Нити жизни (СИ) - де Море Эль - Страница 22

— Всё, достаточно! — Оборвал меня Майкл, ему явно не понравилось быть не в курсе того, что я говорю. — Джастин, мы забираем её. Разве не видишь? Она не контролирует себя, — слова Майкла резали мне слух.

Я вспыхнула от злости, из глаз буквально посыпались искры, колкие слова застряли в горле.

— Вы можете помолчать!? — взъелась я, необратимым образом взбесившись. — Мне всё это осточертело! Делайте, что хотите! Но, я иду танцевать, и только попробуйте меня остановить. Майкл сделал шаг в направлении меня, но сестра остановила его, придержав за рукав. Обменявшись с ним взглядом, она пристально начала смотреть на меня, а затем холодно и равнодушно произнесла:

— Да делай ты, что хочешь. Только вот потом не пожалей.

— Отлично, — сквозь зубы сказала я, не обращая внимания на грусть в её лице. И зашагала осуществлять задуманное. Мы разошлись.

Поле сражения было оставлено, обе стороны бежали прочь. Я добилась своего. Однако, вместе с успокоением на меня накатила досада, которую я спешно процедила, слив в урну — черный ящик моей души, куда отправляла все свои грехи.

Протиснувшись сквозь толпу к эпицентру танцпола, мы присоединились к другим, кто еще мог демонстрировать какие-то телодвижения, а не смирно спать где-то в углу. Я и не заметила, как мои руки оказались на плечах у Джастина, а его — сцеплены за моей спиной. Про себя я сразу же отметила, что танцевал он неплохо, принимая во внимание тот факт, что был не совсем трезв. Да и я, по-моему, выпила лишнего, раз в голове заметно ощущалась тяжесть от алкоголя и движения не всегда попадали в ритм, тогда, как он вел легко и уверенно. Я и не поняла, как так получилось, что я положила голову ему на плечо, а он стал покрывать мою шею снизу доверху поцелуями. Я возмущенно выкатила глаза, было открыла рот, но остановилась. Наверно алкоголь снял всякие тормоза, и я пустилась «во все тяжкие». Но, что же я испытывала? Ничего из того, что пропагандируют нам романы. Ни дрожи в коленях, ни потных ладоней, ни прерывистого дыхания, ни сердца, выскакивающего из груди. Ничего. Внутри меня не проскрежетало ни одной, пусть даже самой скрупулезной и примитивной эмоции. И причина этому была не так и глубоко зарыта, как могло показаться — просто он был не моей половинкой. И как бы я не старалась отрицать, от настоящего никуда не спрячешься, а в нем мы были слишком разными.

Он являл собой образец надменного богатого сынка, с вздорным характером и дурными манерами, которые не все успел проявить. Но, наряду с этим, его ждала долгая, полная развлечений и приключений жизнь. И дополнительным комплектом удобств — в виде бонусов к беспечной жизни. А что меня? Несбыточные мечты и пустые, неоправданные надежды, целый список разочарований и море слез. А что потом? Пустота без ответов. И всё? Это все, черт возьми?!

Наши пути уже расходились. Тем более, я никогда не ощущала себя девушкой из двадцать первого века, скорее мне бы лучше подошло родиться и прожить в восемнадцатом или в начале девятнадцатого века. С юношества я увлекалась и зачитывалась романами, ставшими уже классикой. Произведения таких писателей, как — Д. Остин, А. Дюма, Ч. Диккенса, Д. Байрона, А. Пушкина — это лишь малая часть моих любимых писателей. Я росла и взрослела, перечитывая их работы, покорившие мир. Потому что, в этих книгах я находила какую-то отдушину — лаз в другой мир, в другую эпоху, столь расхожую с картиной за окном. Меня восхищали люди того времени, их поведение и присущие им ценности. Я прекрасно понимала, что не всё стоит принимать за «чистую монету». Но вероятно подсознательно продолжала искать тот отпечаток качеств, что был присущ мужчинам тех лет. Ведь они были совершенно не похожи на современных парней, не говоря уже о процессе ухаживания за дамой. А что предлагали сегодняшние «джентльмены»: киносеанс, кафэшку, «дохлую» розу, алкоголь и в довершение — постель. Я слишком себя уважала, чтобы согласиться на подобное. Всё это вызывало у меня дикое отвращение. Но время по-разному меняет людей. И в любой другой вечер я продемонстрировала бы свое коронное — «отвали», но наверно, это был не тот вечер и не та — я.

