Летопись Третьего мира. Ч.4 Тень Ораны (СИ) - Версон Мария - Страница 61

Я родился старшим. Всего на одну минуту, но это дало мне невероятно привилегию. Меня учили, в то время как мой младший брат был обделен вниманием, на его рост было потрачено куда меньше сил, и его обучением никто и не занимался. Я ещё спрашивал себя – почему? Мы же одинаковые?..

Моей первой жертвой должен был стать брат. Отец верил, что поглощение родной крови куда более благоприятно скажется на моем росте и развитии. Но я не смог. И я сбежал.

Я не помню, сколько скитался во тьме океана, но когда псы отца уже дышали мне в спину, я…

- Я применил новый, никому неведомый до этого тип круга. – Он усмехнулся нелепости своих слов и повернулся к женщине. – Я провел ритуал без круга. Так. Из одной точки. И этой ночкой был я. Я расщепил собственное тело на молекулы и атомы, а собраться смог уже на поверхности. На суше. Никогда не забуду вкус песка на северном берегу.

Женщина молчала.

- Надеюсь, это заставило отца сохранить Аттну жизнь. Надеюсь. – Он утер рукавом взмокшие от выступающих слёз глаза. – Эта пересборка самого себя разорвала мою связь с духом Моря. Ведь живая часть моего сосуда перестала существовать на некоторое время, и дух его покинул. Но то, во что превратилась моя душа… - Лухс зачем-то положил руку на сердце. – Не стало генерировать энергию. Я был опустошен. Тот ритуал требовал много сил… Я добрался до деревеньки. Это было ночью. Увидев меня, таким, какой я есть, а я многим непохож на человека, какой-то мальчишка, лет семи, громко закричал. Я разорвал его тело как-то по наитию… рефлекторно. И… увидел, что он… его кровь мертва. Но я мог использовать её.

Женщина положила руку ему на плечо. Её кожа была не серой, как у сайлантов, а напротив, бело-розоватой, естественного цвета. Кровь равномерно пульсировала по венам, Лухс чувствовал удары сердца. Одного этого касания ему хватило, чтобы увериться в том, что эта женщина - человек.

- Ты совершил удивительное, Лухс. – Сказала она, уже другим, но от того не менее знакомым голосом и тоном. – Жертвой того ребенка, ты сумел узнать способ освободить свой народ…

- Я не хочу их освобождать! – Рявкнул в ответ целитель, сбросив с плеча её руку. – Они сами выбрали свой путь! Они могли жить на дне моря, и остаться нормальными! Вменяемыми! Слияние сосудов не проходит бесследно! – Он продолжал реветь почти в полный голос. – Те, кто проводил слияние - больные! На голову больные! А это все! Все! Каждый рожденный мужчина обязан убить своего брата! Это наш обряд посвящения в уродов моря!

- Лухс…

- Пусть они сгниют там, на дне! Убьют друг друга! Надеюсь, мое исчезновение пошатнуло авторитет отца, и подданные разорвали его в клочья!..

Он резко отвернулся и прикрыл рот дрожащей рукой. Его трясло от кипящего в нём гнева.

- Лухс. – Снова обратилась к нему женщина. – На востоке идет война. Страшная война. Все население южной полосы не успели спасти, и все, кто жил там, были уничтожены. Обращены в демонов, Лухс. Да, один великий маг возвел барьер, тянущийся от самого Бактика, с севера на юго-запад, но он лишь задал направление движения орды. Если демоны уничтожат Орану… Это будет концом для этого мира.

- Стижиан отправился за помощью…

- Да, и он её приведет. Будущий король людей справится. Но и бессмертный феникс может быть умерщвлен хаосом демонической силы. Оране нужны вы. – Лезвием, её последние слова пронзили слух Лухса. – Вы – единственные в своем роде целители, для которых нет лучшего места для работы, чем поле брани…

- Сайланты неспособны управлять мертвой кровью. Это могу лишь я. Я! Только мне известны преобразования из одной точки, и только я могу использовать кровь, которую давно впитала земля. Но я никого не собираюсь учить этому. Это слишком большая сила, для того чтобы давать её кому-то из моих соплеменников.

Рука женщины замерла в воздухе. Прав когда-то был Море, думала она, лишь тот, кто рискнет покинуть его воды и сможет сделать это, будет достоин принять её подарок.

- Приведи я сайлнатов к людям, станет лишь хуже…

- Лухс…

- Они слишком безумны. Я знаю, я жил там!.. – Говорил он наперебой самого себя, не давай собеседнице вставить и слова.

