Летопись Третьего мира. Ч.4 Тень Ораны (СИ) - Версон Мария - Страница 27

- Король сказал… вы знаете, что он сказал. Он не имеет права нарушить данное им слово. Этот цвет…

Кисть Стижиана все ещё была пламенно-дымчатой.

- И этот свет… Он сможет.

- Дио, даже не думай. – Пробасил Ирл. – Нам и без людей хватает проблем. Обсудите-ка лучше менее драматичный вариант получения поддержки от короля.

- Я считаю существование такового крайне маловероятным…

- Дио!

- Да-да, хорошо. Забудь о нашем удивлении цвету твоего феникса, Стижиан. – Он привстал и взял договор. – Это с какой же толстой змеи вам пришлось снять шкуру, чтобы нанести на неё эти письмена. – Глазами Дио проносился по каждой из восемнадцати вертикальных линий, разыскивая среди них знакомую ему письменность.

- Только с его спины. Одераричи хранил договора со дня падения Северной Звезды.

- Одера. – Улыбнулся Мао, убирая руки монаха с лица его духа. – Хитро. Их шкуру и тем более тела практически невозможно уничтожить. Даже огнём. От высокой температуры тела Одера кристаллизуются и становятся немыслимо прочными.

- Вам известно о роде Одера? – Стижиан несколько удивился, потому как сам он, и даже премудрая Амфитеа, знать не знали о них. Хотя, каких-то пару дней назад о фениксах с драконами им тоже ничего не было известно.

- Ну, как известно. – Усмехнулся Мао, - через полвека после падения Северной Звезды, я тогда молодой был, мне было лет двести, Одераричи посещал Хар-Терр-Крон вместе со своими друзьями… Как их,.. Скуро и Тини. Необыкновенные люди.

- Их звали Вильмут Скуро и Линнэ Визетти, вообще-то. Эх, многие из нас пожалели, что кровью она не феникс.

- Она? – Стижиан удивлённо поднял брови.

- Она-она, Лин. Красивая, фигуристая… А как мечом орудует!

- Простите, но разве магистр Визетти не… кхм, сморщенный старикашка?

Фениксы посмотрели на него притуплено.

- Никак нет. Я хорошо помню это троицу. Вильмут – такой странный и болтливый, вечно просился в башню, и его жена – Линнэ. Ох, как она красива!

- Одераричи почти всё время своего пребывания на нашей земле провёл у подножья Денариона. – Вспомнил Ирл, но тут же вернулся к чтиву. На его ладони лежал достаточно длинный и широкий тонкий пласт бело-серебристого материала, где письмена появлялись только когда он воспламенял руку своим цветом - пламенно-красным.

- Мне и в голову не приходило, что после века Истребления договоры перешли к нему. – Хмыкнул Лао и тоже погрузился в чтиво.

- Полагаю, вам четверым, - молвил Дио, - стоит представить эти договоры королю.

- А почему не можешь ты? – Спросил Стижиан.

Беловолосый феникс поднял на него глаза, не понимая, почему тот обращается к нему во множественном числе.

- Пять лет назад это мог бы сделать и я, но…

Прочие четверо фениксов кисло усмехнулись.

- Я в опале.

- Что?! – Стижиан заметил, что за этот вечер он чересчур много удивляется.

- Я покинул свой дом и отказался от права претендовать на престол. Там и без меня претендентов хватает…

- Как?.. Что?.. А почему?..

Незаметная дверь под потолком тихо скрипнула, и по узким ступенькам вниз стала опускаться девушка. С виду ей можно было дать лет пятнадцать. Она была не слишком худенькая, форма рук и ног, выглядывающих из-под темного платья, выдавали в ней существо натренированное. С чуть смуглой кожей, слегка крючковатым носом, походившим на клюв птицы, её образ грациозно венчался копной длинных пышным волос рыже-медного цвета. Казалось, они могут загореться в любой момент.

- Дио… - Произнесла она, спускаясь с лестницы и потирая глаза.

- Собственно, причина опалы… - Хмыкнул Мао.

- У нас гости? – Она подняла голову, увидела Стижиана и замерла.

Он тоже замер, когда увидел её глаза. Левый был такой же, как у прочих фениксов и носил зелёную глубокую окраску, цвета малахита, другой же был точно таким же, как у Стижиана и Дио.

- Кирия. – Представилась она. – Кирия Ди Неирен. – Она кивнула и перевела взгляд на Дио.

