Опер-мечник - Лошаченко Владимир - Страница 25

— Евгений Петрович, избавление вас и ваших товарищей от рабства — чистая случайность. И если бы на меня не наскочили люди Исмаила, то ваша дальнейшая участь оказалась бы печальной. Не так ли?

Жилин в ответ лишь кивнул головой.

— К чему говорю. В области еще четыре нелегальных прииска — информация точная, правда, без привязки координат. Позже узнаю.

— Вы предлагаете освободить народ от бандитов? — вскинулся Жилин. — Я только за!

Пашка поморщился.

— Евгений Петрович, ничего не предлагаю, лишь делюсь сведениями. Решать вам.

— По совести помочь людям нужно однозначно, — майор хлопнул ладонью по крышке стола.

— Скажите, среди ваших коллег по несчастью есть парни, которым можно доверять?

Жилин задумался.

— За пятерых ручаюсь.

— Неплохо. Для участия в операции необходимы порядочные, неболтливые парни в возрасте от двадцати пяти лет, прошедшие армию.

— Тогда четверо, Павел Игнатьевич, — вздохнул майор.

— Ну что же, будем уродов мочить в сортире.

— Угу, и в других общественных местах, — поддержал Пашка. — Предлагаю создать команду для борьбы с антисоциальным элементом радикальными методами. Возглавить ее придется вам, майор. За мной общее руководство и матобеспечение.

Жилин слегка оторопел.

— А как же закон, суд, в конце концов.

Чернов достал из нагрудного кармана удостоверение ФАБ и протянул его собеседнику.

— Полномочия у меня, как видите, есть, скажу больше — если действовать строго в рамках законности, до восьмидесяти процентов дел крупных мафиозников разваливаются не доходя до суда. Имея солидные деньги, они нанимают лучших адвокатов, запугивают или подкупают свидетелей и представителей органов правопорядка. Вы сами об это знаете. Перевоспитывать уголовный элемент бесполезно, как впрочем и заворовавшихся чиновников. В лучшем случае такой экземпляр получит семь лет условно. А потому очистить ваши края от всякой нечисти — дело весьма полезное и благородное.

Жилин под конец Пашкиной речи взволнованно встал:

— Располагайте мной, Павел Игнатьевич, я с вами до конца.

— Рад, что в вас не ошибся, выпьем за успех нашего дела и создания команды "Равновесие".

Выпили.

— Теперь пойдем в местный арсенал, кстати все стволы и прочее заберем с собой.

Увидев содержимое склада, майор не мог сдержать эмоций:

— Ох, е…, мать, ни хрена себе!

— Нам нужна база в окрестностях Манзуркис соответствующей инфраструктурой и условиями для тренировки бойцов.

— Как срочно, Павел Игнатьевич?

— Вчера. Причем базу и участок земли не менее десяти гектаров желательно приобрести в собственность, на худой конец в долгосрочную аренду. Следующий вопрос — в вашем городке есть пункты приема старательского золота?

— Насколько помню, есть.

— Сдадите месячную добычу, двадцать килограммов с чем-то, деньги поделите между всеми поровну. Отдельно — заначку Исмаила, она пойдет на оплату участка земли на подъемные команде. Идите за парнями, познакомлю с ними поближе.

Пока Жилин мотался в лагерь, Чернов прокачивал ситуацию. Несмотря на скупость данных, спинным мозгом чувствовал — с нелегальным золотом что-то не чисто. Для обычных мафиозников слишком масштабно. Подспудно мелькала одна мыслишка, но опер отложил ее в самый далекий и темный уголок сознания. Кончик ниточки есть, так можно пройти по всей цепочке. На крыльце затопали, в зал вошли лыбящиеся молодые люди во главе с майором.

— Садитесь. Понимаю, у вас праздник и приподнятое настроение, но сейчас речь пойдет о серьезных вещах.

Дальше Павел озвучил предложение, в конце которого предупредил:

— Кто согласен, дает клятву, за нарушение которой ответит головой.

— Это как головой? — набычился высокий брюнет с неряшливыми патлами.

— Смерть, — равнодушно бросил опер.

Брюнет увял:

— Не, я в такие игры не играю, — и встал из-за стола.