- Лухс! Лухс!

Он осёкся и испуганно посмотрел на женщину, увидев краешек её подбородка.

- Остановись. – Из-под капюшона вырвался смешок. – Ты не по годам умен. Это точно. Словно в тебе, как и в нерийцах, хранится великая память.

- У кошек абсолютная память. У нас… она заблокированная. Кровь ведь хранит память. Я как-то пробовал выхватить отзвуки памяти сайлантов, из чьей крови меня взращивали, но…

- Лухс. Ты понимаешь, что такое сила, и что это значит - обладать ею. Мои дочери этого не понимали. Ни старшая, ни младшая. И виною старшей, ведомой одними благими намерениями, все мы теперь находимся на краю гибели. Сила твоего народа, Лухс, может внести величайший вклад в победу разумных существ.

- Я не…

- Твой дар способен провести ритуал не только над твоим сосудом, но и над душой любого сайланта. Разница лишь в том, что ты знаешь, как собрать крупицы своего тела и вернуть ему форму, а им это неведомо. Лухс. – Она снова положила руку на плечо целителя и повернула его к себе лицом. – Я могу подарить тебе силу, которая даст тебе абсолютную власть над собственным народом.

Глаза целителя широко распахнулись.

- Ты мог бы грозить им распадом. При твоих навыках, уничтожить мнимую душу сайланта – это пустяковое дело. Но ты этого не хочешь. Ты не хочешь гибели твоего народа. – Она провела своей нежной рукой по его щеке. – Ты мечтаешь увидеть народ сайлантов свободными от всего: от моря, от гнева, от безумия. Ты хочешь даровать им жизнь. Тебе известна история происхождения сайлантов, Лухс?

Он медленно кивнул.

- Люди, жившие рядом с неоформленной тенью. И когда их сосуды были наполовину разрушены, некая сила, это было до Моря, подарила им возможность сохранить себя в обмен на абсолютное подчинение. Сайланты натворили много бед, мой мальчик, и я ненавижу их, но понимаю, что это было неизбежно. Всё случилось так, как случилось. Люди, Лухс, тебе известно происхождение людей?

Он опять кивнул, но уже куда менее уверенно. Рассказ Ричи были неполным и расплывчатым. Змей многое утаил, и может, его рассказ и вовсе был ложью.

- Первая из родившихся людей была не просто человеком. Не просто отпрыском племени элементалей, рожденным без духа. Она была Матерью. Она родила трех элементалей второй, новой системы. И она должна была родить четвертого, Лухс. Четвертого.

- Но элементов всего три… - Голос целителя совсем потерял силу. Это простое прикосновение её руки с его лицом привносило в хаос его души некую упорядоченность.

- Четыре, мой мальчик. И именно поэтому наш прекрасный, богатый мир пошел под откос. Но все будет хорошо. Я дам тебе силу, чтобы ты смог внести свой вклад в защиту мира от изъянов в его системе.

Не моргая, Лухс продолжал таращиться во тьму капюшона, из которого выглядывал только кончик подбородка. Он не понимал, о чем она говорит, но никак не мог догадаться, что же она пытается до него донести.

- Та женщина была Матерью. Она была самой жизнью. А сайланты – носители жизни. Вы можете спасти её, можете отнять. Но главное, чего вы, сайланты, не можете – это придать жизни форму. Вы неспособны собрать из бесконечной энергии то, что принято называть сосудом. Я дам тебе такую силу, Лухс. Ты будешь тем, кто сможет вернуть сайлантам души.

Она убрала руку от лица и сняла с головы капюшон.

Целитель пошатнулся и сделал шаг назад, с возгласом:

- Ора?! – Он таращился на высокую, светловолосую женщину с белой кожей и ярко-голубыми глазами. Во всем она походила на знакомую ему Синенту Диву, но только на её голове блистала не диадема - там была тонкая, с заостренными риалроновыми зубьями, походящими на клыки змеи, корона.

Она сняла её, и ничто в её лице не изменилось.

Ричи шел по темному коридору подземелья дворца на четвертом острове Орана вслед за Лин. Она искала определенный магический артефакт, спрятанный где-то на этом острове, и в то же время пыталась отдохнуть: полтора месяца беспрерывного боя оставили заметный отпечаток на её досель молодом лице. Рыжие волосы будто перестали быть такими же пламенными, кожа побледнела, плечи осунулись и искривили грацию осанки.