Империя Масок (ЛП) - Уикс Патрик - Страница 28

Через всё ещё открытые бронзовые двери, видневшиеся впереди, двор выглядел безжизненным. Бриале было интересно, разобрался ли Фелассан со всеми стражниками Мансерая. Снаружи было светло. Может, он что-то поджёг?

Выйдя наружу и щурясь от яркого пламени факелов, она увидела дюжину облачённых в доспехи людей на лошадях, окруживших её со всех сторон.

— Именем императрицы Селины, — прозвучал голос сэра Мишеля. — Вы арестованы за убийство лорда Мансерая.

На секунду ей показалось, что она ослышалась, но когда её глаза привыкли к яркому свету, она разглядела плащи окруживших её людей с золотым львом на пурпурном фоне.

Она увидела мрачное и решительное лицо сэра Мишеля. Он лишь кивнул в ответ на её изумленный взгляд.

Всё-таки она потерпела неудачу.

Фелассана нигде не было, хотя повсюду виднелись глыбы камня, вырванные из-под доселе нетронутого газона, некоторые мраморные колонны были опалены, а рядом с ними замерли скрюченные тела стражников Мансерая.

— Я сдаюсь, — сглотнув ком в горле, Бриала бросила кинжалы и подняла руки вверх, показывая, что в них ничего нет. Сильверитовые кинжалы упали на землю со звуком бьющегося стекла, хотя, конечно, на клинках не появилось ни царапины. Несколько шевалье кинули взгляд на землю, услышав этот звон. Они были удивлены тем, что эльфийка так хорошо вооружена. Вне всяких сомнений, они узнали этот звук, ведь все из них принадлежали к знати. Все, кроме Мишеля, мрачно улыбнулась про себя Бриала.

Селина подарила их Бриале, когда та вернулась к ней в Вал Руайо. Той ночью они впервые занимались любовью.

— Предательница! — закричал Трен, и Бриала не могла сказать ничего в свою защиту.

Трен поднял свой нож, нечленораздельно вопя, и его тут же поразила дюжина арбалетных болтов. Он умер прежде, чем его тело коснулось земли.

Сэр Мишель спешился и шагнул вперёд с кандалами наготове.

— Сэр Мишель, — сказала Бриала. — Мы всё время встречаемся в странных местах.

Он промолчал в ответ. Выражение его лица было угрюмо и неподвижно. Мгновение спустя Бриала поняла, чего он так боится.

— Нет, — еле слышно сказала она. — Я не позволю этому пропасть даром.

Даже если он и сдержит своё слово, они не выстоят в битве против одиннадцати шевалье.

Он вновь не сказал ни слова, но кивнул ей, и напряжённые мышцы его шеи расслабились. Это её удивило. Вряд ли кто-то из его собратьев-шевалье поверит хоть слову, сказанному ей здесь, прямо перед домом, где её рукой был убит лорд. Так что волновался он оттого, что был готов сдержать своё слово. Он был куда более благородным человеком, чем большая часть знати. 

Мишель развернул её, решительно, но не грубо, и застегнул кандалы за её спиной. Затем он повёл пленницу через двор покойного лорда Мансера. Другие шевалье, окружив Бриалу, ехали в тишине. Бриала не знала, было ли им приказано обращаться с ней не так грубо или же её явно дорогие доспехи говорили им о том, что она работает на какого-нибудь аристократа, следовательно, просто так избивать её они не должны. Она очень сомневалась в том, что кодекс чести обращения с заключенными применяется и к эльфам-убийцам.

С каждым шагом в её голове рождались всё более странные мысли. Эти люди вторглись сюда и требуют, чтобы эльфы сдались. Дело заключалось не в том, чтобы остановить эльфов, но даже если и так, шевалье просто поубивали бы их на месте. Дело было в самой Бриале. Именно поэтому с ней так мягко обходились.

Могут ли они быть заодно с Гаспаром, идя против плана Селины? Маловероятно. Сэр Мишель никогда бы её не предал, и хотя Мельсендре удалось однажды шантажировать его, он слишком стыдился этого и не позволил бы одной и той же уловке сработать дважды. Селина сама отправила этих шевалье. Неужели Гаспар предпринял что-то, чтобы управлять императрицей? Что заставило её поменять своё решение?

