Вспоминай меня ночью... (СИ) - Карр Анна "Karkar" - Страница 75

Пусть весь мир с его правилами катится нахуй, а у нас своя дорога!

Ольваре уже срывается с места на своем Корвете.

Нихера!

Выдергиваю наушники – эта песня не про нас…

И вот наш треугольник опять в сборе.

Мы тормозим рядом, отрезая ей возможность двигаться дальше в том направлении, которое она выбрала.

Белла злится.

– Принцесса, сядь в машину, и я отвезу тебя туда, куда нужно. Бродить по городу в таком виде и в таком состоянии– это не вариант! – психует… Открывает дверцу. – Просто скажи куда! Ричи? Анжела? Лея?

Как же ты заебал, Ольваре!

– Белла, – я подлетаю и сдергиваю с ее плеч этот ебучий пиджак. – Сними эту хрень! Немедленно!

Она в шоке от моих действий и, видимо, поэтому не сопротивляется, и не выдает никакой реакции, позволяя сдернуть с себя пиджак. Я кидаю его в руки Ольваре, тут же стягивая с себя толстовку и быстро закутывая в нее Беллу, оставаясь голым по пояс.

– Да какого хрена-то…? – Невнятно начинает Белла, но уже поздно, я не собираюсь тормозить.

Застегнув на ней замок, я вжимаю ее в себя, охватывая руками.

Замирает.

– Убери, блять, от нее свои руки! – взрывается он. – Она не хочет!

– Отъебись от нас! – она пытается выбраться из моих рук, упираясь мне в грудь. Но я – сильнее, и у нее никаких шансов. – Я люблю ее, она любит меня! Ты лишний здесь.

– Да какая, нахер, ЛЮБОВЬ может быть между вами?!

– Это ей решать!

– Что там, блять, решать? Ты уже ей показал все прелести ваших отношений! Она уже решила!

Ах ты, мудак!!!

– Не без твоей помощи! Ты рассказал ей о своей роли в этом, ОХУЕТЬ, КАКОЙ ЗАБОТЛИВЫЙ ДРУГ? Помог, блять, девушке в сложную минуту… Которую сам ей и организовал.

Белла давно замерла и больше не дергается. Слушает? Пусть…

– Я не толкал тебя в комнату к этой бляди! Ты сам пошел… – прищуривается он. Я знаю, что значит этот взгляд. Ты затеял новую игру, мудила? Но в этот раз я не дам тебе выиграть!

– Пошел… Но ты знаешь не хуже меня, что там ничего не было. И быть не могло. Но ты же всё решил за неё и даже, блять, за меня! А я, как последний идиот, повелся на твою пламенную речь о том, как нам всем будет лучше! А точнее тебе…

Белла оживает и толкает меня в грудь.

– Отпусти!

– Пожалуйста! – негромко прошу я, отпуская руки. – Просто выслушай, а потом принимай решение.

Но она не слушает меня. Отворачивается и смотрит на него.

У него на лице – хаос, молчаливый умоляющий монолог.

– Белла…

Делает шаг к нему. Близко…

Такая хрупкая и ранимая в моей белой, огромной для нее толстовке…

Ее ступни все избиты и порезаны… Моя русалочка…

Она не должна так делать. Это не правильно. Хотя, я понимаю… Я тоже купирую свою душевную боль физической.

– Деймон… – ее рука взлетает в волосы и останавливается там. – Ты что-то делал за моей спиной?

Он закрывает глаза, и его пальцы бороздят лоб. Медленно кивает…

– Но я хотел бы объяснить… – шумно выдыхает он.

Побудь в моей шкуре, темный принц!

– Не знаю… – ее плечи опускаются, и она беспомощно и не очень внятно говорит, как будто сама с собой. – Я так устала… От всего… И от вас обоих. Вы все время врете! Зачем вы мне врете…? Я что – не заслуживаю правды?... Не хочу больше ничего … Можно, я просто пойду? Не ходите за мной… Я хочу одна…

– Ну, куда же ты пойдешь, Белла? – перехватываю я ее, прижимая к себе опять. – Твои ноги уже… как ты будешь танцевать? Ведь все воспалится завтра и будет болеть…

– Я не хочу танцевать… Хочу просто погулять и ни о чем не думать. И о тебе не думать…

Наш разговор совсем надломил ее, и она мягкая и податливая в моих руках, хотя я чувствую, что ей хочется вырваться и сбежать от нас. Но алкоголь и усталость не дают ей этого сделать.

Скрип тормозов, развеивает неопределенность, зависшую между нами тремя.

Кроха.

– Верните девочку! – пьяно требует Элли, вставая ногами на сиденье и уперев в бока руки.

