно изменился. То все болел, уже еле ходил даже, а ведь не такой уж он и старый. А тут, как заново родился. Дипломников набрал, аспирантов. Да и горловых часов вон сколько. Мы тут все только диву даемся. Как подменили человека.

— Да, медицина творит чудеса.

— Ох, и не говорите!

Примерно в то же время, медицина творила чудеса и для Нориэль с ее «сумасшедшим парнем». Никита с ужасом просмотрел каталог с разнообразными формами ушных раковин, предлагаемыми дурноватым посетителям, тяжко повздыхал, ознакомившись с ценами. Изумленно качал головой, глядя на едва не повизгивающую от радости коллегу, кажется, совсем забывшую, куда и зачем пришла. Или и правда решила разжиться новыми ушами за счет организации? А что, надо думать Линда оплатит, ей на всякие глупости денег не жалко! Да-да, вот эти заостренные, как у Вулканцев, точно оплатит!

— Эм… родная… ты уверена? — роль «сумасшедшего» ему не давалась совершенно, поэтому шпион-любитель перешел к роли разумного, но на все готового ради любимой богатея.

— Да! Только подумай, я буду как настоящая эльфийка!

— Ты и так вполне как настоящая. Сапоги новые только купишь, и все!

— Ну Никит! — девушка сморщила хорошенький носик и мило захлопала длинными ресницами, наглядно демонстрируя, что все еще помнит легенду, да и вообще, где она и зачем сюда пришла, — смотри, как здорово!

— Ладно-ладно, тебе виднее. В конце концов, это же твои уши.

— Тогда вам следует подписать договор и договориться о сроках, — колоритный дядька, до этого бросающий на «несчастного влюбленного» понимающие взгляды, широко улыбнулся и протянул ему папку с бумагами.

— Ты уверена, что не хочешь подумать?

— Уверена!

— Ладно, на, подписывай.

Пока осчастливленная будущая «настоящая эльфийка» шелестела страницами, доктор еще раз присмотрелся к посетителю, пытаясь понять, где же видел это лицо. Давно, несколько лет назад, но точно видел. Да и имя знакомое. Ему уже явно встречалось это забавное сочетание Никита Хансен.

— Простите, не могу понять, откуда мне знакомо Ваше имя и внешность? Вы не были нашим пациентом?

— Я? — обладатель неоспоримой мужской красоты почти возмутился такой постановке вопроса, — конечно, нет! Но, мне кажется, мы с Вами пересекались на выставке медицинского оборудования. Ваша клиника тогда закупала новый томограф. Необычный выбор, для клиники, занимающейся пластикой.

— Ох, чем только не приходится заниматься, чтобы угодить клиенту, — доктор почти восторженно покачал головой, очевидно вспоминая особенно сложные задачи, — да, я Вас вспомнил! Вы тогда были в сопровождении удивительно красивой женщины. Кажется, она была Вашим менеджером?

— Не моим, а фирмы, которую я в тот момент консультировал. Мама долго на них проработала, — от непрошенных воспоминаний о счастливом прошлом Никита едва не поморщился, но вовремя сдержал болезненную гримасу. Не время и не место сейчас поддаваться чувствам, — но да, в остальном, Вы правы.

— О! Так это Ваша мать? И как же я не заметил сходства. Потрясающая женщина.

— Спасибо, я передам ей, — ох, мама, в какой раз твоя неземная краса спасает дело! — кстати, она сейчас в Москве. Открывает представительство фирмы. Должно быть, Вы слышали, насколько я знаю, информация рассылалась всем заинтересованным лицам.

— Да! Конечно же, я слышал, просто не знал, что этим занимается она! Что ж, это большая честь для нас, видеть Вас среди своих клиентов!

— Несомненно, — Никита тонко улыбнулся, переходя из роли обывателя, в амплуа специалиста и бизнесмена, — только вряд ли это случится. Мне, знаете ли, в отличие от этой барышни, все в себе нравится.

— Да, простите, я не так выразился, — доктор усмехнулся, прекрасно понимая, насколько прав его собеседник, — и все же, для меня весьма лестно, что такой крупный специалист, как Вы, выбрали именно нашу клинику.

— Да? Ну, не знаю. Вроде бы, у Вас все вполне достойно. И потом, выбирала Нориэль, я только одобрил ее выбор. Сия чудесная нимфа окончательно вскружила мне голову. Кто бы мог подумать.

— Ну что Вы, в Вашем возрасте это еще вполне обычно. Так Вы говорите, Ваша матушка в Москве?

Знойный огонек очень личной заинтересованности, смешанный с желанием свести полезное знакомство, породил в глазах доктора целую серию радужных вспышек. Перевести связи с известным поставщиком новейшего оборудования в личную плоскость могло бы быть настолько полезно, что переоценить эффект от такого события практически невозможно. Так что упустить возможность было бы просто преступлением.

— Да. Вот ее визитка, — представив, как «обрадуется» мама подобному близкому знакомству, Никита едва сдержал хищную улыбку, будет ей страшная месть за листья салата вместо ужина! — думаю, она будет рада поддержке в незнакомой стране.

Полная чушь, конечно. Это скорее страну надо поддерживать во время маминого визита, ну да чего не скажешь, ради любимого дела. Тем более, что это не его репутация страдает.