Миновав факелы, Бриала увидела ночное небо, полыхающее красным.

Она почувствовала запах гари — это горели халамширалские трущобы.

После этого Бриала перестала думать.

Когда наступило утро, большая часть работы была уже сделана.

Императрица Селина ехала со своими войсками на своей белоснежной лошади. Она была блистательна в королевской броне, сияющей даже в тусклом, дымчатом свете восходящего солнца. Она знала, что должна чувствовать себя утомлённой. Но даже учитывая тот факт, что она сегодня легла спать поздно, волшебство зари пробуждало её разум, давало ей силы двигаться вперёд.

Заслышав лязг доспехов надвигающейся армии, эльфы попытались соорудить зубчатую стену при помощи палок, ножей и деревянных щитов, бывших некогда столами в тавернах. Орлесианская армия, в каждом ряду которой маршировало по четверо солдат, протискиваясь через узкие и извилистые улочки Халамширала, взяла эльфийские сооружения, даже не замедлив шаг. Как только солдаты добрались до площади, вперёд вырвались всадники, хлынув по бокам двумя потоками. Они убивали эльфов, пытавшихся сбежать, и вселяли ужас в тех, кто собирался дать отпор. 

После этого Селина больше всего опасалась того, что войска позабудут о дисциплине и устроят празднество на всю ночь. Селина знала, что в этих трущобах жили эльфы, и в случае чего они могут быть крайне жестоки. Она ехала немного поодаль, находясь под защитой и отдавая приказы солдатам, когда они, казалось, были готовы броситься обыскивать дома в поисках лёгкой добычи.

Они прошли сквозь эльфийские трущобы с поистине военной точностью. Когда они возвращались, позади них полыхали трущобы, занятые мятежниками.

Лорды и леди Халамширала собралась на рыночной площади верхнего города за воротами, разделяющими знать и простолюдинов. В полной тишине они ждали возвращения императрицы и её войск. Знать вместе со своими телохранителями стояли впереди. Немного в стороне, держа наготове ведра, ожидали купцы, ремесленники и слуги. Эта была мудрая предусмотрительность. Жар позади Селины был подобен кипящей завесе, пытавшейся забрать воздух из её легких. Искры и угли свободно перелетали через каменные стены, защищавшие благородных.

Селина подумала, что эти каменные стены были возведены тогда же, когда эльфы построили Халамширал. Она спросила себя, могли ли эльфы когда-нибудь представить себе, что однажды эти стены будут защищать знатных людей от эльфов, гибнувших в огне с той стороны.

Сэр Мишель стоял среди собравшихся вельмож. И хотя в этот вечер он не был в бою, он выглядел усталым. Когда он посмотрел мимо императрицы на объятые огнём трущобы, в выражении его лица проскользнула печаль, которую он так отчаянно пытался скрыть тогда в экипаже.

Селина остановила лошадь во главе своих войск и сняла шлем, под которым не оказалось маски — поблажка для того, кто носит броню. Её бледное лицо не дрогнуло, когда она встретила взгляды толпы.

— Да здравствует Императрица Селина! — раздался крик Мишеля над тихой площадью.

В сером свете рассвета тысячи голосов выкрикнули её имя, и тысячи людей пали перед ней на колени.

Она продолжала сидеть в седле, наблюдая за происходящим. Это была одна из причин, почему она ездила в сопровождении войск, закованная в броню, которая никогда не была ей нужна. О ней непременно скажут, что она жестока. Её спросят, не выжила ли она из ума. Но теперь у нее есть тысячи живых свидетелей, которые точно знали, как Императрица Селина подавила восстание.

В такой момент необходимо было сказать речь, но слова, подготовленные ею, совсем не подходили к моменту, особенно сейчас, когда её волосы пропахли дымом горящих домов. Она обратилась к правителю Халамширала, графу Пьеру, которому она доверила командование войсками, сровнявшими с зёмлей часть его города. 

— Граф Пьер, — сказала она, и голос её донёсся до самых отдаленных уголков площади. — Мои солдаты проделали длинный путь без отдыха. И хотя эти действия были необходимы, нет ни капли радости в уничтожении даже такой крохотной части этого славного города.