- Твоя жена? – Поинтересовался монах.

- Моя сестра. Кирия, почему ты не спишь? Мы уже давно в зоне тени.

- Один из наших гостей издает громкий… толи назальный, толи гортанный звук.

- Иди обратно и постарайся уснуть. – В разговоре с ней голос Дио был совершенной другим – куда мягче и добрее что ли.

- Как скажешь, брат. – Она ещё раз кивнула, но на этот раз не только Стижиану, но и прочим фениксам, и вернулась обратно на верхний этаж.

- Итак, - Дио тут же уловил нить прерванного разговора, - завтра, как только выйдем из зоны тени, отправляйтесь во дворец и доложите королю о прибытии представителя расы людей, и хорошо подберите момент, когда можно будет сказать, что он явился с договорами о военной поддержке.

Фениксы что-то пробурчали в ответ, но ему и не нужно было слышать их четкие и звонкие «Да, сате!».

- Сами договоры вам без надобности, а я бы хотел их изучить. Ты позволишь?

Стижиан рассеянно кивнул, помня, что где-то на дне его бездонной сумки лежит ещё пара копий. Помнится, принеся их, Вильмут сказал, что снимать кожу со спины Ричи было удовольствием.

- Чувствуйте себя как дома.

Дио сгрёб в охапку договор и пласт белых листов, из которых как раз и были выложены колонны вдоль стен. Что-то подсказывало Стижиану, что в этом пласте не одна сотня тонких исписанных листов.

- Позволь задать вопрос… - Монаху только сейчас это пришло в голову. – На этот договор нанесены восемнадцать различных видов письменности… Один из них ваш. Если у вас свой язык, почему мы понимаем друг друга?

- Устная речь едина для всего мира в котором мы живём. – Ответил на вопрос Мао, потому что Дио уже вышел, не дослушав. – Но вот письменность у каждого из племён разная. И у нас, и у людей, и у драконов, и у змей…

- Про письменность змей мне можете не рассказывать…

- Перестань говорить со мной так, будто меня много!

Утром следующего дня, когда гости дома Дио проснулись полными энергии и со свежими головами, Мао и Лао отправились во дворец, дабы выполнить поручение сате и оповестить своего владыку о прибытии короля людей.

Ирл по-прежнему сидел на одном из мягких кресел на нижнем этаже и один за другим перелистывал тонкие пласты необыкновенной бумаги.

- Расскажите мне вашу историю. – Села рядом с ним Амфитеа, не взяв ни блокнота, ни другого приспособления для ведения записей.

Ирл посмотрел на неё из-под бровей:

- Дрянная людская привычка обращаться во множественном числе.

- Прошу меня простить…

- Ничего. – Ирл отложил лист, который держал в руках, и письмена на нём тут же исчезли. – Что ты хочешь знать?

- Ам… - Амфитеа чуть замялась, но её глаза тут же загорелись юношеским огнём любопытства. – Хар-Терр-Крон. Что это за город? И что это за риалроновая гора, сквозь которую нам пришлось идти, чтобы найти вас? Что за световые купола я видела вчера? Какой социальный строй народа фениксов? Уровень развития технологий? Численность?..

- Так-так, - он чуть развернулся, чтобы быть обращённым к женщине лицом, а не боком, - по порядку. Хар-Терр-Крон – единственный город фламмов, в последствии названных фениксами. Это высокая башня, состоящая из двух основных частей. Первая, нижняя - это местообитания фениксов. Там живём все мы, основная часть населения, одна тысяча девятьсот двадцать один фламм. Опора башни Хар-Терр-Крона выложена сплавленной кристаллической породой, которая здесь всюду. Она для нас - как песок для людей, только много прочнее. Её сплавы различных конфигураций…

Амфитеа начала подумывать, что технологическую часть этого рассказал она как раз таки и не запомнит и что надо бы позвать Лексу, но та уже опустилась на пол перед Ирлом и принялась слушать.

- …дают разную плотность, прочность и применяются для установления различного вида световых стен.

- Не мог бы ты об этом поподробнее? – Прожившая долгие годы в Бактике, у Лексы не возникало проблем с переходом на «ты».

- Думаю, ты уже обратила внимание, что наше солнце обладает несколько непривычными для людей свойствами. Что будет, если я скажу вам, что наше солнце – едино для всего нашего мира?