Летопись Третьего мира. Ч.3 Белое Критши (СИ) - Версон Мария - Страница 54

Напротив, растекшись по стулу, лежал, прихрапывая, мастер Тео. Нериец посмотрел на него, потом на Стижиана, и громко фыркнул, потому как ему показалось, что при взгляде с этого ракурса у них одно лицо.

Скинув себя руку, Руми вытянулся и потянулся, за чем последовал громкий долгий зевок. Потирая опухшие глаза, он мотался взглядом по таверне, пытаясь оценить стоимость ущерба, который они нанесли этому замечательному заведению.

И его взор наткнулся на нечто, что заставило его вмиг прийти в себя.

Это был посох.

Монахи называли этот посох наахт, что было не совсем верно. Вырезанный из белого дерева, которое и называлось Наахт, он имел полное право так называться, но у посоха было совершенно другое имя и совершенно иная история.

Вглядываясь в мелкие руны, которые покрывали всю поверхность посоха, в голову Астируми проникали удивительные картины и воспоминания, походящие на вшитый в его память курс лекций, подкрепленных практическими знаниями.

Наахт - белокаменное дерево, растущее в родном Руми городу испокон веков. Ему не требовалась плодородная земля или вода для роста. Оно было камнем, растущим в форме дерева.

Его белый цвет и удивительные свойства и подвигли народ нерийцев избрать правящим родом именно белых кошек, невзирая на то, что сродством к этому дереву обладали не только они.

Руми не мог понять, его ли это воспоминания, но он был готов поклясться, что видел это удивительное дерево своими собственными глазами, а не глазами предков, чья память присутствовала в нём.

Три долгих года, с того самого дня, как Стижиан спас Руми от гибели в подземелье церкви Таэтэла, он ждал дня, когда найдет в себе силы, чтобы вернуться домой. Он не знал где его дом, но вот он, перед его глазами, ключ, белеющий в лучах утреннего солнца. Ключ к тем участкам его памяти, что помогли ему вспомнить дорогу

Не вставая, лишь только выпрямив спину, Астируми вытянул руку к посоху, скромно прислоненному к стене слева от стойки. Наахт среагировал на зов нерийца, и подобно частице металла, тянущемуся к магниту, кинулся в руки своему хозяину.

- Что ты здесь делаешь? - Спросил он у удивительного оружия.

Стоило посоху оказаться в руках Руми, как бесчисленные руны, покрывающие его поверхность, мигнули белим цветом.

- Да, я знаю. - Он улыбнулся, удивленный. - Ты же мой, да? Наахт, вырезанный под мою руку. - Нериец провел пальцами по резной поверхности. - Тебе надо проснуться.

Он тихо встал. Умение бесшумно передвигаться было ему столь же родным умением, как и виляние хвостом.

Не разбудив никого, даже Ору, с её нечеловеческим слухом, Астируми взял бутыль с водой, посох и отправился в путь, обещая себе, что вскоре вернется сюда.

- Кто-нибудь видел Руми?

Стижиан проснулся где-то в полдень на кровати на втором этаже. К моменту его пробуждения, Мэдди и его жена уже навели порядок внизу, где нериец и два монаха до самого утра выясняли отношения.

Когда он спустился вниз, Тео носился по всей таверне в поисках какой-то вещицы, а Ора и Амит, с абсолютно свежими головами, увлеченно болтали об истории Ораны:

- ...но это было бы очень глупо предполагать, что Орана всегда была небесным островом. - Сказала монахиня, слизывая стекающее с хлеба малиновое варенье. - Генератор требует постойной подпитки энергией. Магистры академии и их ученики из года в год занимаются поддержанием столицы в воздухе.

- Но ты отказываешься верить в то, что Орана была горой? - Амит пожевывал сухари и запивал их горячим чаем.

- Орана находится в полукилометре над землей. Если бы это была гора, то под островом остались бы руины и... да хоть какие-то намеки на существовавшую там гору, их нет. Там равнина!

- То есть, если я правильно понял, ты думаешь, что Орану подняли в воздух намеренно?

Монахиня вскинула глаза к потолку и, зажав между зубами кусок хлеба, резко закивала.

- Но для чего?

- Для защиты, полагаю. Факт того, что город висит в воздухе, делает его неприступным.

