Летопись Третьего мира. Ч.4 Тень Ораны (СИ) - Версон Мария - Страница 58

Прежде чем войти в дом вслед за Картом, целитель огляделся по сторонам и едва не ахнул: в паре сотен метров за домом расщелина завершалась. Он прислушался, и до его ушей дощёл едва уловимый шум прибоя.

- Идём. – Позвал его Карт, и снова исчез за белой дверью дома.

Они вошли в просторную светлую комнату с ещё четырьмя дверьми. Одна, на противоположном конце, судя по всему, вела на улицу, другая – в подвал. А третья, если верить аппетитному дурманящему запаху, вела на кухню. Помимо этого, прилегая к кухонной стене, наверх вела узкая лестница, без какого-либо покрытия на ступеньках.

Руми лежал на широкой мягкой софе, а рядом с ним вилась белогривая кошка.

Живот целителя издал громкий урчащий звук, тут же привлекший к себе внимание Карта:

- Если я не ошибаюсь, то после ритуалов голод наступает совсем не скоро. Ритуалистам хватает полученной энергии ещё на пару дней.

- Да, - признался Лухс, смущенно улыбнувшись, - но это не отменяет того, что запах очень вкусный.

- Пойдем, угощу.

Тем, что жарилось на плоской сковороде, оказались несколько десятков мелких рыбёшек. Они шкварчали, разбрызгивая капли масла по очень чистой каменной плите, с огнём, горящим внутри неё, снизу.

Карт потыкал в пару рыбин тупой стороной вилки и снял сковороду с плиты.

Через минуту, на убранном столе, застелённом бледно-синей скатертью, появилась плоская круглая тарелка, серебряная трехзубая вилка, небольшое блюдо с щавелем и луком и сами рыбины.

Карт, в отличие от Лухса, был по-настоящему голоден. Не отвлекаясь на разговоры, он быстро съел все доступное, и когда целитель только дожевал жареную голову своей первой рыбёшки, тот уже вымыл посуду в невысокой бадье и поставил свою тарелку в стопку.

- Хозяйка любит готовить. Она достигла высот мастерства в приготовлении рыбы. – Карт усмехнулся и снова сел перед Лухсом, налив себе кружку тёплой воды. – Кая охотится в основном на рыбу. Наверное, это напоминает ей о доме.

- Мне трудно представить, как она ловила эту мелочь. – Аппетит Лухса быстро улетучился, однако чувство насыщения не мешало наслаждаться вкусом.

- А, этих ловил я. Кая считает себя слишком гордой для ловли мелкой рыбы. Зато мне нравится посидеть на бережку…

Он устремил свой взгляд в окно, что по правую руку от Лухса.

В соседней комнате послышались шаги, а вслед за ними громкое «хм…». Шаги удалились, но вскоре вернулись, и на кухню вошла фигура, укутанная тёмными одеждами с капюшоном, полностью скрывающим её лицо.

- Сайлант. – Сказала она женским, тёплым и мягким голосом. – Я думала, этот день никогда не наступит. Судя по поведению Каи, это Астируми спит на софе?

- Да, госпожа. – Лухс встал и поклонился женщине, но она без каких-либо эмоций приняла этот жест.

- Назови своё имя.

- Лухс Сайланте. – Проследовал быстрый ответ, словно юноша хотел, чтобы его не успели разобрать.

Тёмная фигура пересекла комнату, и Карт незамедлительно освободил ей место.

- Никогда бы не подумала, что представитель именно этого рода станет тем, кто найдет в себе храбрость покинуть море.

- Да, ваш слуга уже говорил нечто подобное.

- Слуга? – Чуть удивился голос. – Карт не слуга. Он мой друг и защитник.

- Но он называет вас хозяйкой…

- Это всего лишь старая привычка, которую он никак не может пережить.

Лухс не нашелся что сказать, и какое-то время царила тишина.

- Почему вы скрываете свое лицо?

- Я не желаю быть узнанной.

Может, целителю казалось, но лицо этой женщины таило улыбку.

- Тогда, полагаю, мы знакомы?

- Нет, уверяю тебя.

- Тогда к чему?..

- Ты ведь здесь из-за войны, не так ли?

Карт налил Лухсу стакан прохладной жидкости без запаха. Сначала, ему показалось, что это морс, но это была прохладная, разбавленная чем-то человеческая кровь.

Он вскочил из-за стола и стал пятиться назад, пока не ударился спиной о стену. Содержимое стакана пролилось на стол и капало на пол.