Покрутившись по танцполу, под пару, тройку мелодичных песен и, дождавшись зажигательных ритмов, мы подергались и под них. Но на последнем куплете, когда слова уже закончились, а в довершение звучала аккомпанировка — толи от изрядной усталости, толи от выпитого за вечер, у меня начала кружиться голова и сдавливать виски. «Только обморока мне и не хватало для полного счастья», — сказала я сама себе. Поэтому, не медля, я ухватилась за руку Джастина, боясь упасть на глазах окружающих и вызвать переполох. Он сощурился, точно что-то хотел сказать, но тут же замолчал. Видимо, мой внешний вид говорил сам за себя, и комментарии были излишни.

— Я думаю, нам надо взять тайм-аут, — сообщил он.

— Можно и так сказать, — простонала я. — Но, в любом случае, мне лучше присесть и как можно скорее.

Жертвой наших посиделок стал пустующий диван на террасе, укрытый разросшимся плющом, нагло ползущим по фасаду дома с восточной стороны. Там тоже было не так уж тихо, но все же спокойнее. К тому же, дышалось намного легче, я сразу это заметила. Воздух был свежий, насколько можно судить о нем в мегаполисах. Не было жарко или холодно. Идеальная ночь.

— Укромное местечко, — сказала я, стягивая босоножки и закидывая ножки на диван.

— Точно, — ответил он, придвинулся ко мне и переложил мои ноги себе на колени.

Я промолчала, наблюдая за тем, как Джастин стал неторопливо вырисовывать изгибистые линии по моим лодыжкам и делать хаотичные завитки на коленках. Кожа тут же отреагировала, покрывшись мурашками. Бросив на него настороженный взгляд и, поняв, что он в упор смотрит на меня, я сглотнула и отвела глаза. Руки невольно прижались к груди. И по привычке я стала смотреть на звезды, но ночной небесный свод ответил мне темнотой, где только обгрызанная луна нелепо болталась посреди.

От бассейна исходило мерцающее сияние мигающих лампочек, развешанных на всех деревьях, находящихся поблизости.

Звуки, стуки, шорохи, разговоры, шаги, движения — всё соединялось и переплеталось между собой, уплывало куда-то далеко-далеко, словно их сносило океанской волной в потаенное глубоководное царство. Оставались только мы вдвоем. Но в этом дуэте я была всего лишь — иллюзией, зыбкой, неправдоподобной, ненастоящей и тонкой, как весенний лед. А он тем, кто подвернулся, чтобы забыть: что здесь, что там, что вообще где-нибудь — я везде временно. И у меня есть только сейчас — те минуты, секунды, мгновения, которыми я дышу.

Было около двух часов, когда Джастин глубоко затянулся и выпустил изо рта облачко сизого дыма. Оно зависло в воздухе и, спустя время, растворилось.

— Это ничего? — спросил он, заметив, что я поморщилась.

— Ничего, — эхом откликнулась я, а потом добавила: — не особо одобряю, но думаю, это не то, что убьет меня.

— Это хорошо, — он затянулся и выдохнул в сторону.

Я ответила кивком, натянув непредвзятую улыбку.

Как вдруг, мимо пулей пронесся какой-то парень с криками: «Ура! Я все-таки его сделал!». Следом за ним просвистели и другие голосившие что-то особи с баночным пивом в руках — это то, минимальное, что я успела углядеть.

— Вот это да… — сказала я, закатывая глаза. — А тут умеют развлекаться!

Джастин хмыкнул и вынул изо рта сигарету:

— Не обращай внимания. Эти ребята ни одной вечеринки не пропускают. Но они никогда не отличались сдержанностью.

— Думаю им весело, — предположила я и случайно закашлялась.

— Как ты? — осведомился он, намекая на моё состояние.

— Полный порядок, — сказала я, хотя меня еще подташнивало. — Остаточный эффект. Мне просто надо было выбраться из этой газовой камеры с грохочущей музыкой, — я махнула на громилу позади.

— Слушай, — вдруг сказал он, — может, нам стоит найти местечко потише?

Почувствовав на себе пристальный взгляд, я застыла. Но его монотонный голос продолжал звучать в моей голове. «И как прикажете реагировать на такую прямолинейность?» — мелькнуло у меня в мозгу. Я прекрасно знаю, к чему он клонит и чего ожидает. Пора было менять тему разговора. Но, что же я продолжала медлить!?