Разбуженная страсть - Грант Сесилия - Страница 53

Она любила все прелести своего Сетон-парка – поля, животных, фермеров, саму жизнь, а если начинала скучать по другими суссекским ландшафтам, то им оставалось всего лишь ненадолго отправиться в Пенкарраг. Возможно, ей даже Лондон придется по вкусу – огромный город с его лекциями, библиотеками и бедностью, ждущей, когда трудолюбивые благородные женщины засучат рукава и примутся все исправлять.

Он глядел на нее поверх брошюры с подробным описанием симптомов коровьей оспы. А она то и дело бросала на него взгляд из-за «Сообщения министерства земледелия». Его визит закончился очень приятно, и теперь он, обнаженный, лежал на постели в Голубой гостиной, прислонив подушку к столбику у изножия кровати. Она же сидела у изголовья, завернувшись в одеяло. В последнее время на ее губах все чаще порхала улыбка.

А его, Тео, поведение было ей безразлично. И это еще один триумф. Она стала прощать ему восхищенные взгляды.

– Вы увидели что-то интересное? – поинтересовался он, небрежно переворачивая страницу.

Она покраснела.

– Ваше тело… оно так непохоже на мое. – Их взгляды встретились. – Сначала я сочла вас странным. Но теперь отмечаю в вашем телосложении определенную логику.

– Рад слышать. – Он опустил брошюру о коровьей оспе. – Разве ваш брак не научил вас мужской анатомии?

– Научил. – По ее поджатым губам он понял, что она думает обо всем этом. – Но я поняла, что мужчины могут отличаться друг от друга.

– Хотите сказать, у кого-то достоинство может быть больше?

– Я не только это имела в виду. – Уголки ее губ чуть дрогнули. – Хотя думаю, вам будет приятно узнать, что в этом вы намного превосходите моего покойного мужа.

– Милая, я превосхожу большинство мужчин.

– Мои поздравления. – Она отложила книгу. – Я имела в виду то, как реагирует женщина. Как руки и ноги могут показаться некрасивыми или прекрасными в зависимости от личности человека. – Она опустила глаза. – Как определенные действия могут показаться неприятными с одним мужчиной, но сойти за вполне приятные – с другим.

– Действия? – В горле у него внезапно пересохло, и он откашлялся. – И какие же это действия?

– Спросите у себя. – Ее лицо осветила лукавая улыбка. – Кажется, у вашего тела есть несколько идей.

Его кровь уже кипела.

– У него всегда есть идеи, и оно ни разу не столкнулось с действием, которое не пришлось бы ему по вкусу. – Тео осторожно отложил брошюру в сторону. – Однако я по-прежнему в неведении.

– В неведении? – переспросила Марта. В ее взгляде были заключены все тайны, известные женщинам со дня сотворения мира, а на губах играла едва заметная улыбка.

Она неспешно отодвинулась от изголовья кровати и выпрямилась. Зашелестела простыня, когда она подогнула ноги. Теперь она стояла на коленях. Хвала Провидению!

А Марта вдруг пристально посмотрела на него и произнесла:

– Надеюсь, вы иногда его моете. – Типичная миссис Расселл!

– Каждый день. Обязательно.

– Потому что в любой миг можете встретить даму, которая захочет сделать вам… определенное предложение?

– Я всегда на это надеюсь. – Он коснулся ее руки. – Вы уже делали это прежде?

Она кивнула.

– Но без всякого удовольствия? – Когда она покачала головой, он чуть сжал ее руку. – Марта, не делайте этого, если вам неприятно. Мне это не нужно.

Она свела брови. Мгновение глядела на него с уже привычной суровостью. Потом низко наклонилась, по-прежнему не сбрасывая с себя одеяло, и коснулась губами мужской плоти, тотчас же восставшей.

– Марта!.. – Она чуть повернула голову, глядя на него так, словно пришла к нему из самых его дерзких фантазий. – Но если вы начнете, то уж тогда не останавливайтесь.

– Да, разумеется.

– Нет-нет! Если вам станет неприятно, вы должны остановиться, даже если я стану умолять вас этого не делать. Обещайте.

– Обещаю, – произнесла она, с нежностью глядя на него. Одеяло висело у нее на плечах, но ему был виден восхитительный изгиб ее спины.

