Летопись Третьего мира. Ч.2 Южная Грань (СИ) - Версон Мария - Страница 4

- Не шевелитесь, госпожа Лоури. - Пейман положил руку на сломанную кость. - Вы в безопасности.

- Кто ты такой? - Зарычал Алиас, вынув меч из ножен, в ответ на что, послушник поднял вверх палец и жестом велел не мешать ему: процесс сращивания костей давался ему непросто, а на ошибки сейчас не было времени. - И с чего это ты говоришь, что мы в безопасности?

- Я чую негатив. - Проговорил Пейман, поднимая женщину на руки. - Внизу, там, откуда раздается вторая волна взрывов. Нам надо туда. - Он перевел взгляд на гору камней, перекрывшую путь наверх. - Хотя выбора все равно нет.

- Негатив? - Потупившись, переспросили в один голос охранники.

- Внизу? - Продолжил Марени. - Это самоубийство! Да ещё эти взрывы! Лучше разберем завал!

- Нам надо вниз, - спокойно повторил послушник, - и вам лучше убрать оружие, сейчас оно без надобности. И на вашем месте я бы снял часть доспехов - идти предстоит долго.

- Ты спятил, церковник! Если...

- Замок вот-вот или захватят, или взорвут, но если вам очень хочется - можете попытаться разобрать завал, но я сомневаюсь, что вам это удастся.

- Ты вообще кто такой? Ты не похож на служителя церкви... - Голос Алиаса задрожал, но рука вместе с мечом опустилась. - Ты знаешь катакомбы?

- Я там не был ни разу, но видел чертежи и могу сориентироваться. - Он посмотрел на женщину в своих руках. - Но я не могу её бросить: нужно постоянно следить за её состоянием, потому спрошу - вы сможете нас защитить? Мои боевые навыки оставляют делать лучшего.

- Защитить? - Алиас перехватил меч внешним хватом и всем своим видом показывал, что умеет пользоваться выданным ему оружием. - От кого? По этому тоннелю уже сотню лет никто не ходил.

- Он сказал, что чует негатив. - Марени тоже вынул клинок, взял его в правую руку, а левой вытянул из-за спины недлинный, изогнутый кинжал. - Я не сведущ, но...

- Мы можем столкнуться с неупокоенными... И, боюсь, это будут не просто восставшие скелеты или вроде того. Честно говоря, я не очень хорошо знаю классифика...

Прогремел очередной взрыв, в разы сильнее предыдущих, и послушник снова изменился в лице, как и охранники, услышавшие что-то о неупокоенных. Марени тяжко вздохнул, а его товарищ свернул руку в кулак и приложил к сердцу:

- Но ведь... Сталь, какой бы ковки она не была, ничего не сделает этим... несчастным. Как мы сможем защитить вас?

- Я смогу придать вашим ударам свойство рассеивания негатива... - Стал говорить Пейман, но встретился с двумя парами озадаченных глаз. - Можете не волноваться, ваше оружие ранит их... Конечно, если мы не встретим демонов.

- Демонов? - Чуть не подпрыгнул Марени, и осталось неясным - это он от страха или от очередного взрыва. - Ты, наверное, шутишь!..

- Шанс того, что мы на них наткнемся, очень мал. Успокойтесь, другого выхода все равно ...

Ещё один взвыв заставил камни, завалившие проход, зашевелиться, и покатиться потихоньку вниз, набирая скорость. Слова не произнеся, вся троица, вместе с Амфитеей, вновь лишившейся сознания, рванули вниз по лестнице, приобретя незнакомую им ранее скорость, ловкость и прыткость.

Они бежали по узкому, темному коридору, где не было факелов, дверей, проемов и прочего, достаточно долго, чтобы Пейман усомнился в своей силе и выдержке - быстро бежать и нести человека оказалось непросто, но едва его руки начали ныть об усталости, как мерцающее пламя факела, который Алиас нес в свободной от меча руке, пропал из виду, а затем его рука схватила послушника за шкирку и оттащила в бок. Пейман не на шутку испугался, но вовремя затормозил, а вот госпожа Лоури очень не вовремя открыла глаза и громко завизжала, когда мимо неё прокатилось бесчисленное множество камней и валунов, катившихся все это время за её спасителями.

