Под маской любви - Пол Фиона - Страница 46

— Ты, должно быть, ошиблась. — Кассандра старалась говорить спокойно, но голос ее дрогнул.

Мада подняла глаза к небу и быстро перекрестилась.

— Я не ошиблась. Я всегда запоминаю драгоценности. Тем более что изумрудное у меня.

Кассандра никогда не видела на подруге ничего подобного, но у Мадалены было столько украшений, что не переносить и за всю жизнь. Кассандра как за соломинку ухватилась за правдоподобное объяснение:

— Если ты купила такое же, ничего удивительного, что у меня похожее.

Мадалена смотрела на подругу как на слабоумную.

— Ты не поняла. У меня настоящее ожерелье Ливианы. Оно мне очень нравилось, а Ливиана все равно его не надевала. Как-то я попросила его померить и оставила себе.

Кассандра вытаращила глаза.

— Ты его украла?

Мадалена окинула взглядом пустую площадь.

— Говори тише. Так ты не скажешь, откуда у тебя ожерелье?

Кассандра через силу покачала головой.

Мадалена вздрогнула:

— Еще одно дурное предзнаменование. Вот-вот случится что-то страшное.

Кассандра поежилась от налетевшего ветра.

— Не ты же его носила! — робко пошутила она. — Возможно, это дурное предзнаменование для меня.

Как ни странно, от этих слов ее подруга немного успокоилась.

— Очень может быть, — закивала она. — Не исключено, что ваша с Лукой свадьба не состоится.

Кассандра не нашлась с ответом, и в разговоре образовалась неловкая пауза. Она поплотнее закуталась в плащ и поспешила сменить тему:

— Расскажи-ка об убийстве. Говорят, жертвой была служанка?

Мада уже совсем успокоилась.

— Да, Марко слышал, она служила в доме у Дюбуа.

Итак, убитая — действительно София.

— Разве не странно, — задумчиво проговорила Кассандра, — что обе жертвы были как-то связаны с Дюбуа?

Мадалена с обескураженным видом уставилась на подругу.

— Что значит обе жертвы? Было еще одно убийство, о котором я ничего не знаю?

Черт побери! Кассандра совсем забыла, что Мада не слышала о Мариабелле. Требовалось поскорее придумать подходящее объяснение.

— Сиена пересказала мне слухи об убитой куртизанке, — выпалила девушка.

К счастью, Мадалена была слишком рассеяна, чтобы почувствовать в словах подруги фальшь. Как на грех, из-за угла, потягиваясь, вышла грациозная черная кошка.

— Ничего такого я не слышала, — заявила Мада. — Ты же знаешь этих слуг. Вечно они что-нибудь выдумывают. — Она пренебрежительно махнула рукой. — Дюбуа добрый друг моего отца. Жозеф порой ведет себя довольно странно, но я ни за что не поверю, что он может быть замешан в убийстве.

Кассандра не разделяла уверенности своей подруги. Оба преступления были слишком похожи, чтобы оказаться обычным совпадением. К тому же у Дюбуа был еще один добрый друг, лекарь Анджело, потрошитель трупов. И где-то на заднем плане маячил человек в маске сокола. Увы, Кассандра не могла поделиться с подругой своими подозрениями. Мада не знала даже о том, что она была на маскараде, а если бы узнала, непременно обиделась бы, что ее не поставили в известность. Кассандра покосилась на кирпичный фасад церкви.

— Не пора ли нам вернуться?

Мада покачала головой:

— Идем домой. Хватит с меня на сегодня. Не попадем же мы в ад из-за одной пропущенной службы! — И она махнула камеристкам, по-прежнему топтавшимся на пороге собора.

Все четверо направились к мосту Риальто, соединявшему кварталы Сан-Поло и Сан-Марко, где жила Мадалена. Дождь кончился, и серая морось сменилась густым туманом.

— Смотри! — Мада заметила на перилах какой-то листок.

Кассандра остановилась, разбирая витиеватый почерк. Буквы кое-где расплылись от дождя, но в нижнем правом углу была отчетливо видна печать: меч в лапе грифона.

«Награда в пятьдесят дукатов любому, кто сообщит точные и правдивые сведения касательно гибели Софии Гарцоло».

