Летопись Третьего мира. Ч.4 Тень Ораны (СИ) - Версон Мария - Страница 45

- Энергия черпается из сосуда, окрашивается духом и направляется разумом мага.

- Это низший и средний классы магии. Что идет дальше, когда маг готовится получить степень магистра? И тем более, магистра Круга магов.

- Дальше появляется ещё одна ступень, которая отчасти заменяет последнюю – направление. Вместо неё магистр может использовать различные формы. Самое сложное – придумать эту форму. Она для каждого своя.

- Верно. И чем сложнее и искуснее форма, тем мощнее заклинание. Твоя задача сейчас, превратить первые три этапа сотворения заклинания в одно действие и сосредоточиться на форме.

- Хор…

Циавис не успел договорить, как красная пламенная линия, извивая подобно умирающей змее, ринулась на него. Магистру никогда не хватило бы реакции увернуться от неё, так что он поставил перед собой широкий круглый щит, похожий на один из тех, что стоят в академии магии в музее, но только его был соткан из магии. Однако змея этот щит будто не заметила: прошла сквозь него как пуля сквозь воздух и ударила Циависа в грудь.

- О-о, - удивился Ирл, разглядывая магистра поднимающегося с земли магистра. Тот не кряхтел, но про себя громко ругался. Отряхнулся, и он уже как новенький. – Ты балуешься эликсирами. Да настолько, что тебя даже удар змеи не берет… Циавис, где твой брат? Я всегда думал, что у вас один дух на двоих. Вы же относитесь к типу магических близнецов.

- У нас и был один дух на двоих. Только вместе мы могли творить заклинание, сделавшее меня магистром. Теперь я могу творить его один.

Глаза Ирла чуть погрустнели. Он помнил обоих близнецов ещё маленькими мальчишками, подававшими неплохие надежды. Пугали только их воспитание да дурной нрав, что Ирл и пытался исправить, будучи их учителем.

Теперь дух только у Цисса, и судя по интонации, которой он говорил об этом, его брат не просто остался без магической силы.

- Что за заклинание вы создавали? – Спросил феникс вместо того, чтобы произнести ненужные здесь слова сочувствия.

- Дождь тысячи огней.

Ирл едва не крякнул.

Все, кто услышал последние слова Циависа, а это были почти все фениксы, собравшиеся на арене и трибунах, одновременно замолкли и не с испугом, но с чем-то похожим, уставились на людского магистра.

- А может… - Неуверенно и тихо проговорил Суо, - ну его, а? Не будем его учить материализации?..

- Я разделяю твои чувства, - сказал другой феникс, с тёмно-синими волосами, - но если он не освоит материализацию, то так и останется жить с трещиной в сосуде и без малейшего намека на шанс снова стать магом.

- Что?.. – Цисс замотал головой из стороны в сторону. – В чем дело?.. О чем вы?

- Роу. – Без тени улыбки ответил Ирл, покусывая нижнюю губу. – Имя твоего духа – Роу. Небезызвестный и очень могущественный дух. Мы не раз сталкивались с ней.

- И… почему такая реакция? Мне говорили, что мой дух - женщина, но…

- Скорее девочка. А кто говорил? Медиум?

- Нет, Ави… Дух моей супруги.

Ирл продолжал пожевывать нижнюю губу, смотря куда-то в пол.

- Ну, могу с уверенностью сказать одно: противиться материализации она точно не будет. Так. Возвращаемся к тому, с чего начали!..

- А может все-таки не стоит? – Жалобно спросил Мао.

- Не слушай его, Циавис.

Магистр магии, видавший разное, мало того, что чувствовал себя не в своей тарелке, стоя посреди арены фениксов под пристальными взглядами этих древних созданий, он начал всерьез волноваться о происхождении своего духа и причине, по которой фламмы не хотят её высвобождать.

- Ну, каждый раз, когда я вижу её и её хозяев, я надеюсь, что они хоть в этот раз поладят. Может, тебе и удастся. Позволь рассказать тебе о духе Роу, Циавис. Роу – это мотылёк.

- Мотылёк? – Брови магистра удивлённо задрались.

- Да. Это дух, относящийся к классу уникальных. Её крылья – вот источник всей огненной мощи, что у тебя имеется. Ввиду того что их четыре, делить эту силу между двумя братьями не составляет труда. Это так, к слову. Этот дождь тысячи огней – это сгусти сжиженной своего рода плазмы…

- Ты хочешь сказать, что самое разрушительное заклинание в истории академии магии… ну, кроме Оримие Дримена, это… - пыльца?