Наступила внезапная, резкая тишина, тисками давящая на голову. Пугала не только темнота, жадно поглощающая свет ярко мерцающего факела, но и факт того, что взрывы перестали раздаваться, или же они четверо забрались так глубоко под землю, что не могли слышать их.

- Позвольте мне передохнуть пару минут, - попросил Пейман, опускаясь на колени. - Руки устали.

- Я могу сама идти, - с трудом выговорила женщина, на что послушник только лишь усмехнулся.

- Погасите факел, - он потер предплечье, - свет мешает увидеть место, в которое мы попали.

Алиас послушно выполнил сказанное, и несколько минут его глаза привыкали к темноте, и только после этого, когда он в очередной раз отвел глаза от разломанной в щепки двери и посмотрел вперед, он увидел "катакомбы".

Город Эсфити, в отличие от Монтеры или Ораны, не отличался ровностью улиц: дороги вливались друг в друга, образуя бесконечную запутанную ленту, и в трех противоположных друг от друга сторонах росли ввысь Святая Церковь, Академия Наук, а так же резиденция одного из видных людей в церкви, чей внук теперь возглавлял город.

Святая Церковь гордо носила имя Одиннадцатая, и являлась Церковью-Хранительницей одного из осколков Северной Звезды, в следствие чего в городе был постоянный приток людей. Они приезжали в один из крупнейших храмов Сияния чтобы помолиться, попросить совета или же просто чтобы почувствовать ту бесконечную энергию, льющуюся из крохотного синего осколка, лежащего под тремя стеклами на алтаре храма.

Храмы Сияния - здания удивительные как внутри, так и снаружи. Стоя у главного входа, человеку кажется, что перед ним вьется ввысь бесконечный водопад, чье течение способно поднять в небеса любую заблудшую душу. Архитекторы придавали Храмам Сияния форму и вид, который может ассоциироваться у людей с такими словами, как сила, власть, надежда. Одновременно эти Храмы и внушали ужас, заставляя человека бежать к ногам настоятелей и служителей и рассказывать им о своих проступках, не стыдясь даже того, что их могут услышать и другие люди, но в то же время, они вселяли в людей некое прекрасное чувство, позволяющее им на какое-то время почувствовать себя заново родившимися людьми, лишенными каким-либо хлопот.

Святые Церкви - это те из Храмов, где действительно сбывались мольбы и укреплялась вера.

Чудеса в сиих Храмах случались самые разные: прекращались землетрясения или песчаные бури, шедшие на город, или, наоборот, в годы засухи и неурожая внезапно появлялись дождевые тучи. Но самые необычные чудеса происходили в Храмах с людьми: исцелялись раны, излечивались смертельные болезни, проходили хворь и помутнения рассудка.

В Святых Церквях вера крепла.

Но вот однажды в Одиннадцатую Святую Церковь приехал некий старец, невысокого роста, с копной седых волос и короткой бородкой, который, подойдя на максимально дозволенное расстояние к осколку Северной Звезды, громко прыснул, и сказал:

- Это не подлинный осколок. Это кристалл риджи, невероятно насыщенный, конечно, должен признать, такие на дороге не валяются, но это риджи. Спросите у любого мага или ремесленника.

Присутствовавшие при этом люди замерли в ужасе лишь ненадолго, а когда, уже будучи готовыми разорвать "еретика" на части, они бросились всей толпой на него, старец усмехнулся, взмыл в воздух, так, что его развивающаяся в воздухе мантия скрыла собой алтарь, и метнул в толпу перед ним несколько простеньких заклинаний. "Осколок" исчез бесследно.

Уже на следующий день невесть откуда появился слух, будто бы нынешний глава города укрывает в своем замке человека, укравшего у людей "веру, честь и смысл жизни".

- И вот вам пожалуйста. - Пробубнил Пейман, разглядывая голубеющую вдали, но не видимую трем его спутникам, точку, скрытую за двумя или, может быть, тремя стенами. - Госпожа Лоури, вы можете мне объяснить, почему вас держали в темнице в резиденции главы города?

- Он.. не хотел... чтобы.. видели... - У женщины снова поднялся жар.

- Нам не сообщили о причине такого обращения с ней. Сказали лишь, что она виновата в заговоре против церкви... - Прокашлявшись, сказал Алиас и тут же встретился с разгневанным взглядом послушника. - Нам правда не сообщили. В такой-то ситуации я бы не стал от вас ничего скрывать.