Я — Люцифер - О'Доннел Питер - Страница 70

— Если ты хочешь окликнуть ее, Вилли, или издать еще какой-то громкий звук, то, пожалуйста, сперва пристрели меня.

Вилли ухмыльнулся, чуть подался вперед и, высоко подняв руку, махнул ею. Тотчас же Модести помахала ему в ответ. Причем не просто помахала, а, как решил Колльер, она передавала ему какое-то сообщение. Разумеется, чтобы передать сообщение на таком расстоянии, ей приходилось жестикулировать Достаточно четко, но Колльер вспомнил эпизод, когда Сефф настоял на том, чтобы она и Вилли устроили поединок. Стив вспомнил, как она нервно потрогала пальцами ухо, потом потерла глаз, чуть наклонила голову, подняла ее и отвернулась.

Теперь Колльер понял, что она давала инструкции Вилли, чтобы он проиграл поединок и упал с обрыва.

— Сефф умер, — сообщил Вилли Колльеру. — А также Регина и Джек Уиш…

— Модести была занята по горло, — отозвался на это Стив.

— О Боукере ничего, но она просила не волноваться.

— Что верно, то верно. Даже если Боукер и уцелел, то он не поведет себя как генерал Кастер[6]. Он постарается договориться.

Вилли поднял руки и просигналил, что все понял, после чего начал спускаться по склону. Колльер двинулся за ним следом. Когда они оказались уже у причала и направились к песчаной косе, Колльер повернул голову и увидел большой белый корабль неподалеку от входа в бухту, с которого лебедки спускали на воду две шлюпки.

Глава 25

— Доктор Марстон — твой новый личный помощник, Люцифер, — сообщил Колльер. — У него готова лодка, чтобы доставить тебя на корабль.

Люцифер вяло кивнул. Он опять пребывал в подавленном состоянии. Это было результатом очередной инъекции скополамина.

Колльер заговорил снова, пытаясь быть достаточно логичным:

— После этого сражения ад нужно как следует перестроить и укрепить. Кроме того, у твоих верных слуг будет немало работы в разных концах этого, верхнего мира.

— Да, — глухо произнес Люцифер. — А Модести…

— Коль скоро ты даровал ей бессмертие и сделал ее своей главной опорой, у нее будет хлопот больше, чем у кого-либо. Но, вне всякого сомнения, ты еще не раз увидишь ее в разных странах…

Люцифер медленно кивнул.

— Я научился терпеть… Но передай ей, что теперь у нее в груди бьется сердце Люцифера и я буду следить за ней.

Доктор Марстон провел рукой по своим седеющим волосам, вопросительно посмотрел на Колльера и, получив от него утвердительный кивок, положил руку на плечо Люцифера и повел его по тропинке.

Колльер сел на землю и вытянул гудевшие ноги. Далл посмотрел вслед Люциферу и доктору Марстону и сказал:

— Господи, помилуй…

— Это точно, — сказал Колльер и добавил: — Это действительно действует на нервы. Но послушайте, тут появилось много очень лихих на вид людей. Если они намерены разбираться, кто есть кто, то, пожалуйста, сообщите им, что я воевал на стороне Модести, потому как мне совершенно не хотелось бы получить ни за что ни про что пулю…

— Этого не будет, — отозвался Далл и, посмотрев на него, сказал: — Вы выглядите сильно так себе. Я могу вам чем-то быть полезен?

— Спасибо, но ничего, кроме железных легких, мне не нужно, — отвечал Колльер с прохладными интонациями. Он решил не особенно любезничать с Джоном Даллом. Этот человек был его соперником. То, что он был миллионером, безусловно, не имело для Модести никакого значения, но вот с мужским началом у него полный порядок, а от этого Колльеру сделалось несколько неуютно в обществе Джона Далла.

— Насчет этого ничем не могу помочь, — отозвался Далл, — а вот фляжка с бренди имеется. Может, она пригодится? А где, кстати, Вилли и Модести?

— Вон там, у воды, — сказал Колльер. — Она вдруг вспомнила про дельфинов, и они с Вилли хотят снять с них упряжь и убрать сеть, чтобы бедняжки могли уйти в море, когда пожелают.

— Ну разумеется. Несчастные морские создания, — усмехнулся Далл, и Колльер вдруг понял, что его неприязнь к американцу улетучивается сама собой. Он открыл глаза и взял фляжку, которую протянул ему Джон Далл.

