Летопись Третьего мира. Ч.3 Белое Критши (СИ) - Версон Мария - Страница 44

- Без проблем, но для чего? - Он пожал плечами и поправил синюю безрукавку, на которой нижняя пуговица все время расстегивалась.

- Будешь дозорным. - Стижиан продолжал улыбаться во все зубы.

- Не знаю почему, но мне их уже жалко. - Бубнил себе под нос Руми, уходя.

- Как вы относитесь к бегу?

Тут же стали раздаваться не слишком-то довольные возгласы, означающие, что бегать мало кому нравится.

- Как можно быть монахом и не любить бегать? Ладно не любить, другое дело - не уметь. - Мастер снова окинул своих подопечных взглядом и прикусил нижнюю губу. - В течение следующих двенадцати часов вы должны будете бегать. Без остановки. Без передышки. - Он посмотрел на небо и увидел вдалеке грозовые тучи. - Умереть от обезвоживания вам не позволит дождь. Ваш маршрут пролегает от этих ворот и до таверны, где вскоре окажется Астируми. Вы должны будете оббежать Ормарту и снова вернуться к этим воротам. И так до полуночи.

- Вы... вы пошутили? - Раздался чей-то неуверенный голос, а вслед за ним такие же неуверенные смешки.

В ответ на этот вопрос, улыбка Стижиана исчезла с лица.

- Я не деспот, в отличие от Млинес. Тот из вас кто пробежит наибольшее число кругов, получит целую неделю свободы от тренировок и моего общества в частности.

В глазах подопечных тут же проблеснули нотки заинтересованности, однако эти крохотные просветы чахли под тяжестью мыслей о двенадцати часах бега.

- Именно поэтому, чтобы никто из вас не мог схитрить и сократить путь, Руми будет наблюдать с города, а я - отсюда. И хочу напомнить, что здесь открывается замечательный вид на всю долину. - Он снова поднял голову к солнцу. - Буду ожидать вас здесь через двенадцать часов. Вперед! Живо! Живо! Живо!

- Ты изверг. - Руми сидел на крыше "У Трех Королей" и жевал крупные сладкие сухари.

- Это пойдет им на пользу. - Стижиан не отводил взгляда от одного послушника, который едва плелся в хвосте неровной колоны и держался за бок и за грудь. - Особенно ему, если он, конечно, не упадет в обморок.

- Не упадет. Через пару минут дождь начнется.

Только он сказал это, как раздались раскаты грома.

Стижиан согласно закивал.

- Ты сам-то когда-нибудь бегал столько времени? - С любопытством спросил представитель народа нерийцев, или, проще говоря, кошек, хвостом выудив из сумки бутыль.

- Двенадцать-то часов? Нет, не бегал.

Руми прыснул, шевельнув кончиками мохнатых ушей, и приложил бутыль с топленым молоком к губам.

- Ты во мне сомневаешься? Эй! В глаза мне смотри! Ты во мне сомневаешься?

- Нет-нет, ничуть. - Все ещё смеясь, нериец едва помотал головой из стороны в сторону.

Рука Стижиана нырнула в полупустую сумку и вынула оттуда достаточно толстую бесцветную книгу в ручном, но твердом, переплете.

- Ты второй, кто может подстегнуть меня и заставить делать что-то бесполезное в те моменты, когда можно бездельничать.

- Второй? А кто же был первый?

Мастер не ответил. Мимо лица Руми лишь проскользнула красно-золотистая ряса, устремившаяся вниз с крыши. Меньше минуты спустя, стоило нерийцу снова прильнуть к сладкому молоку, Стижиан вернулся, сняв рясу:

- В ней не слишком-то удобно бегать. - Он хлопнул себя по лбу и снова исчез.

Руми шевельнул ушами, убрал бутыль и собрался перебраться под навес, откуда можно было наблюдать за мучениками и в то же время не промокнуть. Он, как и любая другая нормальная кошка, очень не любил воду, вот и не собирался мочить хвост и все остальные части тела под сильным ливнем, который только начал разгуливаться.

Собрав разложенные по крыше вещи, в том числе и рясу мастера, Руми только поднялся с места, как перед ним снова возник Стижиан:

- Это я, пожалуй, тоже оставлю здесь. - С этими словами он сбросил ботинки и снова спрыгнул.

