Подходящая работа - Поташев Сергей - Страница 25

Коллеги из секции утилизации оказались довольно находчивыми ребятами, поэтому рутинная проверка демонтируемого вооружения превратилась у них в неофициальный турнир.

Одним из этапов тестирования тяжелого вооружения был отстрел из него нескольких серий на полигоне. Во время стрельбы тестирующая система оценивала несколько десятков параметров, сравнивала с данными, полученными инструментальной проверкой, и давала точный вывод о работоспособности оружия и степени его износа.

Подключив стенды к ручному управлению, ребята целились, как говорится, «на глазок» и стреляли. Победителю этих соревнований полагался приз — на следующий день ему позволялось выбирать экземпляры техники на разборку самостоятельно. Все остальные получали технику в порядке ее поступления. Поскольку у каждого техника в секции имелся целый набор секретных примет, по которым они определяли «уловистость» той или иной боевой машины, такой «приз» существенно подогревал азарт участников соревнований. Так как стендов было всего три, результаты стрельб, зафиксированные компьютером, отображались в конце рабочего дня на одном из экранов в раздевалке.

К моему разочарованию, за несколько недель у меня ни разу не получилось попасть в призеры. Не то чтобы мне очень хотелось выбирать технику, разницы между потертыми экземплярами которой я пока не видел, но азарт такая заразная штука…

Увы, пока что моим наивысшим результатом было всего лишь третье место.

Основная борьба в секции, можно сказать, была принципиальной, ведь велась она между армией и флотом. Представителями конкурирующих структур были: техник 3-го ранга Брон, который пришел в корпорацию из флота, где служил в технической службе крейсера, и техник 3-го ранга Крос, который ранее служил в наземных частях. Похоже, изученные базы по тяжелому вооружению каким-то образом помогали им в стрельбе, даже без использования современных систем наведения.

Мысль о необходимости первоочередного изучения таких баз задержалась в моей голове совсем ненадолго, и была задвинута подальше, после ознакомления с полным ассортиментом доступных для покупки баз. После изучения этого перечня у меня образовался целый список, в который вошли базы, необходимые мне для возвращения на Землю. Базы по вооружению тоже входили в него, но были задвинуты в конец списка целым набором баз, необходимых для полноценного управления космическим кораблем, хотя бы легкого класса. Кроме того, предстояло выбрать, какие базы надо учить до минимального уровня, а какие — лучше прокачивать по максимуму.

Стоимость баз отличалась от предлагаемых в «Нейросети» на порядок, но даже такие траты были для меня пока что не по карману. Разбираемая техника не баловала меня интересными находками, похоже, что ее изрядно шерстят еще на армейских складах. Горсть неисправных чипов памяти, парочка забытых инструментов да устаревший планшет — вот и весь мой улов. Выручка от их продажи оказалась меньше сотни кредов. Но я не унывал, ведь покупку новых баз можно отложить до момента, пока я не выучу уже имеющиеся базы. К тому же, если работать не спустя рукава, превысить норму было вполне возможно, а это — прибавка от 5 процентов к зарплате.

Ночной разгон в капсуле позволял мне подтягивать до 4-го уровня имеющиеся базы с периодичностью примерно в месяц. А изученные базы, в свою очередь, позволяли быстрее выполнять (и перевыполнять) установленную норму.

Я разбирал всяческие флаеры, танки, танкетки, как-то даже попался боевой робот, заставивший улыбнуться, при воспоминании шутки про ОБЧР (огромных боевых человекоподобных роботов). Конечно, это был не совсем робот, а одна из старых моделей тяжелых скафов Тех3, но общее человекоподобие он сохранил, да и некоторые функции автономности в нем присутствовали. Например, при гибели водителя, скаф, в зависимости от настроек, мог самостоятельно вернуться в точку эвакуации или остаться на поле боя в качестве автоматической турели.