Ирл улыбнулся, довольный смекалкой своего бывшего ученика, которого он муштровал ещё в академии. Хотя, меньшего не стоило ожидать от магистра.

- Да. Когда ты используешь это заклинание, Роу взлетает за облака, и там её крылья достигают невероятных размеров. Даже не пытайся себе представить их. Она взмахивает ими, как бы стряхивая с себя пыльцу, и мы видим то, что принято называть дождём тысячи огней.

Циавис не нашел чего спросить или сказать.

- Должен признаться, я очень удивлён тому, что тебе удается использовать это заклинание, не материализовав духа. Сделав это, тебе будет гораздо проще колдовать. Не только огненный дождь, но и другие заклинания. Значит… Можешь сейчас призвать дождь?

- Не думаю. – Честно признался Цисс. – На него уходит добрая половина энергии сосуда, а у меня сейчас и четверти не наберется.

- Нет-нет, Цисс, я не хочу, чтобы ты призывал эти пламенны сгустки плазмы. Мы, конечно, народ огня и не такое выдержать можем, а вот наша архитектура и соседи, - он имел ввиду драконов, - вряд ли этому обрадуются. Я хочу, чтобы ты прочувствовал то состояния сосуда, в котором оно находится при сотворении этого заклинания. Не более. Оно схоже с состоянием высвобождения и материализации духа.

Циавис неуверенно покачал головой и приступил.

Прошло двадцать семь часов.

Арена уже давно была куда менее оживлённой, чем когда Цисс только сюда прибыл. Десяток, может два, мужчин и женщин племени фламмов скучали на трибунах, разговаривали и лишь изредка поглядывали в сторону людского магистра магии.

- Что я делаю не так?! – Взревел усталый Цисс. Все прошедшие часы он не спал, потому что в зоне арены никогда не было ночи, и солнечная радиация позволяла ему не чувствовать физической усталости, но голова уже начинала набухать.

- Я думаю, ты не используешь воображение. – Хмыкнул Ирл, нашедший в происходящем почву для развития своих преподавательских навыков.

- Воображение? – Волосы магистра уже почти полностью стали белыми, с чернотой в корнях и на паре прядей. – Воображение… - Зачем-то повторил он.

- Цисс, я не знаю… Ещё никогда на моей памяти высвобождение не занимало столько времени.

- Ты когда-нибудь обучал этому людей?

- Ну…

Магистр вопросительно вскинул брови.

- Нет. Но это не должно быть тебе поблажкой. Дух огня есть дух огня!

- Но ты сам сказал, что у меня уникальный дух! До меня его вообще кто-то материализовывал?

- Её, Цисс, не вздумать называть её мужчиной. Да, высвобождал, но на моей памяти высвобождение всегда совпадало с первым применением дождя тысячи огней. В твоем же случае… Я могу объяснить это лишь тем, что первоначально дух был разделен между тобой и братом. Никогда не слышал о материализации духов у близнецов.

- Ирл… - Вдруг магистр изменился в лице и, согнувшись и уперев руки в колени, громко вдыхая и выдыхая спросил: - ты правда черный феникс?

Тот моргнул и устало улыбнулся. Сощурившись, он посмотрел в глаза магистра и сказал:

- Зависит от постановки вопроса. Мой дух покинул меня, оставив мне только лишь малую искру, - кончиком пальца он указал на свои пламенно-оранжевые глаза, каких не могло быть у феникса королевской крови, - и мой цвет изменился. Если ты спрашиваешь, могу ли я по-прежнему повелевать Ди… то мой ответ - нет. Но если ты хочешь узнать, живу ли я уже много тысячелетий и был ли одним из тех, кто породил всё разнообразие племен огня… Да. Мой ответ – да, это я.

На минуту, Циавис перестал дышать. Ненадолго. Если бы в детстве он узнал, что ему преподает не какой-то дурень средних лет, а сам перворожденных элементаль, то его судьба и судьба брата сложились бы иначе.

Они же всё делали верно. Дождь тысячи огней пролился и оставил от Монтеры лишь черное зеркало, чернильное пятно на карте Ораны. Расчеты были верны, и Циавис до сих пор не может понять, в чем же была ошибка. Почему он остался магом, а брат - нет.