Летопись Третьего мира. Ч.5 История Тоурен (СИ) - Версон Мария - Страница 51

- Поживём увидим. – Улыбнулась Ксардера, подмигнув Одераричи: у него внутри всё стало еще холоднее, чем обычно, и неизвестно, толи это от излишнего внимания со стороны женщины, которую он много лет опасался, а теперь она оказалась одним из мистических и невероятно сильных созданий, толи от перспективы того, что Вильмут может стать Мастером. – Нам следует идти, Мастер.

- Да, верно. – Одиннадцатый снова окинул взглядом всех элементалей и глянул на Стижиана.

- И ты вот так просто… уйдешь? – Монах сам не узнавал свой голос, таким жалким и слабым он казался.

- Да, Стижиан, вот так просто. Меня ждёт великое множество миров и существ, которых еще нужно спасти. – Мастер сделал шаг к нему и присел на корточки, заговорив так тихо, что никто больше не слышал, даже Дримен, всё еще держащий свою руку у брата на плече. – Ты был мне другом, и та часть меня, что носила имя Амит Лоури, всегда будет помнить о тебе. – Он улыбнулся, и в этой улыбке монах наконец смог узнать ту самую рожицу, рядом с которой он вырос. – Ты будешь хорошим королём.

Он встал и развернулся, двинувшись к Ксардере. Та стояла на том же месте и терпеливо ждала. Когда Одиннадцатый поравнялся с ней, его Масгистр посмотрела куда-то вперёд, затем на Мастера, тот неуверенно пожал плечами:

- Селиа, ты идешь?

На плечо Одераричи легла тонкая женская рука. Он уже знал, или по крайней мере догадывался, что так и будет, ведь простое существо, не наделённое никаким особыми дарами, не смогла бы породить на свет двух элементалей, а вместе с ними и новую систему элементов. Она запустила новый цикл этого мира и выполнила свою функцию, и теперь она может уйти.

Белым маревом Орита порхнула вперёд. Отпустив плечо змея, она повернулась к нему и, ничего не говоря, нежно поцеловала его.

Вслед за ней, из пустоты вышел Фузасу, правда, выглядел он совершенно иначе, но все знали, что это он. Черные волосы, черная одежда, черные глаза, но неизменный голос:

- Я рад, что всё удалось, Одиннадцатый. – Сказал он, прихватив Селию за талию, и та покорно последовала за ним.

- Еще один Мастер! – Воскликнул Третий, чья кровь уже кипела от ярости.

- Едва ли ты слышал о нас, - усмехнулся Фузу, - это девятый Мастер, - представил он Ориту, - её имя - Селия Вентруга Вэлкан, она – мастер Жизни во всех самых разнообразных её формах. А еще она у меня тихая и молчаливая. – Он игриво поцеловал её в лоб.

- Хейерис! – Лицо Девятой было беспристрастным. – Не сейчас.

- А когда?

- Прошу вас, - прервала их Ксардера, с опаской глядя на то, как её Мастер приблизился к Третьему, - у него не часто бывает такой настрой, но прошу вас, не стоит провоцировать его.

- В чём дело? – Последовал вопрос от Селии.

- Третий едва не нарушил правило. – Ответила Ксардера.

Одиннадцатый сделал четыре больший уверенных шага к Третьему и встал так близко, что их носы едва ли не соприкасались:

- Я знаю, что ты пытался сделать. Ты пытался убить меня, верно?

Третий не просто замер: он оцепенел. Никто и ничего прежде не заставляли его чувствовать себя бесконечно слабым и беззащитным, как это было сейчас.

- Я опущу тот факт, что ты поднял руку на брата, но ты проигнорировал правила!

- Я не…

- Ты слишком молод, Третий Мастер, и как все юнцы ты думаешь, что правила написаны не для всех. Так вот это не так. Мастер не должен вмешиваться в события его мира ни при каких обстоятельствах. Это задача системы Мира, или же Магистр, но никак не твоя.

- Я!..

- Вмешавшись, ты едва не обратил в ничто десять веков моей работы. Над твоим миром, Мастер. А знаешь, что было, успей ты нанести удар? Границ бы не стало, и вся дрянь, что бродит по Лабиринту, с великим удовольствием ринулась сюда, чтобы питаться чистой энергией.

- Одиннадцатый, ты забываешь кто я!..

