Разбуженная страсть - Грант Сесилия - Страница 41

– Конечно, сначала старших девочек в классе не будет, – сказала Марта. – Нам лишь удалось уговорить родителей на час лекций по воскресеньям. Начнем с этого, а потом придумаем что-нибудь.

– Миссис Расселл сотворила чудеса. – Викарий слегка поклонился вдове. – Думаю, на следующей неделе мы увидим в школе дочь Фаррисов.

Лицо Марты осветилось радостью. Казалось, они с викарием с полуслова понимали друг друга и договаривали друг за другом неоконченные фразы; то был итог долгих интеллектуальных бесед, наверное, в те дни, когда ее муж не мог составить ей подходящую компанию. Тео нахмурился и прижал ладонь ко лбу, стараясь придать лицу задумчивое выражение. Затем проговорил:

– Есть еще одна девочка, которой я бы хотел дать как можно больше возможностей.

Вдова мгновенно повернулась к нему.

– Старшая дочь в семействе Уиверов?

Тео утвердительно кивнул.

– У моих работников есть дочь с отставанием в развитии. Девочка лет пятнадцати-шестнадцати. Не знаю, реально ли ее обучить, но, возможно, вы уже сталкивались с подобными случаями?

Миссис Расселл несколько мгновений внимательно смотрела на него, потом с надеждой взглянула на викария.

– Увы, мне неизвестно, можно ли помочь подобным детям. – Викарий задумался, очевидно, вспоминая все прочитанное по этой теме. – Но почему бы не попытаться? Если у нее разум маленького ребенка, то она может учиться с младшими детьми. Мне бы хотелось встретиться с ее родителями и узнать, что они думают о ее способностях. – Мистер Аткинс был счастлив – ведь перед ним встала новая задача. Неудивительно, что он нравился вдове.

Но и сам Тео не мог заставить себя отнестись к нему с неприязнью.

– Через несколько дней вы можете зайти ко мне в поместье, – сказал он. – Мы будем заново крыть крыши, и поскольку всем семьям целый день придется провести на улице, я собираюсь устроить для них что-то вроде пикника. Это будет радостное событие, а также хорошая возможность для вас познакомиться с людьми и попытаться уговорить их отдать детей в школу. Надеюсь, вы тоже придете, миссис Расселл. Посмотрите на юных леди.

Она так пристально смотрела на него, что ему показалось, у него вот-вот вспыхнут волосы. Вне всякого сомнения, она была поражена тем, что он сам договорился о ремонте крыш и запланировал пикник. Видимо, она была о нем очень невысокого мнения, раз решила, будто он не в состоянии взять на себя ответственность. Но он докажет ей, что способен и сам кое-что сделать.

– Мистер Мирквуд, – прошептала Марта ночью, когда он уже собирался спать. – Я хочу вам кое-что сказать. Вы слушаете меня?

– Да, конечно. – Он повернулся на бок и увидел неясные очертания ее фигуры в лунном свете, просачивавшемся сквозь шторы.

Марта немного помолчала, потом тихо заговорила:

– Мистер Расселл никогда не давал своего согласия на школу. – Он почувствовал, что она лежит на спине, глядя в полог над головой. – Помните, я говорила вам, что он порой терял память?

– Да.

– Я дождалась дня, когда он был не в себе. А потом похвалила его за решение построить школу.

– Отличная работа! – Тео решил, что сейчас не время прикасаться к ней.

– Полагаю, мне надо испытывать сожаление. Но кому-то ведь нужно было позаботиться о том, чтобы он потратил свои средства с умом.

И тут его осенило.

– И крыши домов – тоже? – спросил он.

– Да. Я сказала ему, как щедро было с его стороны согласиться заменить все крыши. А он ничего не мог вспомнить, чтобы возразить мне.

– Действительно щедро. Потому что теперь мы будем заменять только верхний слой соломы. – Тео беспокойно водил пальцами по простыне и глубоко дышал. – А викарий знает?

– Он понятия об этом не имеет. – Судя по голосу, она повернулась к нему. – Он хотел забросить школу, когда узнал про завещание, про то, что все скорее всего перейдет к брату мистера Расселла. Но я сказала ему, что напишу мистеру Джеймсу Расселлу и добьюсь его согласия на школу.

– И вы написали? – Тео коснулся ее локтя.