— Ни слова о куртизанке, — отметила Мада. — Наверное, это просто слухи. Человек, готовый заплатить любые деньги, чтобы найти убийцу служанки, не станет связываться с публичной женщиной.

Слово «служанка» в ее устах прозвучало почти как «насекомое».

Впрочем, Кассандра была готова с ней согласиться. С каких пор благородные господа обещают награду за поимку убийц горничных?

За разговорами девушки добрались до черного хода в палаццо Мадалены. За потемневшей от времени бронзовой оградой виднелся сад с беседкой и каменным столом, за которым подруги совсем недавно обсуждали предстоящую свадьбу. Теперь Кассандре казалось, что с тех пор прошла целая вечность. Мада позвонила в колокольчик, и подоспевший слуга открыл калитку.

— Ты останешься на обед? — спросила Мадалена.

— Боюсь, не сегодня. Тетя велела мне отправляться домой сразу после службы.

В душе Кассандра надеялась, что тетя не потребует пересказывать ей проповедь священника.

— Что ж, не будем огорчать твою дражайшую тетушку. А то она возьмет и отложит свадьбу, — поддразнила подругу Мадалена.

Ах, если бы это было так просто…

Простившись с Мадой, Кассандра и Сиена направились вниз по каналу, приветственно махая проплывавшим гондолам. Гондольеры развозили по домам прихожан после воскресной мессы, и свободных лодок не было. Тогда они решили пойти на площадь Сан-Марко. Огромная площадь, в центре которой высился Дворец дожа, выходила прямо на лагуну. У южного причала собиралось множество лодок. Кассандра не сомневалась, что там они легко отыщут если не гондолу, то какую-нибудь другую посудину, способную доставить их домой.

На самом деле Палаццо Дукале являл собой целый ансамбль сообщавшихся между собой зданий с высокими стрельчатыми окнами. Дворец окружали готические колонны, подъезды стерегли причудливые скульптуры. Стены переливались тончайшими оттенками охры и золота.

На площади бурлила жизнь. Знатные господа и простые горожане, спешившие по своим делам, охотно останавливались купить свежего хлеба или безделушку у уличной торговки. Продавцы воды на все лады расхваливали живительную влагу из кристально чистых источников, а книготорговцы выкладывали на своих лотках книжные новинки.

У знаменитой башни с часами собралась внушительная толпа венецианцев всех возрастов и сословий. Зеваки стояли полукругом, завороженно наблюдая за чем-то невероятно увлекательным.

Высокий рост позволил Кассандре заглянуть через плечо стоявшей впереди женщины. Оказалось, что внимание толпы привлек костлявый человек в черном. Максимус Великолепный собственной персоной. Фокусник вытащил из-под пестрого платка огромную розовую розу и протянул ее оказавшейся поблизости старушке.

Кассандра пыталась восстановить в памяти облик человека в маске сокола. Мог это быть Максимус? Высокий, худощавый, в бархатном берете — такое описание отлично подходило к таинственному незнакомцу на балу. Во время их первой встречи фокусник показался Кассандре просто обворожительным. Однако он был знаком с Мариабеллой. И мог познакомиться с Софией, когда выступал в особняке Дюбуа. Выходило, что Максимус был связан с обеими жертвами. Что же из этого следовало?

Кассандре пришлось встать на цыпочки, чтобы увидеть фокусника из-за спины зрителя в широкополой шляпе с длинным пером. У невысокой Сиены не было не единого шанса увидеть представление, ей оставалось только ждать хозяйку.

Максимус плотно закрыл совершенно пустой ящик, произнес над ним заклинание, а когда открыл, из ящика выпорхнула стайка голубей. Толпа пришла в восторг. В глиняную миску у ног артиста градом посыпались серебряные и бронзовые монеты. Максимус низко поклонился и сердечно поблагодарил зрителей. Поймав голубку, он закрыл ее обеими руками, потом убрал ладони, и на месте голубки оказался черно-сизый красавец сокол.

Кассандра похолодела. Она вновь вспомнила о маске незнакомца. Сокол чистил пёрышки, сидя на руке фокусника. Когда вытянул крыло, Кассандра стала вглядываться в него, ибо его очертания напомнили ей человеческий скелет.

В этот миг Максимус явно заметил ее в толпе. Птица и фокусник одновременно посмотрели на Кассандру.