— Можно вас на секундочку, — обернувшемуся верзиле Пашка стер воспоминания о предыдущем разговоре. — Идите веселитесь, юноша, дальше.

Брюнет нетвердыми шагами вышел из дома и побрел по тропе.

— Легко отпустили, Павел Игнатьевич, — озаботился Жилин. — Не сдал бы нас, сучонок.

— Не переживайте, он ничего не помнит, выбросьте его из головы. Теперь давайте познакомимся поближе и набросаем вчерне наши будущие действия.

Из утреннего тумана появилась цепочка людей, груженная объемистой поклажей. Сделав несколько шагов, они остановились и сложили багаж в одну кучу. У окраины леса остались четверо, остальные исчезли в мерцающем проеме. Жилин, не обращая внимания на непонятные чудеса, обратился к спутникам.

— Парни, закрыли рты и занялись делом. До обеда кровь из носу, а схрон должен быть готов.

Перетаскав ящики, коробки и тюки на ближайшую поляну, команда дружно взялась за лопаты. Проводив бывших рабов на окраину Манзурки, Павел отправился к местному резиденту нелегальной добычи золота. Тот жил неподалеку от центра в солидном кирпичном коттедже. В его обязанности входило обеспечение лагеря продуктами, инструментом, топливом и прочим, посылая строго по графику вертолет. Но главное — принимать и отсылать в Иркутск добытый золотой песок, соблюдая строгую отчетность. Также резидент следил за пополнением рабочих кадров и раз в год отправлял захваченных людей на золотую каторгу. На него работала небольшая, но крепко сплоченная банда из шести человек. Практически делами занимался его референт, секретарь и помощник в одном флаконе — Вадик, последовавший за шефом с прежнего места службы. Сам Акакий Иванович, бывший городской голова, оставил пост четыре года назад вследствие интриг недоброжелателей и завистников (по его собственному утверждению), а на самом деле из-за финансовых махинаций с местным бюджетом, в свое время получил предложение, от которого не отказываются. Тем более когда приводят факты, тянущие на приличный срок с конфискацией. С уголовщиной Акакий Иванович дел не имел — да не дай Бог, для этого существует Вадик, и потому свою нынешнюю деятельность считал легальным бизнесом вполне серьезно. Нет, он не успокаивал совесть ввиду полного ее отсутствия, просто так удобнее и комфортнее жить. На своем участке по утрам вместо физзарядки Акакий Иванович поливал их шланга огород и прочие посадки, особенно заботился о "кулубнике" — его фирменное словечко — любимая закуска под водочку. Закончив полив, хозяин коттеджа присел на лавочку, стоящую в тени яблони. Невеселые думы омрачали его чело — пропал вертолет. Да хрен с ним с референтом, исчезла месячная добыча золотого песка, а такие промахи Хозяин не прощает. Акакия Ивановича от тягостных мыслей отвлекло деликатное покашливание. Спустившись на грешную землю, обнаружил незнакомца в странном комбинезоне с плывущей расцветкой. Ему вдруг ужасно захотелось пригласить гостя в дом и угостить чем Бог послал.

— Простите, уважаемый, за небольшой беспорядок, жена третий день гостит у родственников в Качуге, — проблеял Акакий Иванович.

Гость, отведав угощения, не отказался от стопки водки, закусив крупной ягодой кулубники.

Пашка, а это был именно он, отсканировав память бывшего городского головы, узнал имя и должность человека, с которым контактировал и подчинялся опальный чиновник. Им оказался майор ФАБ, некий Снегирев Федор Ипатьевич.

— Деньги в доме есть? — спросил он хлебосольного хозяина.

— Есть, конечно, — и довольно быстро предоставил Чернову плотный пакет, перевязанный бечевкой.

Опер небрежно отодвинул наличные на край стола.

— А теперь займемся делами нашими скорбными. Вызывай сюда свою банду в полном составе.

Акакий Иванович молчком схватил с серванта мобильник и лихорадочно принялся набирать номер.

— Паленый, есть дело, собирай всех своих и срочно ко мне!

— Обещались скоро быть. Какие дальнейшие указания? — расхититель госсобственности, сложив руки на колени, уставился на Чернова преданным собачьим взглядом.

— Сидеть и ждать, — буркнул опер.