Под маской любви - Пол Фиона - Страница 10

Мадалена беспечно махнула рукой, отпуская опоздавшей грехи — ноготки у нее были длинные, идеально округлой формы.

— Я тебя прощаю, но при условии, что ты поможешь сделать мою свадьбу поистине великолепной.

— Одно то, что вы с Марко поцелуетесь в церкви у всех на глазах, поистине великолепно, — поддела Кассандра. Серебристый смех подруги заставил ее окончательно распрощаться со своими страхами. Солнце засияло ярче, туман рассеялся, а усталость и тревогу можно было списать на дурной сон.

— Синьорина, — вмешалась Сиена, — ваша тетушка велела мне сделать кое-какие покупки. Не могли бы вы отпустить меня на рынок?

— Конечно, ступай, — с легким сердцем отозвалась Кассандра, поднимаясь вслед за Мадой по лестнице. Пышные букеты из роз и лаванды в больших вазах у основания лестницы источали тонкие ароматы.

Кассандра любила бывать у Мады. Палаццо Рамбальдо напоминал девушке родительский дом. Следуя за подругой через малоосвещенную прихожую, она, не удержавшись, провела ладонью по бархатной спинке зеленого дивана. На таком любила сидеть ее мать, листая книгу о медицине, пока отец, меряя шагами комнату, предавался размышлениям. Следуя за подругой, Кассандра любовалась высокими сводчатыми потолками, дорогой мебелью, огромными полотнами и яркими гобеленами. Она бывала в этом палаццо по меньшей мере сотню раз и, не в пример теткиному запущенному и захламленному дворцу, чувствовала себя здесь как дома.

В зале, перед начищенными до блеска доспехами одного из славных предков Мадалены стоял высокий светловолосый мужчина в шитом золотом черно-зеленом бархатном камзоле.

— Я вернусь позже, синьорина Рамбальдо, — произнес он с коротким поклоном. В его голосе Кассандре почудился едва уловимый иноземный акцент.

Мадалена наградила незнакомца сияющей улыбкой.

— Всего хорошего, Кристиан.

Незнакомец уже собирался уходить, но она его остановила:

— Моя подруга Кассандра Каравелло. Кассандра, это Кристиан де Ламбер. Он работает у моего отца. И очень мне помогает. Ты же видишь, эта свадьба сводит меня с ума.

Темно-карие глаза Кристиана на мгновение встретились с глазами Кассандры.

— Рад знакомству, — произнес он, отвесив еще один сдержанный поклон, и внимательно посмотрел на девушку, словно хотел сказать еще что-то.

— Будьте осторожны, — шутливо предупредила Кассандра. — Согласиться помогать моей подруге со свадьбой означает добровольно продать себя в рабство.

Кристиан вежливо улыбнулся.

— Что ж, это самое малое, что я могу сделать и отплатить отцу синьорины Мадалены за гостеприимство и щедрость, — произнес он, поигрывая золотой кистью на рукаве камзола.

Руки и лицо Кристиана покрывал ровный загар. Очевидно, род его занятий требовал все время находиться на открытом воздухе.

— Желаю вам хорошего дня. — Молодой человек повернулся и стремительно вышел из зала — полы его плаща взметнулись вверх, словно драконьи крылья.

— Значит, он помогает твоему отцу? — переспросила Кассандра. — Странно, что мы раньше не встречались.

— Кристиан служил его другу, но тот был ранен и всего лишился, — объяснила Мадалена. — Отец решил взять его к себе. Он занимается счетами или чем-то в этом роде. — Она помолчала. — А еще он, кажется, помогает синьору Дюбуа.

Синьор Дюбуа был тем самым французом, что переманил бывшую камеристку Кассандры. Интересно, знаком ли Кристиан с Феличианой. Судя по всему, он из торгового сословия, а стало быть, не должен заводить дружбу с прислугой, однако любая женщина может понравиться мужчине, особенно такая красотка, как старшая сестра Сиены.

Кассандра и Мада спустились во внутренний двор, где под сенью двух склоненных херувимов разместился мраморный стол, покрытый зеленой с золотом тканью. На столе лежала открытая тетрадь в кожаном переплете. Были приготовлены перо и чернильница.

Мадалена подобрала пышные юбки и уселась на скамью. Узкий лиф и пышные фижмы делали ее фигуру необычайно стройной и соблазнительной.