- Тебе не понравился вкус? – Удивился Карт, недоумевающее разглядывая бутыль из темного стекла, которую держал в руке.

- Мне не нравится, что у вас есть столько крови!.. – Испуганно залепетал он, но вдруг внезапно успокоился. С чего вдруг?

- Это не жертвенная кровь, Лухс. Присядь.

Тот повиновался.

- С виду тебе около двадцати лет. Но твой народ умеет сохранять молодость.

- Хах! – Вырвался из него громкий смешок. – Чаще, мой народ умеет растрачивать её и превращаться в сморщенных стариканов много раньше положенного.

- Так сколько тебе лет?

Лухс не сразу ответил. Он увёл взгляд в сторону и думал, чтобы солгать.

- Скажи правду, сайлант. Мы слишком долго ждали, когда же кто-то из вас рискнёт покинуть чертоги города. Я хочу знать что-то о тебе. Так сколько тебе лет?

- Девять. Или около того. Плюс-минус полгода.

У Карта отвисла челюсть.

- Я покинул море, когда мне было около полутора или двух лет. Уже тогда я выглядел мальчишкой лет тринадцати.

- Как это возможно? – Карт накренился вперёд. – У вас сократился срок жизни?

- Нет, - голос Лухса стал хамоватым, - но зато появилась возможность ускорять темп роста своего детёныша, пожертвовав парой-тройкой братьев-сайлантов.

Целитель поднял с пола стакан и поставил его на стол. Расползшаяся по полу красная жидкость стала сползаться и вновь наполнила стакан, из которого Лухс с удовольствием отпил.

- Это мёртвая кровь, хозяйка. – Сказал Карт, повернувшись к ней и ожидая реакции. Но её не последовала. Вместо этого, хозяйка сказала:

- Женщины сайлантов могут родить лишь один раз в жизни и всегда близнецов. Где твой брат?

- Полагаю, в море. – Лухс осушил стакан и поставил его на стол. Опустив кончик указательного пальца на край посуды, он собрал всё, что осталось на стенках, в одну каплю и с удовольствием облизал её. – Вы говорили, что много лет ждали, когда же кто-то из нас рискнёт покинуть отчий дом. Для начала, позвольте спросить, как долго вы этого ждали?

- Почти четыреста лет. – Ответила женщина раньше, чем Карт.

- Четыреста?

- Тебя удивляет эта цифра?

- Четыреста лет назад много всего произошло. Родился Руми, были истреблены кошки, родилась Млинес, а Одераричи впал в глубокий сон…

При упоминании змея рука женщины непроизвольно дёрнулась. Лухс не обратил на это внимание.

- И четыреста лет назад в Мьюлле произошел переворот, после которого сайланты стали теми, какими я их запомнил. – Целитель стал пристально всматриваться в темноту под капюшоном, желая увидеть хотя бы часть лица собеседника, но не смог.

- Сайланты всегда были такими, какими ты их помнишь. – Сказал Карт. – До того переворота, они хотели стать чем-то большим, но им не было позволено.

- А когда ты покинул море? – Вдруг спросил Лухс.

- Четыреста лет назад. – Улыбнулся седоволосый сайлант.

- Что-то я ничего не понимаю. – Лухс зевнул, прикрыв рот ладонью. – Но почему-то, складывается такое впечатление, что события тех лет не обошлись без вас двоих. – Он усмехнулся. – Скажите, я должен благодарить вас или обвинять в том, что стало с нами?

- Это зависит от того, кем ты теперь себя считаешь. Если ты душой по-прежнему сайлант – ты должен воспылать ненавистью к нам обоим. Но если жизнь на поверхности рядом с людьми сделала тебя другим, то ты должен испытывать одну лишь благодарность. – Ответила женщина.

Взгляд целителя уткнулся в одну точку на полу. В комнате снова повисла тишина, пока тёмная фигура опять не нарушила её:

- Идёт война, Лухс Сайланте. Бесчисленное множество демонических существ с каждым днём приближается к Оране. Ты ведь отправился сюда не просто так. Ты хочешь попросить о помощи сайлантов?

- Нет. – Как отрезал тот. – Я не хочу, чтобы эти выродки покинули море. Сайланты нездоровы умом. Убивают друг друга ради пары капель энергии. Предают и презирают друг друга даже не пытаясь скрыть этого. Я не желаю видеть, как они начнут кидаться на людей и проводить ритуалы над ними.