Нериец едва удержался от комментариев, беря в руки и ботинки тоже.

Он проснулся, когда солнце уже село, и звездный блеск заливал все кругом. Дождь к тому времени кончился, и когда Руми наконец смог встать, он увидел, что в крыше образовалось небольшое углубление, куда стекала вода. Равнину, раскинувшуюся впереди, где так же пролегала железная дорога, некогда могущая довести до самой Монтеры, тут и там украшали серебрящиеся в лучах звезд пятна лужиц.

Аккуратно сложив вчетверо рясу, нериец перевесил её через сумку и подошел к краю крыши, где днем обедал. Подождав с полчаса, он решил было, что послушники ослушались мастера, и что теперь Стижиан, обозленный на все сущее, пьянствует двумя этажами ниже.

Ан нет.

Медленно, словно группка пожилых, шаг за шагом по уже вытоптанной, а после еще и размытой дождем, а потом снова вытоптанной дорожке бежали послушники. Все вместе, перемазанные в грязи, мокрые, взъерошенные, они походили на свежеразупокоенных мертвецов, которым зачем-то понадобилось бежать трусцой. Будь Руми кем-нибудь из местных жителей, он бы имел полное право поднять тревогу и готовить поселение к бою с носителями негатива.

Всю мрачную и ужасающую картину портила одна точка: яркая, голубо-белая.

В самом хвосте, оставив позади себя лишь едва переплетающих ногами юношей, бежал Стижиан. Он держал в вытянутой руке раскрытую книгу, прочитанную дальше середины, и сфера сияния служила ему лампочкой.

Обнаженный по пояс, он спокойно бежал, наступая босыми ногами на камни, но, погруженный в чтиво, не замечал этого.

Руми сощурился, хоть и без того все прекрасно видел: его друг ровно дышал и всем своим видом показывал, что совсем не устал.

- Уже почти двенадцать! - Крикнул нериец пробегающим внизу мимо них будущим монахам.

- Да?! - Стижиан поднял глаза от книги и сделал такое лицо, будто бы он только сейчас заметил, что уже стемнело. Похлопав по плечу впереди бегущего Нонда, из груди которого вырывалось пугающее посвистывание, он захлопнул книгу и мигом телепортировался к Руми. - Спасибо что заставил меня пробежаться с ними.

Тот кивнул, протягивая мастеру рясу и пододвигая хвостом ботинки.

- Если бы я тут с ними круги не наворачивал, они бы наверняка бросили это дело. - Стижиан накинул её на плечи и принялся обуваться. - А если бы не книжка, я бы наверное умер от скуки на такой маленькой скорости.

- На большей ты бы выдохся. - Руми вытащил из кармана тонкую ленточку и собрал волосы в хвост.

- Нет, не выдохся бы. - Мастер закончил зашнуровывать ботинки и выпрямился. - Я на больших скоростях начинаю непроизвольно телепортироваться.

Беловолосый громко прыснул, не сдержав звонкого смешка:

- Нам надо обогнать твоих подопечных. - Сказал он, убрав сумку за спину. - Ты же отправишь их спать после этого марафона, не так ли?

Стижиан не ответил, вместо этого он растворился воздухе и возник на крыше здания, откуда открывался самый короткий путь до "Склепа Трех Королей". Руми рванул следом.

Когда через полчаса последний из послушников всем весом навалился на забор и выдавил из себя пронзительный стон, забравший у него последние силы, Астируми показалось, что все они согласятся заночевать прямо здесь: в грязи, сырости, на кладбище, укутанные бесконечно возникающим потоком негатива. Что угодно, только бы не шевелить ногами.

Украдкой, нериец краем глаза наблюдал за Стижианом, на лице которого снова возникла та самая улыбка, с которой он отправлял своих подопечных на этот долгий-долгий марафон.

- Ну что, никто не помер? - Усмехнулся мастер, сложив руки на груди. - А сколько стонов то было. - Он подождал ещё пару мину, когда ученики расслабятся, одурманенные грёзами о еде и постели, а потом его взгляд обострился. - Сейчас я буду исполнять ваши мечты.

- Если у вас в сумке припрятан жирный жареный окорок, то я согласен! - Загорланил невысокий брюнет, стоящий у ворот.

- В тебе ещё остались силы на еду. Это хорошо.

- Стиж, мне не нравится твое выражение лица...