— Извините, если был немного резок, — сказал Колльер, — но я, признаться, несколько подустал. И как-то маловато спал этой ночью.

— Я тоже, — сказал Далл, — но я бы с большим удовольствием провел ту ночь не на корабле, а рядом с вами.

Колльер глотнул бренди, поперхнулся и поднял голову. К своему удивлению, он понял, что от слов Далла ему вдруг сделалось легко на душе. Он вдруг ощутил прилив радости. Он был там, час за часом, рядом с Модести и Вилли, делал черт знает что, в то время как Джон Далл просиживал свои миллиардерские штаны в каюте и потел, не зная, что предпринять.

— Занятная выдалась ночка, — промурлыкал он, вставая и возвращая фляжку Даллу.

— Очень хотел услышать все в подробностях, — сказал Далл, убирая фляжку. — А то от Модести с Вилли ничего путного не добьешься.

— Профессиональные разговоры их утомляют, — кивнул Колльер. — Ну что, посмотрим, чем они там занимаются?

На каменистом склоне лежали рядком четыре убитых бандита моро.

— Все моя работа, — сказал Колльер, — вон оттуда с крыши того, что раньше называлось домом. Из винтовки, названия которой не упомню.

— Лихая стрельба, — сказал Далл, удивленно посмотрев на Колльера. — Вы никак снайпер?

— Еще бы. Правда, я не видел, куда стреляю, и вообще слегка спятил тогда от всего, что творилось вокруг. Модести утверждает, что я не смогу повторить такого и за миллион лет. Но именно столько мне надо прожить, чтобы захотеть еще раз пройти через все это.

Далл улыбнулся. Он очень хотел познакомиться с Колльером, чтобы понять, что нашла в нем Модести. Правда, сейчас англичанин был похож на обгоревшее огородное пугало, но в его усталых красных глазах угадывались ум и ироничность. Кроме того, этот человек умел тонко чувствовать. Его первоначальный лед быстро растаял, когда он, Далл, проигнорировав такой холодный прием, проявил дружелюбие. Они подошли к бухточке. Там, на большом камне, в ряд лежали тела Регины, Уиша, Сеффа и Гарсиа.

— Я, правда, многого не знаю, — сказал Колльер, — и, как вы справедливо заметили, от Модести с Вилли ничего путного не добьешься, но, судя по всему, эта очаровательная дама, — он показал на труп Регины, — застрелила Гарсиа, а потом угодила ногой в петлю троса, который был прикреплен к дельфиньей упряжке. Дельфины утащили ее в воду, где она и утонула. Люцифер убил Сеффа, низвергнув его на грешную землю с достаточно большой высоты, что было очень даже неплохо придумано, а мистер Уиш допустил роковую ошибку, решив посостязаться с Модести, кто быстрее достанет свою пушку. Если верить Вилли, в этом она неподражаема. Но куда они исчезли?

— Вон Модести, — сказал Далл, показывая рукой на выход из бухточки. Сеть теперь была убрана. Модести стояла на коленях на камне в черном лифчике и черных трусиках и с распущенными волосами. Она смотрела вниз, и тело ее сотрясалось.

На какое-то мгновение Колльера кольнул страх, но он тут же понял, что она просто смеется.

Вилли Гарвин вынырнул из воды, отфыркиваясь. Руками он обхватывал дельфина, и до Далла с Колльером донесся его недовольный голос.

— Перестань брыкаться, морской черт! Я же хочу тебе помочь.

Тут из воды показалась голова второго дельфина, который весело боднул Вилли в спину, отчего тот выпустил первого дельфина и зачертыхался. Рядом на воде качалось пустое ведро, и Колльер понял, что Вилли пытался заслужить доверие дельфинов с помощью рыбы, которой обычно угощал их Гарсиа.

Теперь уже Плутон и Велиал бодали Вилли с двух сторон, Модести, совсем обессилев от смеха, говорила, тыча рукой:

— Вилли-солнышко, у тебя в волосах запуталась рыбка. Они хотят ее съесть.

Вилли судорожно пошарил пятерней в волосах, извлек рыбку и выбросил в воду.

— Ну, давайте, детки, — притворно ласковым голосом говорил он дельфинам. — Подойдите, подойдите к дяде Вилли. — Потом совсем другим тоном рявкнул: — Ну, иди сюда, и не брыкайся, тупоносый осел!