Не очень быстро, но дела мои шли в гору. Благодаря применению изученных баз ко дню квартального юбилея работы в секции премия за перевыполнение плановых показателей стала для меня постоянной. В разбираемой технике начали попадаться более интересные вещички. Да еще как попадаться! Проведя калькуляцию за третий месяц, я с радостью отметил, что мои месячные доходы превысили планку в пять тысяч кредитов.

Большую часть найденного оборудования я продал нашему завхозу, парочку более дорогих вещиц — через сеть. Неплохой плазменный пистолет презентовал старшему смены. А несколько находок, на которых остановлюсь более подробно, оставил себе.

Мой коммуникатор «Волан-3Р» был заменен своим старшим братом «Волан-5РП», и теперь я не только разбирал технику, но и скачивал всю найденную информацию в память коммуникатора. Но главный мой приз, про который я не рассказывал никому, терпеливо перелопачивал тонны информации в Галанете в поисках упоминания о Земле. Этим призом, как вы уже догадались, был ИскИн.

Мысль о необходимости обзавестись собственным ИскИном, занимала меня с момента, как только я узнал об их существовании. К сожалению, стоимость самого простого ИскИна исчислялась несколькими десятками тысяч кредитов. За приличный корабельный ИскИн, пришлось бы выложить уже несколько сотен тысяч, а стоимость миниатюрных ИИ, носимых богачами в украшенных драгоценностями браслетах, запросто превышала миллион кредитов.

Установленные на разбираемой технике компьютеры были жестко запрограммированы под конкретную задачу и, честно говоря, до уровня полноценного ИИ не дотягивали.

Поэтому, когда я понял, что найденный в оплавленном штурмовике корпус технического дроида содержит в себе ИскИн, у меня даже мысли не возникло о возможности его продажи. Даже учитывая, что это была довольно простая модель второго поколения, надежды получить другой ИскИн в ближайшее время у меня не было.

Надо сказать, что меня сильно заинтересовало, как ИскИн попал в корпус ремонтного дроида. Осмотрев штурмовик, я понял, что ИИ полноценно выполнял работу ремонтного дроида и боролся за живучесть штурмовика вплоть до отстрела спасательной капсулы. Ее отсутствие говорило о том, что для пилота все закончилось более-менее благополучно.

Первая попытка запустить ИскИн не удалась — он сразу запросил пароль. У меня было два пути: или, пользуясь техническим доступом, произвести реактивацию ИИ (аналог форматирования) или все же попытаться вскрыть пароль. Я посчитал, что второй путь выглядит более предпочтительным — если ИскИн смог работать ремонтником, то у него могли обнаружиться и другие полезные возможности.

Так как я не хотел афишировать свою находку, то подключение ИскИна к нашему штатному «взломщику», а именно дешифратору «Данай-3», приходилось осуществлять по окончанию рабочего дня. Обычно он использовался в случаях, если стандартные инженерные коды доступа по каким-то причинам не принимались техникой. Но задачка по взлому ИскИна была посложнее.

Нестандартное задание дешифратор выполнил за три ночи. За это время я подготовил корпус, в котором будет находиться ИскИн, так как корпус дроида, в котором изначально он прятался, был сильно поврежден. Если постараться, его еще можно было бы починить, но в таком случае запасные части пришлось бы ждать не меньше месяца — модель оказалась не особо популярная.

Но тут я вспомнил про дроида, с которым работал в секции первичной сортировки и который был поврежден во время включения силового поля. Наведя справки, я узнал, что дроида фактически списали и теперь он лежал в загашнике секции, ожидая момента, когда кому-то понадобятся запчасти на эту модель.

Пользуясь своими хорошими отношениями, я, переговорив с Ренгом, получил разрешение выкупить дроид за 300 кредов. Цена обусловливалась наличием рабочего антигравитационного модуля, из-за которого, собственно, он меня и заинтересовал.

Задействовав запчасти с обоих дроидов и серьезно поработав над корпусом, в результате я получил антигравитационную тележку с отделением для личных вещей и встроенным ИскИном второго поколения «Максип-2». Кроме того, при необходимости тележка могла выполнять функции ремонтного дроида. Вот такой, можно сказать, «три в одном» получился.