Летопись Третьего мира. Ч.2 Южная Грань (СИ) - Версон Мария - Страница 55

Кирано хотел было ринуться вперед, но сильные руки удержали его. Обозленный, он развернулся, чтобы увидеть своего спасителя, и увидел мужчину, что на голову выше чем он сам, широкий в плечах и узкий в бедрах. Его грудь была обнажена, на плечи надет тяжелый кожаный плащ, где на рукаве виднелась четырнадцатигранная звезда.

Снова раздался топот, и к уже находящимся здесь двоим монахам, не считая Стижиана и Кирано, присоединились ещё трое. Они встали спиной к Киру и, поджав губы, ждали когда же осядет серое облако пепла.

- Кто из вас так отличился? - Сказал один из них знакомым голосом, который хоть и оказался чуть осевшим, но всё же узнаваемым. - А? Нечего стесняться, господа монахи.

- Это не мы. - Ответил тот, что держал обессиленного Кирано за локти.

- А кто?.. - Теоллус Ветру обернулся и улыбнулся немало удивленному такой встрече Киру. Могущий одним своим видом заставлять нежить зарываться обратно в свои могилы, монах отвернулся от юноши и устремил свой взор на расплывчатые очертания фигуры мужчины, скрывающегося за стеной оседающего пепла.

Стижиан стоял в пол оборота и смотрел в противоположную от них сторону, пытаясь понять, уничтожил ли он змеептицу, или же её частички снова готовы собраться воедино и продолжать бой. Нет, этот представитель магических чудес мира сего больше не представлял угрозы, тем не менее, негатива в округе меньше не становилось. Во-Сен Ветру поджал губы, мирясь с мыслью о том, что, возможно, это чудо здесь не единственное, а может, в округе найдется что посильнее его.

- Демон. - Однозначно заключил светловолосый Виллинур, стоящи по правую руку от Тео.

- Исключено. Ты когда-нибудь слышал о демонах, от которых веет сиянием как от пьянчуги перегаром? - Это была левая рука Тео на этом задании - Фасвит, сорокалетний монах, они когда-то учились вместе.

- Нет, да я и не припомню демонов, истребляющих нежить. Им это как-то несвойственно. - Это сказал монах, по-прежнему держащий в своих сильных руках Кира.

- Роан, - это был пришедший с ним последний из пяти монтерцев, - отношения линии демон-нежить бывают самыми разными. Меня больше интересует откуда это в демоне появилась энергия сияния. Что скажете, мастер?

Теоллус онемел. Раньше ни одному из монахов не доводилось видеть их наставника в таком состоянии, а он смог рассмотреть того, кого любил и о ком скорбел столько лет. Мастер замер.

Сильнейший в истории ученик монтерского монастыря уже практически привык к тому, что его называют демоном, а вместе с тем ещё и пытаются расправится с ним как с оным. Убедившись, что поваленное им на землю тело змеи больше не источает какого-либо негатива, он взял в руку одну из сияющих штуковин, кольцом вьющихся вокруг него, и остальные шесть одна за другой влились в неё. Сжав ладонь в кулак, монах растворил сферу, оставив только голубоватую дымку вокруг ладони, и медленно повернул голову, переводя взгляд с тела бездвижной змейки на всех собравшихся.

Не будь ситуация такой серьезной, а атмосфера - напряженной, сыны монтеры наверное рассмеялись бы, потому что стоило демону завидеть лишенного дара речи Теоллуса Ветру, как на его лице появилось такое же удивленное, умиленное, с оттенком восторга и ужаса одновременно выражение.

Мастер Тео сделал два неуверенных шага вперед:

- Мастер, ваших сил сейчас может не хватить на схватку с демоном, - сказал Фасфит, приняв свою лучшую стойку, через которую легко входил в стиль кулаки-молоты, - позвольте нам...

- Утихни, - едва слышно, сквозь зубы рыкнул Тео, не сводя взгляда с "демона", повернувшего уже и корпус в их сторону.

Оба начали делать неуверенные шажки на встречу друг другу. Расстояние между ними сокращалось, а Кир на себе чувствовал, как каменеют кулаки наблюдающих за этим монахов.

Губы демона сжались, и на его лице появился оттенок улыбки. Не злой, не хитрой, а смущенной и неуверенной. Какие эмоции переживал Тео видно не было.

В шаге друг от друга демон и монах остановились и лишь с долей секунды промедления крепко обняли друг друга.

Роан был так удивлен, что даже отпустил Кира, и тот смог вздохнуть полной грудью.

