Стрелочники истории. Дилогия (СИ) - Алексеев Вячеслав - Страница 141

Арсений Николаевич срочно вызвал безопасника Шумакова, благо тот после совещания не успел далеко уйти, и вместе с тиуном окунулся в расклады запутанных родственных связей восточной части Руси.

Оказалось, Роман, Олег и Ингварь – родные братья, поэтому Ольговичи и Игоревичи – имеют между собой двоюродное родство, а пронские князья с разными отчествами – третье поколение от Романа – старшие племянники. Враждебные Афанасьеву Ярославичи и Кирилловичи, четвеюродная и даже пятиюродная родня – почти посторонние люди. Василиса Давыдовна по лествиничному праву выступает наследницей Курского княжества, после Олега Святославовича, но только в случае, если успеет выскочить замуж до того, как Олег покинет престол. В противном случае, княжить будет двоюродный брат Василисы, ибо у Давыда Романовича, кроме дочери, других детей не было. Еще один специфичный момент лествиничного права, если Олег умрет или погибнет до того, как пересядет на Черниговский престол, то наследниками Курского княжества становятся его дети: Юрий, Дмитрий и Ольга, а Василиса – полностью теряет свои права на Курск.

– Арсений Николаевич, надо что-то решать. – едва сдерживая улыбку, сказал Шумаков. – Можем, конечно, захватить княжество, но через свадьбу будет надежнее. Опять же, союзники появятся.

– Давай, лучше, тебя женим? – возмутился Афанасьев.

– Ха! С удовольствием. Только меня нельзя, я не князь.

Тиун подтвердил, что у воеводы при данном раскладе не тот статус. Князья сочтут за оскорбление.

– Ладно, поговорю с Шибалиным, решим что-нибудь.

Борислав Некуришинич напомнил, что отсюда до Коломны, если очень торопиться, как раз две недели пути будет, потому самое позднее – завтра нужно выезжать, а сегодня начинать сборы. Но и Арсений Николаевич, и Анатолий Иванович только отмахнулись: землю морозом уже прихватило, большого снега же еще нет, на вездеходах на всю дорогу не более трех дней уйдет.

Неизвестно где, 16 ноября силурийского периода палеозойской эры

Афанасьев зашел в штаб, скинул шинель и повесил на вешалку.

– Хорошо живете, тепло тут у вас, как в Турции, а у нас уже снег выпал. У себя? – спросил он адъютанта.

– Заходите, Арсений Николаевич. Ждет. – ответил Григорий.

Шибалин стоял у стола, рассматривал листки с картами древнерусских княжеств, распечатанных на цветном лазерном принтере. Листы лежали поверх большой, во весь стол, настенной школьной карты Европейской части СССР, с горами, реками и природными ресурсами.

– Наконец-то. – сказал он, заметив Афанасьева. – Проходи, садись, рассказывай.

Нажал кнопку телефона, стоящего на столе:

– Гриша, сделай нам кофе покрепче.

– Прицениваешься? Мог бы что-нибудь поподробнее взять – и трех и пятиверстки есть. – Афанасьев кивнул на разложенные карты.

– Зачем? Рано еще. Сейчас нужно общее направление определить, все «за» и «против» прикинуть. Народу прибавилось, у тебя можем не поместиться, значит – экспансия. Но куда? То ли на юг упираться, но ли на восток. Да и на севере полно интересных мест. Вроде много народу, а на все сразу не хватит. С подробностями же надолго в деталях закопаемся. Опять же – сейчас ошибемся, потом десятилетия расхлебывать будем. В смысле, если не то направление выберем. Ладно, отложим пока, время терпит.

Шибалин сделал жест, приглашая сесть в кресла за низкий журнальный столик, куда Григорий установил чашечки с кофе.

– А у меня, Валерий Петрович, тоже самое. – Афанасьев кивнул на стол с лежащими картами. – Только более предметно, и с направлением все ясно.

Выслушав рассказ Афанасьева, Шибалин усмехнулся:

– Да, Арсений Николаевич, ты «попал»! Ясное дело, князья в простой договор не поверят, им гарантии нужны. А что может быть лучшей гарантией, чем родственные связи?

– Не, это я понимаю, но невеста то совсем ребенок, шестнадцать лет. – ответил Афанасьев.

