Под маской любви - Пол Фиона - Страница 48

Фалько поцеловал ее в щеку.

— Увидимся у Столпов Правосудия. Послезавтра, в полдень. Обещаю, я все объясню.

— Я приду.

Кассандра уже неслась через сад. Через минуту она вбежала на крыльцо черного хода и дрожащей рукой дернула дверную ручку. Дверь не поддавалась. Должно быть, кто-то обнаружил, что кухня открыта, и поспешил ее запереть.

Она пробормотала невнятное проклятие. Неудачи сыпались на нее одна за другой. Пришлось пробираться вдоль шершавой каменной ограды к парадному подъезду. По кладбищу по-прежнему метался огонек загадочного фонаря. Кто-то следил за ними? Тайны, лазутчики — теперь они мерещились ей повсюду, и неудивительно. Кассандра не уставала удивляться тому, как резко всего за несколько дней переменилась ее жизнь.

Не успев переступить порог, Кассандра поняла, что случилось нечто ужасное. Ночной палаццо сиял огнями. В портего было светло как днем. На диване напротив окна сидела Агнесса и пристально смотрела на застывшую посреди двора племянницу. Кассандра никогда не видела тетю в такой ярости.

Даже вампиры и душегубы казались не такими страшными по сравнению с рассерженной Агнессой. Старуха поднялась на ноги и заковыляла к окну. Ее седые волосы неряшливо выбивались из-под ночного чепца. Агнесса ткнула в стекло кривым распухшим пальцем и вдруг пропала из вида.

Кассандра взлетела вверх по лестнице и ворвалась в портего. Тетя, дрожа и сгорбившись, сидела в кресле. Чепец валялся на полу, седые космы растрепались по плечам.

— Тетушка, — позвала Кассандра, наклонившись, чтобы поднять чепец. — Что с вами?

Из кухни появились Нарисса и повар. На обоих были плащи. Повар держал фонарь, словно собирался выйти на улицу. Лапка вилась у его ног, явно рассчитывая, что толстяк носит в кармане мясные обрезки. Кассандра вопросительно уставилась на слуг. Отчего они не спят?

— Кассандра, — прохрипела Агнесса, держась за сердце. В глазах старухи сверкали слезы. — Где ты была?

Водрузив чепец обратно на голову, она взмахом руки отослала прочь встревоженную Нариссу.

Слезы тети напугали Кассандру. Агнесса была сурова, но сдержанна и предпочитала громким упрекам убийственный сарказм. Она ни на кого не кричала и уж точно никогда не плакала.

— Я вышла прогуляться, подышать свежим воздухом. — В голосе Кассандры звучало неподдельное раскаяние.

— Ты прекрасно знаешь, что тебе нельзя гулять после захода солнца, особенно теперь, когда по городу разгуливает убийца. — Агнесса содрогнулась. — Если бы твоя кошка не подняла на ноги весь дом своим мяуканьем, мы бы так и не узнали, что тебя нет.

Кассандра укоризненно посмотрела на Лапку. Маленькая предательница! Больше никакого куриного бульона.

Агнесса прикрыла глаза:

— Откровенно говоря, Кассандра, я старалась быть снисходительной к твоему легкомыслию, несомненно, доставшемуся тебе по наследству от родителей, но теперь я решительно не знаю, что с тобой делать.

Кассандра была готова провалиться сквозь землю. Она предпочла бы самую жестокую выволочку этим горьким, полным разочарования словам.

— Простите меня, тетушка, — произнесла она горячо. — Это больше не повторится. Клянусь.

Старуха покачала головой, и дряблая кожа у нее на шее некрасиво затряслась.

— Положиться на твои клятвы все равно что доверить Бартоло чайник. Отныне Нарисса будет присматривать за тобой. Она станет сопровождать тебя повсюду, куда бы ты ни пошла, а ты не пойдешь никуда без моего разрешения. Даже мое терпение имеет предел.

— Но тетушка…

Агнесса подняла руку:

— Я неясно выразилась?

— А как же Сиена? — робко возразила Кассандра.

— Боюсь, с Сиеной вы слишком сдружились, — проговорила тетка. — Твоя камеристка будет пока прислуживать мне.

