Опер-мечник - Лошаченко Владимир - Страница 30

— Яков Николаевич, по-моему, вы занизили свое количество благородного металла? Колись, где еще припрятал золотишко!

Дернувшись от ментального укола, Зубов нехотя промямлил:

— Около одной тысячи тонн зарыто на территории усадьбы под парниками с орхидеями.

Пашка встал из-за стола размяться.

— Нотариус в доме есть?

— Нет, можно из города вызвать. Подъедет в течение часа.

— Вызывайте. Когда приедет, оформите замок с участком мне в подарок.

Зубов сник, предчувствуя свой печальный финал. Их никто не домочадцев не беспокоил, в радиусе ста квадратных метров действовал магический "купол тишины", а охранный круг не давал возможности любому живому существу пересечь его границу. Спустя один час десять минут приехал нотариус — лохматый прохиндей с бородкой а-ля Чехов. Быстро оформил дарственную и, получив гонорар, отбыл восвояси. Из потайного сейфа, обливаясь слезами от жадности, Зубов извлек около миллиона рублей, шкатулку с фамильными драгоценностями и пистолет израильской фирмы (IMI) DezertEagle ("Пустынный орел") — двухкилограммовую дуру калибра десять целых четыре десятых миллиметра с коробкой патронов.

— Ты бы сюда еще гаубицу запихал, — недовольно скривился Чернота. — Ладно, давай ключ от сейфа, код сам сменю, — и положил все добро обратно.

— Пойдем, представишь меня прислуге и охране. Кстати, она твоя личная?

— Нет, фирма "Щит" поставляет, договор с ними на три года.

— Прихвати с собой какой-нибудь чемодан, ты уезжаешь жить на юг, поближе к морю. Врачи посоветовали. Машина в гараже есть?

— Угу, две штуки — джип и "Феррари".

— Гони ключи и пошли.

На первом этаже в вестибюле хозяин замка объявил, что отныне все его собственность переходит к Чернову Павлу Игнатьевичу.

— Отныне он вам царь и Бог. Прощайте.

Дернувшегося было за ними личного водителя опер остановил:

— Я сам отвезу Якова Николаевича на вокзал.

Сев в джип, выкатились в открывшиеся ворота. Отъехав достаточно далеко, Пашка свернул с аллеи на обычную проселочную дорогу. Выбрав место поглуше, остановил машину среди частых деревьев.

— Вылезай, Зубов, твоя конечная остановка.

Рептолоид с тяжким вздохом выпал из салона. Приведя нелюдя на небольшую полянку, приказал встать на колени.

— Молись своим богам, змеина.

В воздухе мелькнул клинок кинжала, и отрубленная голова покатилась по опавшей хвое. Тело выплеснуло фонтанчик голубой крови, затем повалилось на бок. Чернота веткой подкатил голову к трупу и, произнеся кодовую фразу, сотворил заклинание огня. Пламя с гулом охватило останки нелюдя — через пять минут от них остался лишь холмик золы и четыре капли — расплавленные коронки на зубах. Выждав положенное время, он вернулся в замок. Дверь в кабинет к тому времени заменили, здесь Пашка и расположился. До вечера занимался редактированием снятого видеоматериала — стирал некоторые куски допроса. Нужную информацию он и так запомнил. Спать устроился тут же, не куцем диванчике, несмотря на то что горничные сменили постельное белье в спальне. Утром опер нанес визит второму фигуранту — Чубикову Анатолию Ивановичу, жившему в соседнем поселке. С оставшимися двумя рептолоидами справиться удалось гораздо легче — они не обладали магией и не имели блока ментальной зашиты. Золота у них оказалось три тысячи тонн и две с половиной тысячи тонн соответственно. Особняк Чубиковаопер записал на себя, Аграновича — на Жилина. Благо дело, помнил паспортные данные. Если бы его спросили, зачем ему недвижимость в элитных поселках, он вряд ли мог ответить — действовал исключительно рефлекторно. Чувствовал, пригодится. Видеосъемки провел в обоих случаях, самое интересное — оба нелюдя оказались порядочнее Зубова. Они на законных основаниях, то есть вполне официально владели сетью приисков. Один в Енисейском крае, другой — в Ленском национальном округе. Ну, естественно, подворовывали, мухлевали — государству сдавали мизер золота.