Слуга в зеленой с золотом — родовых цветов Рамбальдо — ливрее принес вино, хлеб, оставшееся от обеда холодное мясо и медовые пышки.

Кассандра разглядывала на свет свой бокал, любуясь работой стеклодува. На тонком стекле резвились гибкие пышнохвостые русалки. Такая красота, несомненно, появилась на свет в Мурано, мировой стекольной столице. Девушка почувствовала укол зависти. Ее подруга жила в окружении удивительных, поистине роскошных вещей.

Слушая беззаботную болтовню Мады, Кассандра думала о собственном замужестве. В последнее время Агнесса все чаще заводила разговор о предстоящей свадьбе. Если бы почтенной синьоре удалось настоять на своем, торжество вышло бы не намного веселее вчерашних похорон.

— И все же я остаюсь при своем мнении, — заявила Кассандра. — Вас с Марко вполне достаточно для того, чтобы создать атмосферу великолепия.

Мадалена рассмеялась:

— Я. Марко. Сотни гостей. Головокружительное платье. Незабываемый свадебный пирог. Музыка. Цветы. Блеск драгоценностей. — Она постучала по столу полированными ноготками. — Кстати о драгоценностях. С чего это тебе вздумалось явиться ко мне с голой шеей?

Кассандра вспомнила о своих поспешных сборах. Мадалена всегда замечала чужие драгоценности. Или их отсутствие.

— К этому платью ничего не подошло.

Мада кивнула.

— Попроси Агнессу, пусть купит тебе новые серьги. Твои вышли из моды тысячу лет назад. — Не дожидаясь ответа, она обмакнула перо в чернильницу и принялась составлять список. — Так, посмотрим. Хрустальные бокалы. Водяные часы из большого зала. Салфетки с дельфинами. Их мама вышивала.

— Что ты делаешь? — поинтересовалась Кассандра, глядя, как Мадалена старательно выводит слова.

— Составляю список приданого. Отец сказал, могу взять с собой во дворец Марко все, что захочу.

Мать Мадалены умерла, рожая ее младшего брата, который не прожил на свете и двух недель. Мадалене тогда было десять. С тех пор синьор Рамбальдо берег свою обожаемую дочку как зеницу ока, баловал и выполнял все ее прихоти.

— Подумать только, через две недели ты выйдешь замуж, — проговорила Кассандра, через силу улыбнувшись. Ей стало грустно: Ливианы больше нет, Мада вот-вот соединится со своим Марко, и она останется совсем одна.

Мадалена надула губки.

— Если бы не отец с его дурацкими важными делами, мы обвенчались бы еще несколько месяцев назад. Но он был слишком занят, возмещая потери от последней войны.

О нескончаемой войне с османами Кассандра знала лишь в общих чертах. Главные события разворачивались не на суше, а в водах Средиземного моря. По большому счету, жить на Сан-Доменико, крохотном клочке земли, который едва ли кто-нибудь пожелал бы захватить, было не так уж плохо. Их островку было нечем заинтересовать неприятеля.

Мадалена лукаво улыбнулась:

— Я тебе рассказывала, что на прошлой неделе устроил Марко?

Кассандра покачала головой.

— Так вот, — неторопливо начала Мада, придвинувшись поближе к подруге. — У отца, как всегда, были дела в городе. А я, видишь ли, не могу просто позвать к нам Марко, слуги непременно проболтаются.

— И что же ты сделала? — спросила Кассандра, поправляя выбившийся из-под шляпки локон.

Мадалена понизила голос почти до шепота:

— Я ничего не делала. Марко сам все устроил. Забрался в мою комнату по виноградным стеблям. Просто чудо, что он не свалился. — Девушка мечтательно улыбнулась. — Я проснулась посреди ночи. Сама не знаю, отчего. Просто проснулась. И увидела, что Марко сидит у моего изголовья. — Мадалена хихикнула. — Сначала я была в ярости, он до смерти меня напугал.

Кассандра не верила своим ушам. А что было бы, если бы в ее собственной спальне оказался молодой человек? Например, художник по имени Фалько. Синеглазый. Улыбчивый. Девушка отогнала непрошеное видение и поторопила подругу:

— И что дальше?

Мада выдержала эффектную паузу и продолжила:

— Он сел ко мне на кровать и обнял меня. И мы целовались до самого рассвета.