Священные кошки Нила - О'Нил Кэтрин - Страница 24

Здесь Диану и Джека встретил слуга-араб, который произнес свое дежурное: «Добро пожаловать в Египет» – и широким жестом пригласил их пройти внутрь. Оказавшись в просторном холле, Диана осмотрелась по сторонам. Три стены были сложены из серого песчаника и украшены гравюрами. Четвертая же была прозрачной, полностью застекленной, и сквозь нее открывался восхитительный вид на Нил, от которого кружилась голова и замирало сердце.

Из холла Диана и Джек попали в гостиную, где уже собирались гости. Одеты все были по-европейски, но по моде прошлого сезона. От толпы отделился привлекательный человек лет сорока и пошел навстречу Джеку, улыбаясь и протягивая руку.

– Вы – Резерфорд, я угадал? А я Холлоуэл Блит. Очень рад, что вы пришли.

– Разве я мог не прийти? – улыбнулся Джек и пожал протянутую ему руку. Диана обратила внимание на то, как легко он вышел из мрачного состояния и вновь превратился в обаятельного улыбчивого человека. Одновременно исчезло и то напряжение, которое ощущалось между ней и Джеком весь сегодняшний день.

– Если я не ошибаюсь, – хитро прищурился сэр Холлоуэл, – вы учились в Кембридже вместе с моим Пинки. Правда, как я слышал, так и не закончили. Жаль.

Джек стойко выдержал удар и ответил небрежно:

– Просто пожалел профессоров. С молодости, понимаете ли, был человеком дела, а не книжным червем.

– Неплохо сказано, – хохотнул хозяин. – Да и кто из нас мечтал в юности стать книжным червем! Я, например, тоже не хотел этого. Пинки мой сейчас в Сингапуре – и прекрасно там себя чувствует, черт побери!

– Позвольте представить вам мою подругу, мисс Алленби.

Сэр Холлоуэл окинул Диану долгим взглядом, задержал его на ее обнаженных плечах, попытался даже проникнуть взором за кружевной край низкого декольте. Глаза его повлажнели.

– Дорогая мисс Алленби, – проворковал он. – Я очень, очень рад видеть вас в своем доме. Позвольте от всей души сказать вам: «Добро пожаловать в Каир! «

Он приложился губами к руке Дианы и задержал ее в своей ладони – гораздо дольше, чем того требовали приличия; Диана поймала ироничную улыбку Джека, но решила никак не реагировать на нее. В конце концов, если Джек с такой легкостью меняет свой облик, то почему бы ей не поступить так же?

Их представили гостям, и новые имена водопадом хлынули на Диану, не задерживаясь в ее памяти. Лица, лица, лица... Подбор гостей у вице-короля был традиционным для любой британской колонии: бизнесмены, администраторы, офицеры и дипломаты. Люди этих профессий верой и правдой служили своей родине во всех уголках земного шара: в Индии и Египте, Адене и Гонконге... Все они, как правило, знали друг друга, живя этакой тесной маленькой семьей. Спустя положенное время все они закончат свою службу и вернутся домой, в холодную дождливую Англию, и до самой смерти будут вспоминать годы, проведенные в колонии, как лучшие в жизни. И, конечно, будут вспоминать друзей, вместе с которыми плыли сквозь житейские бури в одной лодке – бок о бок, изо дня в день.

Сегодня центром внимания стал, безусловно, Джек Резерфорд, случайно залетевший в их компанию кладоискатель. Пока слуги разносили коктейли, то один, то другой из гостей вице-короля подходил к Джеку, жал ему руку и говорил примерно одно и то же:

– Мы читали ваши интервью, дружище, но, признайтесь честно, непременно есть что-то, что привело вас именно сюда?

Джек ослепительно улыбался в ответ и... молчал.

Наконец всех пригласили к столу, и там сэр Холлоуэл усадил Диану на почетное место – справа от себя. Джеку указали на стул на самом дальнем краю. Там он вступил в разговоры с соседями о былых днях и своих прошлых экспедициях. Вице-король на своем краю принялся уговаривать Диану остаться в Египте на более длительный срок.