Пашка и эти предприятия приватизировал, в дальнейшем решил отдать отечеству половину. Вообще планов появилось громадье, но сначала на Базу, от начальства многое зависело. Через три дня Чернов ушел в родной город, а оттуда на Землю-2.

База Хранителей встретила опера ранней весной — с Землей-1 вечно сдвиг по фазе. Блондинистая Лариса, закинув точеные ножки на журнальный столик, рассеянно обрабатывала пилкой коготки.

— И чего не отдыхается, Пашенька? Вечно ищешь приключений на свою задницу, — промурлыкала секретарша, благосклонно принимая от него букет.

Цветы Пашка две минуты назад ободрал с клумбы рядом с административным зданием.

— Ты, Лариса, все такая же манящая и желанная!

— Трепло, иди уже. Начальство у себя, будешь третьим.

Смысл странной фразы Пашка понял, лишь зайдя в "высокий" кабинет. Начальники увлеченно дегустировали заморский алкоголь. Архангелов с Мозесом моментально напряглись — не может отпускник по своей воле объявиться на работе.

— Паша, ты че приперся?

Чернота пытался изобразить самую оптимистичную улыбку, но начальство не купилось.

— Судя по твоей физиономии, опять нарыл какую-то гадость, — скривился Архангелов.

Опер не стал вступать в дискуссию, а просто положил на стол рапорт и видеокассету.

— Бумажку завсегда прочитать успеем, лучше кино посмотрим, — пробормотал он, вставляя кассету в видеодвойку.

После просмотра первых кадров у них вытянулись физиономии, знакомство с рапортом заняло не более пяти минут. Начальство с минуту ело друг друга глазами, бледнея и краснея, а затем в один голос заорало:

— Лариса-а-а!

Секретарша услышала без всяких амулетов связи и селектора — появилась в дверях через минуту.

— Корнелиуса сюда срочно!

Прискакавшему куратору сектора Архангелов с Мозесом при помощи восьмиэтажного мата и массой нелестных сравнений, объяснили, кто он и что он. В конце яркой и живописной сцены Петр Петрович объявил свое повеление:

— Отныне куратор сектора Чернов Павел Игнатьевич. Завтра отбываешь с ним на Землю-1, введешь в курс дела и представишь властям. Пока будешь в резерве.

Поникший Корнелиус спиной вышиб дверь и скрылся заливать горе.

— Чем еще "порадуешь", Пашенька? — с подковыркой спросил Мозес.

— Дык я тута подумал и эта… — Пашка почесал затылок.

— Павел, хорош придуриваться, — насупился Архангелов.

— Ну мы не местные, политесу не обучены, — опер осекся, понял, шутки кончились. И уже другим деловым тоном выдал такое — у Высших магов глаза на лоб полезли.

— В общем, прикинув кой-чего, появилась мысля — если на Земле-1 дракониды и прочие рептилии имели портал с незапамятных времен, то почему собственно его не может быть на Земле-2 и на Земле-3. Вполне возможно, что в этих секторах имеются свои планеты со змеюками.

Мозес схватился за сердце, а Петр Петрович одним глотком из дула выпил заморское редкое вино.

— Ну, Паша, умеешь ты преподносить сюрпризы.

— Да при чем здесь Павел! — озлился Мозес. Он постучал костяшками пальцев по лбу Главы Ордена. — Тут подумать надо, а не винище с коньяком хлестать. Нет, вы посмотрите, кому я доверил Орден! Алкоголику!

Мозес с таким надрывом и отчаянием заламывал руки, что Пашка не поверил. "Жуки еще те, два сапога пара", — и тем не менее внимательно следил за разыгравшейся интермедией.

— Да, а кто меня научил! — ощетинился Петр Петрович. — Сам-то в тысячу раз больше моего пьешь. Ты не поверишь, Павел, но наш Мозес — провокатор. Является каждый день к обеду только с одним предложением — об чем-нибудь выпить. Бедная Лариса устала пустую тару выносить.

Старый Мозес от негодования трясся:

— Как тебе не стыдно возводить напраслину на учителя!

Чернота вторгся в паузу:

— Может, хватит, господа начальники, комедию ломать, у меня к вам есть пара деловых вопросов.

Мозес с Архангеловым поежились, сбросили с себя придурковатую спесь и напоминалитеперьдвух нашкодивших котов, застигнутых на месте преступления.