Ангелы не плачут - Климова Анна - Страница 37

— Это ведь так просто — любить. Это единственное чувство, которое дается нам без принуждения и без условий. Знаешь, мне раньше казалось это непонятным, недоступным. Я считала это чепухой, обманом… Ведь нельзя же не замечать недостатки и слабости другого человека настолько, чтобы сказать: «Я тебя люблю, даже несмотря на то, что ты не туда кладешь вещи и храпишь во сне». Я словно нарочно выискивала эти недостатки и всегда их находила, а может быть, просто выдумывала. Признаться, я сама не знала, чего хотела и кого искала. Я представляла любимого человека этакой бесплотной тенью, наделенной способностью не надоедать, не раздражать, любить, когда я этого хочу, и исчезать, когда я этого пожелаю. Тогда и мне надо было бы стать ангелом, бесплотным облаком. Но я не ангел. Я человек. Ангелы не могут ни любить, ни плакать. — Она оглянулась на статую и прикоснулась рукой к надписи. — Они могут только скорбеть. Скорбеть и молиться.

— Тогда ты действительно не ангел, — улыбнулся он, дотрагиваясь до ее руки, поглаживавшей бронзовую надпись.

— Определенно, — согласилась она. — Определенно я не ангел.

15. «Жди меня»

— Галя, вы, наверное, догадываетесь, почему мы пригласили вас на нашу передачу, но не знаете, как это получилось? А все очень просто. Ваш муж, Степан, написал нам письмо, в котором рассказал нам вашу историю. Эта история показалась нам очень любопытной. Вы ведь искали свою маму, да? Давайте напомним зрителям эту историю. Вы можете рассказать, что вы знаете о своей маме?

— Дело в том, что меня воспитывала бабушка. Я и сама до последнего момента не знала ничего о своих родителях. Бабушка не хотела мне ничего о них говорить…

— Простите, ваша бабушка не хотела вам говорить, что произошло с вашими родителями?

— Да. На это были свои причины. Я ее понимаю. Но ведь каждый хочет знать о родных людях, чего бы это ни стоило. Позже мне все же удалось кое-что узнать. Бабушкин сын, мой отец, и мама были очень молоды, когда я родилась…

— Галечка, скажите нам, сколько же им тогда было?

— Отцу семнадцать, а маме пятнадцать. Понятно, что и бабушка, и родители мамы восстали против их отношений. Маму увезли к родственникам в Горький, но она сбежала оттуда в Москву, чтобы увидеться с моим отцом. Но Антон, так звали моего отца, ушел из дому и жил у друзей.

— Они встретились?

— Нет. Мама родила меня, но Антон не знал этого.

— Что же было потом?

— Родители мамы заставили ее отказаться от меня.

— Вас оставили в роддоме?

— Да, после чего они снова увезли ее. А через неделю погиб мой отец. Он разбился на мотоцикле, когда спешил к ней. Он думал застать ее в Москве…

— И с тех пор прошло… сколько? 27 лет?

— Да.

— И вы ничего о своей матери не знаете?

— Нет. Я ее долго искала, но это ни к чему не привело.

— А вы хотели бы ее увидеть?

— Простите?

— Вы хотели бы увидеть свою маму?

— Боже мой… Вы нашли ее? Нашли?

— Да, мы нашли ее, Галя. Хотя это было не так просто. Горянская Валентина Викторовна работает заведующей детским садиком в Санкт-Петербурге. Она замужем, у нее трое детей. Она все это время помнила о вас, хотя ей сказали, что вы умерли при родах.

— Ой, мамочки… Я могу ее увидеть? Могу?

— Конечно. Встречайте… Валентина Викторовна, выходите к нам!