– Раз уж вы приехали сюда, мисс Алленби, – ворковал сэр Холлоуэл, – то вам непременно нужно посетить Феб. Давайте съездим туда вместе. Если вы хотите увидеть настоящий Египет, вам необходимо увидеть Феб. Этот город сохранился в первозданном виде, не то, что Каир, и в это время года там совсем мало туристов. Устроим пикник в Карнакском храме – ему не одна тысяча лет. Посидим на том самом каменном троне, на котором сидели египетские фараоны, представляете? А на верблюде вы ездили когда-нибудь, моя дорогая? Нет? О, это очень интересно, и я могу легко устроить для вас такую прогулку. Хитрые бестии эти верблюды, скажу я вам! Для того чтобы взобраться на верблюда, его ставят на колени. А вот поднимется ли он, зависит уже от желания самого верблюда. Или, может быть, вы предпочитаете скачки? В субботу здесь будут состязаться лучшие арабские скакуны, милости просим.

Обед неспешно продолжался, а Диана тем временем пыталась понять, что же сейчас на уме у Джека. Тот сидел спокойно, никуда не отлучался из-за стола, и было непонятно, каким же образом он собирается приступить к делу. Чем больше Диана думала над этим, тем невнимательнее она становилась к разговору, который, не прекращая, вел с нею вице-король Египта.

После десерта сэр Холлоуэл громко сказал, вставая со своего места:

– Позвольте предложить вам пройти в сад, леди и джентльмены. Туда будут поданы напитки и сигары. А, кроме того, я приготовил для вас сюрприз!

Гости вышли на лужайку перед дворцом, где уже были расставлены легкие столы с бутылками и бокалами, и увидели странную картину. На лужайке сидел, скрестив ноги, пожилой индус, поспешно вскочивший и поклонившийся при их появлении. Он был седобород и кареглаз, в длинной белой рубахе и штанах, с чалмой на голове. Вдоль лужайки была выложена длинная дорожка из раскаленных углей.

Подождав, пока все соберутся, вице-король указал на индуса и объявил:

– Господа! Этот джентльмен – индийский факир из Калькутты. Сейчас он пройдет для нас босыми ногами по этой дорожке из раскаленных углей!

– Но это же совершенно невозможно! – воскликнула какая-то дама.

– Не для всех, моя дорогая, – откликнулся вице-король. – Когда я был в Индии, мне не раз показывали этот удивительный трюк.

– Я тоже видел однажды, как ходят по огню, – поддержал хозяина один из гостей. – Поразительное зрелище, должен вам сказать!

Джентльмены налили себе бренди, слуги принесли для дам чашки с горячим чаем, а факир тем временем скинул с себя верхнюю одежду, оставшись только в чалме и набедренной повязке, и принялся проделывать сложные пассы руками, готовясь к своему подвигу. Без одежды индус оказался совсем тощим – как говорится, кожа да кости.

Наконец факир настроился и подошел к тому месту, где начиналась дорожка. Наступила мертвая тишина, и в этой тишине он закрыл глаза и осторожно ступил босой ногой на красные от жара угли.

– Этот трюк требует от факира колоссальной концентрации воли, – негромко сообщил сэр Холлоуэл, – поэтому прошу всех соблюдать полнейшую тишину.

По голосу вице-короля чувствовалось, что он очень гордится своим сюрпризом.

Факир тем временем сделал шаг, другой, третий, и кто-то из женщин не выдержал и негромко вскрикнул. Вокруг зашикали, и нервная леди умолкла. Десятки глаз с удивлением и восхищением следили за тем, как факир делает за шагом шаг. Вот он достиг конца дорожки, спрыгнул с нее на траву и, согнав сосредоточенность со своего лица, одарил окружающих белозубой улыбкой. Потом индус низко поклонился, а зрители разразились бурными аплодисментами.

– Бесподобно! Невероятно! – воскликнул кто-то из гостей. – Где вы его откопали, сэр Холлоуэл?

Но не успел вице-король и рта раскрыть, как его опередил Джек, лениво заметивший:

– Если, как вы говорите, этот трюк постоянно показывают в Индии, значит, он не так уж и труден. Ваш факир, я думаю, способен совершать такое путешествие хоть пять раз на дню. Да и что это за дорожка – пятьдесят шагов! Вот если бы она была хотя бы в два раза длиннее!

Слушая Джека, вице-король заметно побледнел. Да и то сказать, не каждый день ему бросали вызов.

– Согласен! – закричал он. – Мистер Резерфорд абсолютно прав, нужно увеличить дорожку до ста шагов!