Нити жизни (СИ) - де Море Эль - Страница 92

— Двадцать лет — это очень короткий срок, — говорит молодая женщина с серо-голубыми глазами, в которых застыли крохотные слезинки.

Мужчина, на безымянном пальце которого одето обручальное кольцо, обнимает её.

— Качество жизни ценнее, чем её количество, — отвечает он ей.

Она подносит ладонь к уголкам глаз и смахивает капли, чистые, как кристаллы.

— Я никогда её не забуду. Никогда!

— Никто из нас… — говорит высокий мужчина, стоящий позади. Миниатюрная девушка, держащая его под руку, повторяет:

— Никто из нас.

Пара оборачивается.

— Брат, Кристина! — одновременно произносит семейная чета и спешит обнять их, — какой чудесный сюрприз!

— Вижу, вы не меняетесь, — ухмыляясь, произносит кареглазый знакомый, — всё такие же подростки.

Девушка тут же хмурит носик, хмыкает и целует в щеки его попутчицу.

— Эй, старичок, — одергивает его младший брат, — завидуешь? Завидуй молча. — Они раскрывают друг другу крепкие объятия.

— Дядя Нейл, — раздается мальчишеский голос, чей обладатель сидит на плечах у дедушки. Двое пилотов, изображая самолет, идущий на посадку — резво сбегают с пригорка.

— О… — выдыхает девочка, складывая руки перед собой, — сейчас начнется…

Нейл приседает рядом с семилетней племянницей и дотрагивается до её носика. — Что за недовольство, юная леди?

Девочка впивается в него глазами и, прищурившись, выдает:

— Дядя Нейл, если вы еще раз так сделаете, я отгрызу вам палец.

— София, что ты говоришь такое? — одергивает её бабушка, по внешнему виду похожая скорей на мать, нежели представительницу предыдущего поколения. — Негодная девчонка, вот подожди, я за тебя возьмусь! — наигранно страшит бабушка.

Девочка строит ей гримасу.

Все присутствующие переглядываются и предаются смеху.

В этот момент, на спину Нейла запрыгивает мальчик с криками:

— Дядя Нейл! Дядя Нейл! Покружи. Самолетик. Ну же…

— Так, первый пилот управление второму сдал. Удачных летных часов, — говорит глава семейства и подмигивает.

Нейл перехватывает пацаненка на руки:

— Ну что, пассажир Константин, к полетам готов?

Беззубый рот радостно открывается:

— Дя!

В тот же момент Нейл начинает крутить мальчугана в воздухе, выполняя пилотажные трюки. Трехлетний малыш довольно визжит:

— Еще! Еще! Еще!

— Совсем разбаловали детей, — замечает бабушка. Её муж прижимает её к себе:

— Не бурчи.

Девушка в черном пальто, с ласковой улыбкой наблюдает за своим возлюбленным. С годами она становилась более сентиментальной. «Вот уже три года, как они вместе, — думала она, — и соединила их её лучшая подруга». Она стала её ангелом. После окончания колледжа и двухгодовой стажировки в дизайнерской компании, она, наконец-то, добилась признания и финансовой независимости. И вот, приземлившись в Нью-Йорке, она мечтала лишь об одном — встретиться с ней. Взяв такси, поехала прямиком к ней. Возле ворот встретилась с её сестрой. И придя к назначенному месту, обе девушки переглянулись. Им было о чем вспомнить: порадоваться и поплакать. Алина ушла первая, рабочие дела не ждали. Через час, когда Кристина уже собиралась уходить, она почувствовала, что кто-то подошел сзади. Она обернулась — это был он. Тот, кто теперь стал ей мужем.

— Ну, а вы когда порадуете нас племянниками? — пропела Алина на ухо жене своего деверя.

Девушка смущенно покраснела, но загадочно улыбнулась и инстинктивно приложила руку к животу.

Но та всё поняла, у нее даже дыхание перехватило от столь благословенной новости. Она открыла рот. Но девушка приставила палец к губам.

Алина хлопнула глазами:

— Он не знает?