- Стижиан... - Прошептал Тео, все ещё обнимая сына за плечи: слезы слышались в голосе, но их не было на лице. Он сделал шаг назад, и, не убрав руки, с донельзя отцовским взглядом сказал. - А Амит говорил, что ты сшил себе плащ, что-то я его не вижу...

- Потерял, - честно признался Ветру младший, пожав плечами, - он сейчас где-то на дне моря Сайланте.

- Ребят, - обратился Тео к приходящим в себя после неожиданно трогательного момента монахам, - это же Стижиан. Стижиан Ветру, мой сын!

- Или же демон, в обличии вашего сына! Мастер, будьте внимательны! - Фасвит все никак не унимался.

- Медиума не обманешь, - раздался ещё один голос откуда-то сзади, и на фоне единственной ярко-желтой полосы на небе возникла физиономия Амита, держащего Дримена под руку.

- Не надо меня вот так вот под ручку вести. - Маг явно был не в духе. - Я не слепой и не инвалид, а ещё не твоя девушка, мы не пара и мы не на свадьбе. Отпусти!

Смеясь, Амит демонстративно развел руки, и именно в этот момент Дримен спотыкнулся и грохнулся в собранную будто бы специально для этого падения особо большую гору пепла.

- Ты... - Глаза Тео все ещё метались по лицу Стижиана. - Не поможешь нам? Мы тут уже неделю мучаемся. Перебили всю мелочь и всех средних тоже, остались одни толстячки, они тут и задают фон.

- Без проблем, только... О! Кстати! Кир! Может ты потренируешься с отцом?

Юнец не успел ответить.

- Кирано? - Мастер Ветру пригляделся к бледному юнцу. - Это который отличился в монастыре особой чисто физической скоростью? Стиж... - Он вздохнул. - Я в этом смыслю едва ли больше чем ты. Амит! - Тео придумал на кого свалить это непростое задание. - Может ты?..

- Я медиум между прочим!

- А я мастер!

- А я могу поглотить вас всех! - Раздался голос Дримена. - Вот и познаете мой богатый внутренний мир! Привет, кстати, Стижиан! - Он вытянул вперед руку, и брат похлопал его по плечу, в знак приветствия.

- Так, белобрысый, медиум ты там или где, с нежитью мы и без тебя разберемся. Обучение молодых - дело гордости и чести, так что сияние в пальцы и...

- Ну ещё я могу его потренировать... - Сказал другой монах.

- Ты нужен будешь здесь.

- Ну или я. - Молвил третий.

- Твоя помощь тоже пригодится. Амит! Не увиливай!

- А может кто мое мнение спросит?! - Взвыл Кир, но крик его души прошел мимо ушей собравшихся и счастливых этой встрече людей.

- Значит так, - молвил Амит, зачем-то вытянув перед собой руки. Он стояли метрах в трех от Кирано, и, тем не менее, тот плохо его слышал из-за царящего вокруг шума. - Могли бы и потише, раз повесили на меня роль тренера... Ладно. Значит смотри. Стижиан уже проверил какой у тебя объем сосуда. Раз твои волосы не побелели, значит, количество энергии ещё не дошло до критического, и с этим можно работать. Он тебе рассказал про сердца? Отлично. Я же хочу тебе поведать про чуть более тонкую часть природы нежити - это сердца в сердцах.

Кир как мог напряг слух чтобы не пропустить не слова, тем не менее некоторые часты фраз он слышал лишь урывками.

- Ввиду твоего запаса энергии, ты не можешь бездумно швыряться ею налево и направо как это в свое время делал я, ну или как продолжают делать представители семейства Ветру.

Которые в это время несхематично бегали неподалеку, гоняясь за ещё одним носителем колоссального количества негатива. В этот раз горы уцелевших после пожара костей приняли форму не змеи и не грифона, а некоего ящера-паука, что всем монахам казалось несколько неразумным: с такой формой удобно прятаться в городе, а не на открытой местности. Однако давать нежити ценные советы - до этого монахи ещё не доросли.

- Любая нежить имеет сердце, расположенное где-то в его теле. Оно редко находится в груди, чаще - в голове или в тазу... Точнее где-то между туловищем и ногами. Техника, которой ты должен овладеть, хорошо сравнивается с воздушным шариком и его заклятым врагом - иглой для шитья. Принципиальная разница одна: шар лопнет в независимости от того, по какому участку его поверхности ты его тыкнешь иглой. С сердцами нежити чуть сложнее: тебе надо выбрать определенную зону, найти критическую точку на сердце, задев которую ты точно его разрушишь.