- Ой, да ладно! - Медиум вскинул руки. - На поддержание генератора уходит немыслимое количество энергии. Я не знаю, кому в здравом уме такая идея придет в голову!

- Ну может в то время было куда больше кристаллов риджи. Дримен сказал, что риджи - не минералы, а искусственно созданные кристаллы. Сейчас технология их получения утрачена, а теперь... Точно! Он, кажется, утверждал что генератор - это модификация крупнейшего кристалла риджи.

- Да, возможно. - Амит усмехнулся, помешивая ложку в кружке. - Я побоялся соприкасаться с генератором в Оране. А то она рухнет вообще, нехорошо получится!

Оба рассмеялись.

Стижиан спустился по лестнице и первым, что он увидел, была лучезарная улыбка Эйдин, подметающей пол у входа. Он кивнул ей в знак приветствия и проводил взглядом отца, умчавшегося на второй этаж, не заметив сына.

Монах обошел сваленные в кучу обломки столов и подошел со спины к Оре. Та вздрогнула, когда его рука легла ей на плечо, и чуть было не растаяла, едва получила поцелуй в щеку.

Амит с трудом сдерживал улыбку, отводя от них взгляд.

- Доброе утро, - просипел сильнейший в истории ученик, падая на стул, и взял монахиню за руку, - как самочувствие?

- О, отлично. - Медиум догадался, что вопрос адресован ему. - Только Тео носится взад-вперед с самого утра. Этот топот меня сума сводит. А как твоя голова?

Стижиан в ответ ехидно усмехнулся.

- Будете что-нибудь? - К нему подбежал всегда Мэдди, улыбающийся и всегда навеселе. - Может, рассолу?

- Вы просто читаете мои мысли. Спасибо.

Хозяин устремился на кухню.

- Так, где Руми?

- Понятия не имею. - Ора откинулась на спинку стула. - Я встала несколько часов назад и не видела его. С ним раньше такое бывало?

- Нет. - Стижиан взял с подноса банку рассола, из которого только что вынули огурцы, но один остался плавать на дне. - Не бывало.

Он перевел взгляд на Амита, но тут с лестницы сбежал вниз Тео, запыхавшийся, что для него не характерно, и с выпученными глазами проговорил:

- Его нигде нет!

- Руми-то? Зачем так бегать. Скажи просто, "кис-кис-кис"... - Медиум ухмыльнулся.

- Да не Руми, а наахт!

- Ты привез его собой? - Глаза Стижиана стали чуть круглее.

- Да, хотел тебе отдать, но вчера был слишком пьян и забыл. Это же твой посох.

- Угу. - Монах прильнул к банке и осушил её наполовину. И замер.

Как и Тео. Они резко повернулись друг к другу, одновременно догадавшись, куда же мог деться Руми.

- В чем дело? - Взгляд Оры метался с одного Ветру на другого.

- И почему я раньше об этом не подумал? - Пробубнил младший, зубами держась за горлышко банки.

- Потому что ты балбес. - Амит тоже догадался, одна только Ора не могла понять, о чем они.

- Так о чем вы?

- Наахт. - В один голос проговорили все трое.

- Наахт - это посох, который был создан неким народом, который легенды называют кошками. - Тео поставил руки в бока. - До появления Руми, я считал все это вымыслом, а посох - просто произведением искусства. Вы думаете, он забрал посох и смысля?

- Он бы мне сказал. Не сомневаюсь в этом. Разве что он расстроился из-за вчерашних кое-чьих попыток потаскать его за хвост. - Стижиан поставил пустую банку на стол и залез в неё рукой, чтобы достать со дня мелкий, но наверняка очень вкусный единственный огурчик. - А вы что думаете, Сен-Ин Лоури?

Медиум не ответил. Он продолжал сидеть на стуле, устремив свой взгляд в пустоту. В повисшей тишине, разбавленной только шипением воды на кухне, глаза Амита обрели яркий голубой цвет.

"Как?" - принеслось в мыслях монахини - "как он может оставаться медиумом, если он не слышит своего собственного духа?"

- Руми направился к Кор-Неилю. - Его глаза вновь обрели свой естественный цвет, и он взглянул на Ору, почитав вопрос в её мыслях. - Я могу ошибаться, но он отправляется в пустыню.