Подходящая работа - Поташев Сергей - Страница 8

Решив посмотреть, что мне дали в качестве одежды, я спрыгнул с кровати. В шкафу лежала стопка из двух комплектов нательного белья, комбинезон синего цвета и черные ботинки.

— Ха, а все, кого я тут видел, были в комбинезонах, — отметил я, — интересно, это мода или просто униформа обязательная к ношению?

Надев белье, я стал напяливать на себя комбинезон. Пуговицы и застежки на нем почему-то отсутствовали и было не совсем понятно, как же его застегнуть. Но все оказалось очень просто — достаточно было свести края комбинезона внахлест, как края материи будто прилипли друг другу, образовав аккуратный шов. Оставалось надеяться, что они так же легко разойдутся. Манжеты плотно обхватили запястья, а сам комбинезон начал шевелиться, утягиваясь в одних местах и расширяясь в других. В итоге, комбинезон сел ровно по фигуре, как будто пошитый на меня.

Ситуация с ботинками оказалась такой же. Стоило надеть их на ноги, как голенища плотно обхватили лодыжку и, похоже, даже срослись с комбинезоном. Сами же ботинки особо не менялись, только стелька чуток поерзала и все.

Процедура одевания и последующего осмотра себя любимого заняла минут пятнадцать. Вспомнив, что ко мне скоро придет командир освободившего меня крейсера, решил заправить кровать и заодно обдумать, о чем буду с ним говорить.

Через полчаса в мою комнату заглянул высокий мужчина в комбинезоне, на этот раз черного цвета.

— Здравствуйте, меня зовут капитан Берен. Мы можем поговорить? — спросил он.

— Конечно, капитан. Извините, но тут негде присесть, так что можно на кровать, — махнул рукой я.

Издав смешок, капитан провел возле стенки рукой, отчего из нее выдвинулось сиденье.

— Э-э… — только и смог выдавить я.

— Все в порядке, — махнул рукой капитан. — Для «дикого», без установленной нейросети и хотя бы минимальных баз, ты отлично держишься. Никаких истерик, немотивированной агрессии или чего подобного. Редкий тип, по статистике таких как ты не более двадцати процентов от общего числа переселенцев.

— Спасибо, капитан, — только и смог ответить я.

— Да не за что, это констатация факта. Но я пришел к тебе не за тем, чтобы похвалить. Я хотел бы задать тебе пару вопросов, которые, возможно, помогут нам разрешить некоторые нестыковки в поведении работорговца.

— Я не против, капитан. Но боюсь, что смогу рассказать совсем немного.

— Ничего, расскажи все, что помнишь, — сказал капитан.

Я рассказал ему о своей прогулке в парке, в том числе о непонятном свисте, который услышал на последних секундах. Также рассказал о своем первом пробуждении. Еще капитан расспросил меня о Земле, числе планет в системе, типе солнца.

— Нда, действительно немного. Свист, который ты услышал, понятное дело, признак работы парализатора. Жаль, это особо нам не поможет. Видишь ли, при захвате оказалось, что у работорговца отсутствует вся навигационная информация. Мы надеялись, что ты сможешь нам помочь в определении его маршрута. К сожалению, информация о твоей системе в навигационных данных Содружества отсутствует.

— Я правильно понял, что никто не знает, где находится моя планета? — уточнил я, а мое хорошее настроение стало стремительно ухудшаться.

— Да, так и есть, — сочувственно посмотрел капитан, — хотя я могу дать тебе координаты системы, где мы перехватили этого работорговца. Судя по запасу энергии, он сделал около десяти прыжков, так что у тебя будет отправная точка для поиска. Сфера поиска получится довольно большая, но все же ограниченная, так что реальные шансы у тебя есть.

После этих слов мне немного полегчало. Поиск Земли, конечно, усложнялся, но все еще был возможен. Придется просто приложить больше усилий.

— Скажите, а в капсулах точно мои земляки или могут быть люди с других планет, координаты систем которых известны? Ведь в этом случае маршрут работорговца еще можно уточнить! — озвучил я пришедшую мне в голову мысль.

