Бродяга - Одом Мэл - Страница 98

Женщина… Сонне резко натянула поводья, и ее уставшая лошадь чуть не поскользнулась на неровной тропе. Из-под копыт вниз, к Лесу Клыков и Теней, полетели камешки.

Крик послышался снова, на этот раз громче, и страх в нем смешивался с гневом.

— Брант, — позвала Сонне.

— Я слышал, — ехавший впереди вор остановился. Кобнер подъехал к нему.

— Может, это ловушка, — предположил Балдарн. Вик тоже натянул поводья и нервно посмотрел на лес внизу. Несмотря на эхо, создаваемое горами, он был уверен, что крики донеслись именно снизу, из-под деревьев. Да, это могла быть ловушка, но Пурпурные Плащи не впереди отряда, а сзади и кому бы понадобилось поднимать такой шум?

Женщина закричала снова, на этот раз в полном отчаянии.

Брант смотрел вниз. Его лошадь нервно гарцевала на месте.

— Нас это не касается, — хрипло сказал Кобнер. Он держал свой топор поперек седла.

— Мы не можем бросить человека в беде, — объявила Сонне. Она развернула лошадь и помчалась вдоль уступа, вскоре исчезнув из вида.

— Сонне! — испуганно вскрикнул Вик, боясь, что она свалится вниз.

Брант тоже развернул лошадь и помчался за девушкой. Ругаясь, Кобнер последовал за ними, а потом и остальные воры.

Вик гадал, помнят ли воры, что за ними гонятся Пурпурные Плащи. Но ему не хотелось оставаться одному, а кричавшая наверняка нуждалась в помощи. Вик поехал за ворами, уже скрывшимися из вида. Он боялся упасть, но скоро заметил ведущую вниз дорожку. Цепляясь за седло, Вик позволил лошади спускаться самой.

Внизу Вик натянул поводья и направил лошадь туда, где ветки кустов еще покачивались — воры только что проехали тут. Женщина снова закричала, на этот раз хрипло.

Вик быстро нагнал остальную компанию. Сквозь густые заросли едва просачивались солнечные лучи, разрисовывая все вокруг длинными темными тенями.

Сонне ехала впереди. Вик едва видел ее за деревьями. Вдруг ее лошадь встала на дыбы, чуть не сбросив девушку. Потом между деревьями перед ней двеллер заметил что-то толстое и волосатое.

Это был паук! Вик узнал знакомые очертания, хотя никогда и не видел твари такого размера.

В длину паук был по меньшей мере восьми футов вместе с ногами, и половину этого занимало тяжелое жирное тело. Паук бежал поперек огромной паутины, футов пятидесяти в диаметре, не меньше, и шелковые нити дрожали от его движений. Тварь быстро приближалась к Сонне и ее лошади.

Несмотря на явное удивление, девушка сохранила самообладание. Она мгновенно вскинула арбалет и выстрелила. Дротик вылетел как раз в тот момент, когда паук прыгнул. Лезвие вонзилось в голову паука, и тварь свалилась на землю перед Сонне.

Но паук поднялся на всех восьми ногах, слегка покачиваясь, хотя и был, без сомнения, серьезно ранен. Лошадь Сонне попятилась к дереву. Девушка бросила арбалет на седло, и в руках у нее появились ножи.

Брант без предупреждения атаковал паука сзади. Он ударил тварь мечом, но та прижалась к земле, согнув лапы, а потом прыгнула на Бранта. Но как только паук оторвался от земли, рядом с Брантом встал в стременах Кобнер и взмахнул топором, держа его обеими руками. Топор угодил по середине туловища паука и разрубил его. Половинки полетели в кусты.

— Помогите! — послышался хриплый крик сверху. Вик, потрясенный тем, как стремительно двигался паук и как быстро закончилась схватка, посмотрел вверх. В тридцати футах над землей в паутине висела женщина. Она была окутана нитями так плотно, что виднелись только темные волосы и фиалковые глаза.

— Вон там! — крикнул Лаго.

Брант соскочил с лошади и бросил поводья Кобнеру. Меч он держал в руке.

— Будьте внимательны. Я слышал, что в Лесу Клыков и Теней такие пауки редко встречаются поодиночке.

Вик вздрогнул и сам удивился, что достал висевший на поясе нож и сжал его в кулаке. Он уже обнажал нож на «Одноглазой Пегги», но просто перерезал им абордажные канаты гоблинов-работорговцев. Вик не хотел сражаться с гигантским пауком, но знал, что если понадобится, будет защищаться. Лошадь под ним дернулась, и рана заныла, напомнив библиотекарю о вчерашней попытке спасти жизнь Кобнера. Вик сам удивлялся тому, как он изменился. Но столько всего произошло за последнее время, что ему уже просто противно было чувствовать себя беспомощным — слишком уж это часто случалось.

Брант схватился за паутину и попытался забраться наверх. Но паутина задрожала, а нить, за которую уцепился вор, порвалась. Он посмотрел на женщину, висевшую наверху.

— Я слишком тяжелый.

Сонне соскочила с лошади и привязала поводья к ближайшей ветке. Она тоже попыталась подняться, но даже под ней паутина обрывалась.

— Похоже, паук затащил ее наверх, — сказал Лаго, — а уж потом привязал так, чтобы ее вес не порвал паутину. Наверное, обычно они такую крупную добычу не ловят.

— Нет, но я слышал, что они не упустят человека, если подвернется такая возможность, — сказал Брант. — Их яд оказывает парализующее воздействие, и они съедают добычу живьем.

Вик вздрогнул, представив себе, каково было бы висеть в такой паутине и ждать, пока тварь тобой пообедает.

— Паутина крепится к двум деревьям, — сказал Кобнер. — Можно их подрубить.

— Пока мы это сделаем, — сказал Брант, — Пурпурные Плащи нас нагонят.

— И она может пострадать при падении, — добавила Сонне.

Вик посмотрел на плененную женщину. Он с удивлением понял, что она даже не пытается убедить их помочь ей, просто молча ждет, пока воры решают ее судьбу. Большинство из тех, кого он знал, — тут он вспомнил про Халекка и многих других пиратов и мысленно поправил себя: «кое-кто из тех, кого он знал», — уже бы кричал во все горло. Они бы либо требовали помощи, либо умоляли о ней, либо и то и другое вместе.

Сонне посмотрела на Бранта.

— Я ее не брошу. — На лице девушки читалось упорство. — Я просто не могу.

— И я тоже, — признался Брант.

Кобнер еще раз глянул на опутанную шелковыми нитями женщину. Сквозь лесной мрак прорвался луч света, паутина засияла.

— Тогда подарим ей быструю смерть. Дротик в сердце — это будет милосердно.

— Нет, — твердо сказала Сонне.