Мозаика у нее за спиной изображала Тайную вечерю. Темные глаза Христа смотрели на Кассандру неодобрительно. Девушка повернулась к Нариссе и повару. Неужели никто за нее не вступится? Агнесса не может заточить ее в четырех стенах, только не сейчас, когда Фалько готов ей обо всем рассказать!

— Но… Но я обещала Мадалене, что мы увидимся послезавтра, — предприняла последнюю попытку Кассандра. — Ей нужна моя помощь в подготовке к свадьбе. — Что означала еще одна маленькая ложь по сравнению с возможностью увидеть Фалько?

Однако старая синьора была слишком умна, чтобы попасться на такую удочку.

— Мадалена всегда будет желанной гостьей в моем палаццо. И довольно об этом. Я устала и собираюсь немедленно лечь. Советую всем сделать то же самое. Сиена! — рыкнула она в кухонную дверь.

Сиена пулей влетела в портего. Даже не взглянув на Кассандру, она наклонилась, чтобы Агнесса могла опереться о ее руку. Кассандре показалось, что, ковыляя мимо нее, старуха шептала: «Что подумает Маттео?»

— Время отправляться ко сну, — сказала Нарисса тоном, не предполагавшим возражений.

Кассандра отправилась в спальню под конвоем. Коридор будто сделался уже и темнее. Она поневоле вспомнила, как фокусник запихивал голубей в тесный ящик. Стены палаццо надвигались на пленницу, разлучая ее со всем, что она любила.

Глава двадцатая

Весь следующий день Кассандра провела взаперти. Потерянная, сломленная, лишенная воли, она долго сидела в портего, бездумно перебирая струны тетиной арфы, пока Бартоло не воспротивился такому времяпрепровождению, заявив, что он слеп, а не глух.

Нарисса отныне следовала за ней, как нелепая тучная тень. Когда горничная отлучилась, чтобы унести белье, требующее штопки, Кассандра задумалась о побеге. Можно незаметно выпорхнуть из парадных дверей, сбежать вниз по лестнице, в один миг пересечь лужайку перед домом и не останавливаться до самого берега, а там изыскать способ попасть на Риальто.

Но что же дальше?

Вот в чем беда всех беглецов. Нужно, чтобы было куда бежать.

Громкий стук в дверь отвлек Кассандру от невеселых раздумий. Впускать гостей входило в обязанности привратника, однако Бартоло куда-то запропастился. Должно быть, решил вздремнуть в своей комнатушке. Кассандра вскочила, заранее радуясь любому повороту событий, способному внести в ее жизнь хоть немного разнообразия.

Нарисса примчалась из крыла, отведенного для слуг, с немыслимой для своих габаритов скоростью и небрежно махнула Кассандре, чтобы та вернулась на место.

— Благовоспитанные девицы не встречают гостей в передней.

«Благовоспитанные девицы, — с горечью подумала девушка, — вообще ничего не делают».

Нарисса обменялась несколькими словами с мальчишкой в складчатых муслиновых бриджах и потертом кожаном дуплете. Кассандра вздохнула. Всего лишь посыльный. Откинувшись на подушки, она с тоской наблюдала, как мальчик передает служанке два конверта и с достоинством откланивается.

Нарисса вручила ей одно из писем.

— Синьорина, — объявила она торжественно, — это вам.

Еще одно волнующее послание от Луки. Девушка неохотно взяла пергамент. Последнее письмо от жениха она так и не дочитала. Пробежала глазами в лавке портного и сунула в карман плаща. Сломав алую печать с оттиском лилии, она развернула листок, неприязненно поморщилась и приступила к чтению.

«Дражайшая Кассандра!

Погода как нельзя лучше подходит для прогулки по саду. Помнится, прежде Вы очень любили гулять. Будьте осторожны, когда поедете в город. Люди, в особенности мужчины, порой отнюдь не таковы, какими хотят казаться».

Девушка поморщилась. Ни один человек не таков, каким хочет казаться. Мадалена украла у подруги ожерелье. Фалько… Кто знает, чем он занимается по ночам? Даже Агнесса внезапно открылась с неожиданной стороны. Кассандра часто размышляла о том, как ее тетя, овдовев, сумела столько лет прожить в одиночестве. Если Агнесса смогла, вероятно, сможет и она?