Кристина покачала головой:

— Уже пять недель. Я подозревала, но не была уверена. Вчера была у врача. Всё подтвердилось. С нашим образом жизни, когда с показами я мечусь между Россией, Италией и Нью-Йорком, а он со своими репортажами мотается по всему свету. Это просто чудо, я так счастлива. Я собираюсь сказать ему сегодня. Как думаешь, он обрадуется?

Алина снова обняла и горячо поцеловала подругу:

— Хотела бы я посмотреть, как он будет прыгать от радости. У Майкла буквально крышу снесло, когда я сообщила. Он мне даже по лестнице запрещал спускаться. — Девушка хихикнула, вспомнив много забавных моментов.

— О чем вы тут шепчетесь? — влез Майкл в разговор, как будто, знал, что речь ведут о нем.

— Подслушивать нехорошо, — урезонила его жена.

— Для выявления правды все методы подходящие, — оправдался он.

— Вот же, — она сдавила губы. — Одним словом — адвокат.

Они посмотрели друг на друга.

— Я люблю тебя.

— И я, — сказал Майкл и примкнул к губам своей суженой.

София, наблюдавшая в сторонке эту сцену, подошла и поучительно заявила:

— И не стыдно вам, здесь, вообще-то, дети!

Все члены семьи уже собрались вокруг неё и на раз зажали в свои объятия. Что поделать, она была любимица.

— Ну, что вы творите! — Девочка выпуталась и отбежала, спряталась за ближайшим стволом дерева.

Спустя время, семейный клан вышагивал по расчищенной дорожке по направлению выхода, когда мужчина опустился на одно колено и положил у основания надгробия бутон нераскрывшейся чайной розы. Поднимаясь, он тихо прошептал:

— Дождись меня, придет время, и мы обязательно встретимся.

— Это доктор Миллер? — обратилась к дочери мать, заметив знакомую фигуру.

— Да, мама. Он бывает у неё каждую неделю.

— Откуда ты знаешь?

— По розам, они всегда свежие. И я часто с ним сталкивалась.

— Столько лет прошло. Он её до сих пор помнит.

Дочь резко остановилась:

— Мам, неужели ты до сих пор не поняла?

— Что?

И тут она поняла, что пора раскрыть тайну, которую сестра доверила ей в том письме, что некогда написала для каждого из них.

— Он любил её и как видишь — любит. И она любила его.

— Ох, — выдохнула мать. — Неужели, это правда?

Дочь в подтверждение кивнула. И тогда женщина посмотрела в сторону мужчины, лик которого время абсолютно не затронуло. Он был таким же, как в первую их встречу. Знала ли она тогда, что он окажется тем, кто займет определенное место в сердце её дочери?

Мать прослезилась. И слёзы эти были наполнены радостью и безмятежностью.

Поднялся ветер, Итан потер слегка обветренные руки.

— Вам холодно, мистер? — спросил голос за спиной.

Он обернулся и увидел девочку, подкравшуюся незаметно. Она в задумчивости наклонила голову и разглядывала его большими глазами. Теми самыми глазами цветом — леса, мха и изумрудов.

— Немного.

— Тогда, — говорит девочка и стягивает с руки варежку, — я поделюсь с вами ею, и вам будет теплей.

Он оглядывает вязаное изделие, но девочка, не дожидаясь, натягивает варежку ему на кисть, но она налезает лишь до середины ладони.

— Мала… — делает заключение зеленоглазое создание.

Он смотрит на неё и нежно улыбается. Его рот украшают мелкие морщинки.

— Идемте?! — говорит она, протягивая ему оголенную руку.

Он был тронут доверием. И они пошли. Нагнав её родных и приветствуя их, он указал на державшую маленькую лапку в своей, спросил:

— Вы не против?

Две матери одобрительно покачали головой, старшая сказала:

— Рады вас снова видеть. Не хотите ли заехать к нам на чашку чая?

Он перевел взгляд на малышку, чью руку держал. Та подняла на него сверкающие глаза и улыбнулась. Он ответил тем же. И согласился.

И сейчас у них новый жизненный этап, у каждого из них свой… и у меня.

Я знаю.

Почему?

Я иду рядом с ними, держу за руку человека, которого люблю, и пусть даже сама «я» об этом еще ничего не знаю. Но, сердце-то не обманешь.

Моя душа была рождена для них, и никто этого у меня не отнимет. Никогда.