Прикинув все «за» и «против», и, надеясь, что они таки проедут эту сотню метров, не въехав во что-нибудь, я поднимаю мою девочку на руки и аккуратно усаживаю рядом с Крохой, пристегивая ремень.

– Пять миль в час!

Элли пьяно фыркает мне в ответ, и вальяжно развернувшись в миллиметрах от наших тачек, газует, увозя с собой уже засыпающую Беллу.

Вот и все. Очередной раунд закончился. Опять ничьей. Нам не о чем разговаривать, и мы молча разъезжаемся каждый в свою сторону. Я медленно еду прямо, не понимая – куда и зачем. Перед глазами только она – мягкая, разочарованная и слабая. А я еду куда-то совершенно в другую от нее сторону, а должен быть рядом.

Бью по тормозам и разворачиваюсь, набирая параллельно Алису.

– Мы спим… – вяло бубнит она в трубку.

– Это хорошо. Я буду через десять минут.

– И что..?

– Не тупи, Кроха!

– Ладно… открою.

В полуголом виде Кроха впускает меня внутрь.

– Ну, и че ты приперся? – зевает она. – Не мог до утра потерпеть?

Я молча прохожу мимо нее. Не факт, что утром у меня будет шанс. Не факт даже, что она вспомнит хоть слово из сегодняшнего разговора.

– Планируешь выселить меня из кровати?! – возмущается шепотом Алиса, догоняя меня.

– Да. Иди на диван.

– Совсем охренел уже… – вяло бубнит она, стягивая с кровати одно одеяло, и уходит в другую комнату, закрывая за собой дверь.

А я остаюсь…

Сажусь на кровать рядом с ней.

Боже!

Сколько дней прошло с тех пор, как я касался ее последний раз? Мне кажется – вечность… Меня всего ломает, но это не боль, это – потребность. И мне хорошо сейчас. Ее тело любит меня, а мозги сейчас в отключке, поэтому, я знаю, что все делаю правильно. Быстро скидываю джинсы и ложусь рядом, укрывая нас одеялом. Она в моих руках, и это так правильно, что я не могу сдержать стон удовольствия и облегчения. Завтра все может измениться, но прямо сейчас у меня – целая ночь!

Я нежно поглаживаю кончиками пальцев ее спину, пробегаясь по всем моим особо любимым местам – ямочки, лопатки, позвоночник, шея… И дышу ее запахом, отпустив, наконец, свои легкие.

Она со мной.

Это невероятно хорошо. Это такое облегчение и удовольствие, что у меня кружится голова. Стараясь не разбудить, я целую ее висок, и веду губами ниже, замирая в районе шеи.

Не хочу ее будить, но не могу не делать этого! Я слишком скучал и слишком долго думал, что потерял… Поэтому мое тело не слушается, и руки становятся все требовательнее, сжимая и наглаживая ее, пока она со стоном не прогибается мне навстречу, заставляя меня тихонько рычать ей в ушко.

– Я так скучал по тебе… – шепчу я, и она, всхлипывая, обвивает мою шею руками. – Да, моя маленькая… Люби меня тоже… Я умираю без тебя…

Вжимается в меня сильно-сильно, сжимая в руках мои волосы.

– Ненавижу тебя… – шепчет мне чуть слышно.

– Я тоже люблю тебя… До безумия! Верь мне, пожалуйста! Выслушай меня…

– Замолчи. Ничего не хочу знать… – ее губы скользят по моей коже, и я теряю нить разговора. – Просто люби меня сейчас… Сейчас мне плевать…

Я отстраняюсь, всматриваясь ей в глаза – они пьяные и темные. В них – боль и желание.

– Нет. Я не хочу так, – из ее глаз льются слёзы, и я собираю их губами.

– Разве ты не для этого здесь? – ее пальчики рисуют нечеткие узоры на моей груди, и я сглатываю ком в горле, чтобы не реагировать сейчас на нее так, как она требует.

– Не для этого… – целую и прижимаю к себе, захватывая и останавливая ее руки. – Очень тебя хочу, маленькая, но сначала мы поговорим. Ты обещала верить мне… Я ни в чем не виноват перед тобой… Нет. Виноват, конечно, но только в том, что старался уберечь тебя от себя…

Но ее губы не дают мне говорить, требовательно закрывая мои.

– Подожди… – прошу я, пытаясь остановить ее. – Я дам тебе всё, что захочешь. Но… Только не использую меня так… Если ты считаешь, что… Блять, пожалуйста, маленькая!

– Замолчи! – зло шепчет она и тут же вскрикивает, когда я касаюсь ее ступни своей.