— Увы, это мы проверили в первую очередь, дата заморозки в криокамерах одна и та же. То есть вас замораживали почти одновременно. Слишком малая вероятность того, что работорговец замораживал одновременно жителей разных планет, — вздохнул он. — Никто так не делает. На всякий случай я отправлю запрос в Центр помощи переселенцам, ну а ты, со своей стороны, самостоятельно поспрашивай ребят, когда их разморозят.

Я твердо пообещал капитану обязательно это сделать, ведь это и в моих интересах. После чего он, поблагодарив меня за беседу, попрощался.

После разговора у меня образовалось чуть больше часа до ужина, поэтому я четко произнес:

— «Информаторий».

Мне критически не хватало информации и я собирался ее получить.

Время до прихода доктора пролетело незаметно, но я провел его со значительной пользой. Во-первых, я узнал, что управление всеми техническими средствами здесь осуществлялось с помощью нейросети через беспроводной интерфейс, либо через разъемы на запястьях, либо на затылке. Образно говоря, без нейросети сложно было даже в магазин за хлебом сходить.

Вся техника различалась по поколениям. Понятно, что чем новее было поколение, тем выше были его ТТХ. На сегодняшний день в империи Аратан самым современным считалось седьмое поколение (Тех7). Новейшая техника всегда первым делом поступала либо в военные, либо в управленческие структуры империи. На гражданских рынках Тех7 был запрещен к продаже — официальная власть не собиралась отдавать свое техническое превосходство в чужие руки.

Разрешена к продаже была лишь устаревшая армейская техника, и надо отметить, что на гражданском рынке она пользовалась немалым спросом.

Во-вторых, я узнал, что обучение, как и говорилось в ознакомительном ролике, осуществлялось с помощью прямой записи в мозг так называемых «баз». Каждая такая база содержала в себе информацию об отдельной специальности или отрасли знаний. Базы подразделялись на уровни, и от этих уровней зависела твоя квалификация. Каждая база высшего уровня включала в себя все низшие базы.

Обучение происходило просто — с помощью нейросети тебе записывали определенную базу. Для использования такой базы ты должен был ее, так сказать, распаковать, то есть выучить и перевести в разряд осознанных знаний. Количество информации в базах было огромным, и поэтому в Содружестве главным достоинством человека стал считаться интеллект. Именно от него зависело, насколько быстро ты учишь базы. Следует пояснить, что принятое в Содружестве понятие «интеллект», совсем не совпадало с понятием «коэффициента IQ», принятым на Земле. Одной из основных способностей для определения количественного значения интеллекта являлась способность мозга воспринимать информацию, и чем больший объем информации за единицу времени воспринимался, тем лучше. Таким образом, Земля, с развитым технологическим обществом и постоянной атакой мозга ее жителей различной информацией, была неплохим тренировочным полигоном этого параметра.

Считалось, что разумный с интеллектом 100 единиц выучит базу первого уровня за десять часов. Если интеллект меньше 100, добавляется отрицательный коэффициент к времени обучения, больше 100 — положительный. Например, с уровнем интеллекта 80 единиц базу первого уровня надо было учить уже 12,5 часов. Но самое интересное начиналось дальше. В статье, посвященной обучению персонала, приводились кривые роста коэффициентов, которые наглядно демонстрировали существование их нелинейности.

Нелинейность скорости обучения наблюдалась в случаях, если значение интеллекта опускалось ниже 80, либо если значение интеллекта поднималось выше 120 единиц. График нелинейности положительного коэффициента походил на параболу с пиком в районе 250 единиц.

В большинстве случаев с интеллектом меньше 80 единиц тебе не светило ничего, кроме перечня низкооплачиваемых работ типа уборщика. Интеллект же в 120 единиц считался пилотским минимумом, а в 200 единиц — инженерным. Понятное дело, работники с интеллектом выше 150 единиц пользовались высоким спросом на рынке труда.

Уяснив эту информацию, я понадеялся, что мой интеллект будет хотя бы выше 120 — ведь идиотом я никогда не был и учился хорошо.