– Мистер Аткинс в это верит. Но я не писала. – Она снова уставилась в полог. – Если он узнает, то его мнение обо мне резко изменится. А это почти наверняка случится.

– Жаль. Но теперь вы мне нравитесь еще больше.

– Вы всему предпочитаете дурное поведение. – Марта едва заметно улыбнулась.

– Может быть. Но в вашем случае это нечто иное. – Он провел пальцем по ее руке. – Вы рискнули ради того, что кажется вам важным. Поставили на кон доброе мнение о вас тех людей, которых уважаете. Этим нельзя не восхищаться.

Она вздохнула, обдумывая его слова.

– Мистер Мирквуд… – Она помолчала. – Тео, я даже не могу выразить, насколько для меня важен ваш интерес к школе. Надеюсь, что если у меня ничего не выйдет… – Внезапно ее голос дрогнул, и он крепче ухватил ее за руку. – Если дом все же отойдет мистеру Джеймсу Расселлу или если мистер Аткинс, узнав, что его обманули, решит…

– Вы хотите, чтобы я занялся школой вместо вас, если обстоятельства помешают вам продолжать это дело?

– Знаю, я прошу слишком много.

– Вовсе нет, не много, если дело касается мужчины и его любовницы. – Он потянулся к ней. – И потом… в этом не будет необходимости. Мы разочаруем вашего мистера Джеймса Расселла. Не забывайте об этом. – Он прижал ее к груди и крепко обнял. Ее дыхание было спокойным, и сердце билось ровно; казалось, она лишь ждала того момента, когда он наконец ее обнимет.

Понедельник принес с собой сюрприз. Слуга нашел Марту в библиотеке, где она искала книги о разведении молочного скота, и подал ей три визитные карточки, на которых стояли имена неизвестных ей женщин.

Миссис Каннинг. Миссис Кендалл. Мисс Ли.

– Они сказали, что им нужно? – Марта поставила книгу на полку и пристально посмотрела на слугу.

– Они – просто гостьи. – Слуга в смущении откашлялся. – Решили нанести вам визит вежливости, вот и все.

Марта кивнула:

– Ясно. А у нас есть пирожные?

– Пирожные?.. – На бесстрастном лице слуги появилась чуть заметная морщинка.

– Да, пирожные. Мистеру Мирквуду очень понравились лимонные, когда он пришел в первый раз. Думаю, вам лучше принести чайную посуду. Я угощу их чаем с пирожными.

Чем больше они будут поглощены чаем, тем меньше ей придется говорить. Сейчас можно было только позавидовать самоуверенности мистера Мирквуда, для которого неизвестные посетители были бы очередным интересным приключением.

– Что ж, пойду к ним, – пробормотала Марта. – Проводите их в гостиную с пионами.

Миссис Каннинг, миссис Кендалл и мисс Ли проводили в большую гостиную Сетон-парка, где они уселись на белый бархатный диван с позолоченными подлокотниками и ножками.

– Какая прелестная комната, – заметила миссис Каннинг, когда гостьи и хозяйка представились друг другу (миссис Каннинг производила внушительное впечатление своим мощным сложением и проницательным взглядом).

– Да, прелестная. – У миссис Кендалл были блестящие глаза и порывистые движения. – Это я как раз и хотела сразу же сказать.

Мисс Ли, высокая и худая, внимательно оглядела комнату.

– Вы сами выбирали мебель? – спросила она.

– Нет. – Марта ополоснула чайник горячей водой. Она бы никогда не назвала эту разукрашенную пещеру «прелестной». – Это делал кто-то из родственников моего мужа. Мне сказали, что она в стиле Роберта Адама.

Миссис Каннинг принялась разглядывать потолок.

– А что это значит? – спросила она.

– Полагаю, имеются в виду штукатурка, украшенные стены, дугообразный верх окон и дверей и… – Марта помолчала, наливая воду в чайник. Потом добавила: – Честно говоря, не имею об этом ни малейшего понятия. Я выросла в простой семье и никогда бы не услышала имен Роберта Адама или Ланселота Брауна. Но потом мне пришлось выйти замуж и переехать сюда.

Кажется, это признание немного успокоило дам. Они обменялись соболезнованиями по поводу смерти мистера Расселла и мистера Каннинга, хотя выяснилось, что последний скончался уже довольно давно, и дали друг другу советы относительно того, как лучше пережить первые дни траура.