– Значит, придется тебе воздержаться от супружеских обязанностей эдак года на два. – засмеялся Шибалин. – Потерпишь, если совесть протестует. Заведешь себе длинноногую секретаршу…

– Я с тебя, потомок, пример беру.

– Ты на меня не кивай, у нас тут с женским полом, сам знаешь. Все тетки в возрасте, с детьми, а многие и с мужьями. Было две симпатичных незамужних, да и тех молодые расхватали. Попробуй за Серегой угнаться. Потому и сидит Гриша на входе, вместо барышни. А у тебя, я слышал, половина бойцов уже переженилась. От желающих дежурить в Торжке отбоя нет. Даже командиры стойку делают.

Подполковники посмеялись, затем Шебалин продолжил:

– А Курское княжество, да если мирным путем, нам было бы очень кстати. Там и Донбасс недалеко, причем – пока свободный, кроме половцев и татар – никаких княжеств, можно сразу начинать металлургический комплекс строить – руда и уголь под боком.

– Так в чем дело, Валерий Петрович. Может, новичков сразу в Курск направить? Из бойцов сформировать дружину, оружие подкинем. Опять же – гражданских специалистов много, управленцы всякие.

– Из «Армении»? Арсений, там большая часть – раненые, которых лечить да лечить, плюс женщины и дети. А Курское княжество на границе, первые удары и набеги по нему пойдут.

– Не вопрос, женщин с детьми в Торжке оставить. Вот только вторую школу нужно строить, дома, общежития.

– Хорошо, часть раненых я к себе заберу. – поддержал Шибалин. У меня сейчас много народу на выписку идет, всех долечиваться к тебе планирую, а на свободные места – с «Армении» лягут.

– Теплоход то не думаешь сюда перегонять? – спросил Афанасьев.

– Обязательно. Но сначала лишних пассажиров нужно распихать. Теплоход рассчитан на тысячу человек, включая команду. Плаушевский со штурманом береговую линию облетели, своими глазами все посмотрели, аэрофотосъемку провели. Теперь с топливом разобраться, чем там они топят – флотским мазутом или соляркой, не уточнял – заявки от капитана не было. Вроде бы дизеля, значит, солярка потребуется. Как только он сюда прибудет, обговорим – сколько и чего нужно, как доставить. Лишь про расход слышал – полторы тонны на 100 км, грубо 20 тонн для перегона. Автоцистерны будем докупать, они потом и нам самим пригодятся.

– Валерий Петрович, какие цистерны? Как потом ту солярку на корабль доставлять?

– Не корабль, а судно. Значит, в бочках?

– Конечно. Сто бочек по двести литров. К берегу на грузовиках, к «Армении» – на шлюпках или яхтой. Хотя, бензовозки мне бы не помешали. С заправками в средневековье – туго, приходится все с собой возить. Мне ж к концу месяца в Коломне нужно быть. Пяток вездеходов возьму и поеду. Бензин с собой, тоже в бочках, хотя тут цистерна была бы предпочтительней.

– Ага, свадебный кортеж? А реки? – спросил Шибалин.

– Да, с реками просто беда. Не строят тут мостов. На Курск я уже прикидывал, если обогнуть исток Волги или у Ржева брод найти, то дальше почти по прямой – водораздел, ни одной крупной реки нет. А к Коломне ехать – две крупных: Волга и Москва-река, да куча мелких, включая Шошу, Истру Клязьму. Оно, вроде как и мелкие, но в брод не переедешь. И лед к концу ноября слабый, не выдержит машину.

– Понятно. Не беда, порталом забросим твою колонну на нужный берег, а дальше своим ходом доедешь. Главное – ленточками машины укрась, и медвежонка к передней прикрути.

– Все шутишь? Не-е. Сейчас типа сговор, сватовство, а когда свадьба и прочее – неизвестно. До нашествия точно не управится. Мне б невесту посмотреть, а то подсунут кого-нибудь.

– Тю! Про личную жизнь забудь, тут – политика. Ты, Арсений не на невесте женишься, на княжестве. Его нужно смотреть в первую очередь. Я другого боюсь, пока Батый на Воронеже стоит – князья сговорчивые, но если мы разгромим татар до свадьбы, то князья могут и передумать. Угроза пропала, так зачем княжество отдавать? Причем, сделают так, что они вроде как и не причем – невеста заупрямилась, не хочет за старика идти. Что будешь делать? Силком брать? Так и останемся мы без Курска. И претензии предъявлять некому.