– Что ж… – Тео ниже опустился на подушку и закрыл глаза, всем телом ожидая той минуты, когда она…

Тут губы ее снова прикоснулись к его плоти, оставляя после себя огненный след. Затем – легкое прикосновение языка, и все, только ее дыхание. Но он чувствовал его, тихое и теплое.

Он ждал.

– Вы решили, что не хотите? – с трудом произнес Тео.

Она ответила очередным прикосновением. Он дернулся, соскользнул вниз по спинке кровати и замер. Она снова остановилась, и он опять услышал ее легкое дыхание.

Она погубит его!

– Марта, пожалуйста… – прошептал Тео. Он никак не ожидал, что начнет умолять так рано.

Ее дыхание стало неровным. И послышался смех.

– Это приказ?

– Женщина, считайте это чем угодно, но только как можно скорее прикоснитесь ко мне. Вообще-то я собирался просить, но если вы предпочитаете приказ, то да, это приказ. Доставьте мне удовольствие как можно скорее. Я вам приказываю!

Ему не надо было больше ничего говорить. Он лежал неподвижно, чувствуя прикосновения ее губ то там, то здесь – словно редкие капли дождя на гладкой поверхности пруда. Тихое начало, которое закончится потопом.

– Самое лучшее в конце, – пробормотал он. – И еще…

– Терпение, – отчетливо прошептала она. И неспешно принялась исследовать его губами и языком.

Да уж, терпение… Его тело уже начало плавиться, а она, словно жестоко насмехаясь над ним, то и дело отстранялась.

Но он не мог больше ждать. Он утратил над собой контроль тотчас же, в ту самую секунду, когда ее губы прикоснулись к нему. А может быть, он выдержит еще несколько секунд. Неужели ее этому научил мистер Расселл? Если так, то в своей следующей жизни он непременно поблагодарит этого человека.

Тео поднял руки, и его пальцы вплелись в ее распущенные волосы – она это любила. Через несколько минут ей будет еще лучше. Он позаботится об этом. Она не сможет ему отказать.

Он смог выдержать еще секунду. Нет, две. Даже три. Но это – его предел. Он схватил Марту за подбородок и оттолкнул, опираясь на плечи. Она в смущении глядела на него, пока он пытался уложить ее на спину и сбрасывал с нее одеяло.

– Семя, – объяснил он. И отдал его ей как раз вовремя, иначе оно могло бы оказаться на простынях.

Странные видения посещали его во время медленного возвращения к реальности. Ребенок… И не один… Похожий на него и на нее мальчик – высокий и светловолосый, с кофейными глазами. И прелестная девочка; на ее строгом личике губы, созданные для смеха. А потом – еще дети, много детей, один красивее другого.

Он отодвинулся от нее и лег рядом. Поднял руку и принялся поглаживать ее по щеке, отодвигая выбившуюся прядь волос. Ему нужно было ей что-то сказать. Но сначала – кое-что сделать.

Она наморщила лоб, когда он сел и обхватил ее – одной рукой за плечи, а другой под колени. Она всерьез нахмурилась, когда он встал и поднял ее. Но она не проронила ни звука. Лишь когда он посадил ее в кресло и передвинул его к самому большому в комнате зеркалу, она спросила:

– Что вы задумали?

– Смотрите и узнаете. Перекиньте ноги через подлокотники кресла.

По ее телу пробежала дрожь.

– Не хочу. Не хочу смотреть.

Он не приказывал. Уговаривал. Совсем тихо.

– Я дам вам нечто, на что стоит посмотреть. Обещаю. А пока дайте мне взглянуть на вас. – Он стал за креслом и, наклонившись, проговорил ей прямо на ухо: – Какой величественной вы выглядите! Не сводите взгляда со своего лица. Или с моего. – В зеркале он наклонялся над ней, одной рукой обхватив спинку кресла. – Если бы только у меня была корона, чтобы надеть вам на голову… Думаю, вы сейчас представляете себя королевой.

– А вы – мой король? – Она не сводила взгляда с его зеркального отражения.

Он покачал головой:

– Нет, конюх. – Она не противилась, когда он приподнял ее ногу и перекинул ее через подлокотник. – Огромный конюх, поймавший взгляд королевы и вызванный в ее спальню.

– Это было бы очень странно… – По ее телу снова пробежала дрожь.