- Ты сам не знаешь, кто ты. Путь Мастера – пусть разума, а у тебя осталось меньше двух тысяч лет, чтобы это понять. Третий, - он приблизился еще сильнее и зашептал ему на ухо, - если ты еще когда-нибудь вздумаешь выкинуть подобную глупость и вмешаться в дела мира, пока границы ещё держатся, я обещаю тебе: я вернуть и усмирю тебя.

- Если я погибну, границы так же падут.

- А кто говорит об убийстве? Я – Порядок. Нет такой системы, которую я не смог бы укротить.

- Вээм, - обратилась Ксардера к своему Мастеру, - нам лучше идти.

Он обернулся к ней, глянув на неё своими пустыми белыми глазами, и кивнул.

- Вээм, - повторил Стижиан, - твоё настоящее имя?

- Его имя Амит. – Дримен похлопал брата по плечу и помог ему встать. – Его так звали, и именно это имя мы впишем в историю. - Он улыбнулся всё еще пришибленному брату, хотя сам чувствовал себя не лучше. – Всё конечно, Стижиан. Мы справились. – Он оглянулся, что бы посмотреть на величайший из магических кругов, которые когда-либо выстраивались. – Мы справились! – Повторил Дримен еще громче, а потом прокричал. – Мы справились!!

Глава девятая.

Династия Тоурен.

Вокруг отвратительно пахло сыростью, что неудивительно, ведь этот тоннель проходил под городским озером. Тёмное сырое пространство, где с потолка падали густые капли грязной тёмной жижицы, которую лишь скрепив сердце можно было бы назвать водой.

Тоннель этот явно не самообразовался. Приглядевшись, можно было увидеть фрагменты столпов и укреплений, которые должны были сдерживать этот узкий проход от обвала, но древесина давно сгнила из-за обилия влаги, и кое-где потолок все же провалился.

Согнув колени и сгорбившись, Анри приподнял над головой огненную руну и осветил проход. Крупная грязная капля упала ему прямо в темечко, и юноша едва сдержался от того, чтобы разразиться громкой бранью, но взял себя в руки и продолжил движение.

Это место, думал он про себя, идеальное убежище. Он убедился в этом, когда, отсчитав количество шагов от входа, это должен был быть примерно центр озера, увидел в стене одно единственное отверстие, где вполне мог протиснуться человек. Заметить эту лазейку мог только опытный в таких грязных делишках маг, вроде него.

Это ответвление убедило Анри в правильности его рассуждений: из местных едва ли кто-то сюда сунется, и не только потому, что тоннель проходит под озером и может обвалиться в любой момент, или потому, что живые древности, как он называл неестественно старых и уже впавших в маразм людей, придумали целую серию фантастических баек и рассказов, сильно мешающих разобраться в происходящем. Преимущественно, думал Анри, дело в том, что даже если и найдется самоубийца, рискнувший пробраться сюда, то он попросту не заметит этой дыры в стене тоннеля. Анри обратил на неё внимание исключительно потому, что это отверстие вдруг дыхнуло сильным запахом химии.

Анри нисколько этому не удивился: у него были свои по соображения по поводу происходящего, и присутствие здесь существа, разбирающегося в химии, только подтвердили его догадки.

Всё же выругавшись, когда еще одна капля упала на голову, он протиснулся в узкий проход и спрятал руну. Его зрение, спасибо родительским генам, позволяло ориентироваться в темноте, хотя это не пригодилось: в паре метров от поворота стояла перекошенная масленая лампа, источающая отвратным смрад.

По тоннелю снова волной пронёсся запах, и теперь носу Анри удалось различить некоторые компоненты, что заставило его поторопиться.

Тоннель оказался достаточно длинным, но лампы встречались редко, наконец, он смог увидеть тусклый синеватый свет. Уже привыкший двигаться тихо, Анри прокрался вперёд и первым, что он увидел, была гора измазанной полупрозрачной желтоватой кровью чешуи.

- Потерпи-потерпи, - ворчал высокий, но хрипящий мужской голос, а за ним последовало громкое «бульк», и очередная волна едкого химического запаха разлетелась по комнате и коридору, - уж один-то из вас должен им быть. Иди-ка сюда!

Анри выглянул из-за угла и увидел немолодого мужчину, лет шестидесяти, который опустил руку в обвешанную грязными тряпками клетку и вынул оттуда ярко-желтого птенца, чьи перья были тонкими золотыми пластинками, тихо позвякивающими от того, как дрожала эта кроха.