Вспоминай меня ночью... (СИ) - Карр Анна "Karkar" - Страница 87

Я знаю «какой человек»…

– Не я и не ты, принцесса – шепчу я ей в ушко. – С кем ты делилась этим?

– Он не мог! Он обещал… – оборачивается она к сестре. Глаза блестят… – Вэл, кто тебе сказал это?!

Глава 43

Ссора

Возбужденный, злой, изведенный ревностью и неопределенностью я продержался почти три часа.

Сначала на мысли, что «всё-таки достал Ольваре», потом на мысли, что «она позволила мне надеть на нее кольцо», потом просто тормозя себя всеми возможными способами.

Сейчас уж ровно девять, и я нажимаю «вызов».

Три гудка и она скидывает. Перезвонит?

Пять минут. Десять минут. Пятнадцать минут…

Набираю опять. Скидывает сразу после первого.

Заебись…

А: «Когда ты вернешься?»

Телефон через минуту вздрагивает в руке, и я облегченно выдыхаю. Белла!

Б: «Серьёзно подумываю о том, чтобы вообще никогда!»

Легкие так и замирают в спущенном состоянии. Это что – шутка?! Она не очень часто шутит… Она, нахер, никогда не шутит моими чувствами!

Что случилось? Это – ОНО? То, что я, блять, чувствовал, но не смог предусмотреть?

Откладываю телефон в сторону. Хотя внутри всё рвется от ужаса и желания позвонить ей и всё выяснить. Что случилось?! Я же нигде не косячил! Что могло измениться за три часа?

Дохера чего… Тогда и пол часа хватило, чтобы всё сломать.

Но тогда был косяк…

Хотя с Ольваре станется его мне быстренько нарисовать!

Ох, Белла! Пожалуйста…

Набираю номер. Опять сброс.

Всё, пиздец!

В голове просто торнадо от вариантов, что конкретно сейчас можно сделать. Но я тут же выкидываю все мысли. Ничего сделать нельзя. Если она хочет верить ему, то это безнадежно. Он всё равно найдет тысячу способов убедить ее в том, что я виноват. А в чем именно это уже детали. Легко прорабатываемые при его возможностях детали.

А: «Я люблю тебя. И я жду тебя дома. Хотелось бы выслушать приговор лично…»

Всё сделал правильно, но сердце не слушается… не хочет стучать.

Досадно…

Досадно и больно, что ничего не получается, сколько не старайся. Всё возвращается опять на этот же чертов круг. Что он наговорил ей? В чем, блять, опять моя вина?

Безнадежно…

Тоскливо…

Звонок в дверь. Резкий. Короткий.

Это она… чувствую.

Блять!

Подрываюсь и распахиваю дверь.

Белла…

Злая, злая, злая… Челюсти сжаты, волосы взлохмачены, в глазах – ПИЗДЕЦ!

Делаю шаг назад, пропуская её внутрь.

– Спасибо… – сдавленно говорю ей.

– За что? – цедит сквозь зубы, замирая у двери.

Мне хочется скорее захлопнуть ее, закрыть на ключ и выбросить его нахер в окно.

– За то, что пришла, – стараюсь говорить спокойно, но меня колотит. – За то, что позволишь от тебя лично узнать: чем, блять, я в этот раз не вышел… – тут же одергиваю себя, понимая, что всё-таки, наверное, есть какая-то причина для ее такого состояния. – Извини.

Мне страшно… Выражение ее лица… Да она, блять, так разъярена, что… Я даже не представлял, что она может быть ТАКОЙ. Не выдержав давления ее взгляда, всё-таки тяну руку, чтобы закрыть дверь, и она отшатывается от меня в сторону.

Это, блять… неожиданно… и жестко! Захлопываю дверь и закрываю на ключ. Ключ забираю – я не выпущу её, пока мы не поговорим…

– Ты закрыл дверь… – рычит она.

Киваю.

– Ты забрал ключ!!!

– Да, Белла.

– Дай, – тянет руку, и я отрицательно качаю головой.

– Мы сначала поговорим, а потом посмотрим на счет ключа. Проходи… – говорю тихо и спокойно, хотя мышцы аж сводит от желания бить, орать, крушить и ломать. Но я как мыльный пузырь. Могу лопнуть от одного нажатия.

Не дави на меня, Белла! Пройди в комнату… – умоляю я мысленно.

– ОТДАЙ КЛЮЧ! – рявкает она на меня.

И, блять, мыльный пузырь лопается.

– ПРОЙДИ, БЛЯТЬ, В КОМНАТУ! – ору я в ответ, что-то расхерачивая в чувствах. И опять снося нахуй только начавшие заживать костяшки.

Она вся сжимается в момент удара. И я уже задней мыслью проклинаю свою ебучую неадекватность.

– Прости! – подлетаю я, обхватывая ее лицо ладонями и заглядывая в глаза. – Испугалась!? Я, блять, такой идиот…

Но она перехватывает мою руку и прижимает костяшки к губам, закрывая глаза, а я обнимаю ее второй, прижимая к себе.

– Прости, маленькая… – шепчу я. – Прости меня. Я испугался, и тебя испугал…

Молчит, но не отстраняется от меня, и я, подхватываю ее на руки, занося в комнату. От нее пахнет чужим мужским парфюмом, и каждый вдох – как ожог для моих нервов. Я уговариваю себя, что это только потому, что она ехала с ним в машине, но, блять, понимаю, что это – бред! Сажусь на кровать, не выпуская ее из рук, и прижимаю ближе.

– Не оставляй меня… – целую ее в висок, и тихонечко уговариваю, – ты же видишь, что я не могу без тебя… Я не знаю, в чем там моя вина… Но ты просто прости меня, ладно? Я бы никогда не сделал намеренно ничего такого, что могло бы вызвать такую твою реакцию… Не уходи от меня, Белла.

Ее губы уже давно блуждают по моей татуировке на плече, и я немного отпускаю себя, но трясти начинает не по-детски. И я никак не могу взять себя в руки, и не понимаю что сделать, чтобы это херня прекратилась: то ли расслабиться еще сильнее, то ли, наоборот, напрячься.

– Всё, хватит… – шепчет она, запуская руку мне в волосы на затылке. – Не сходи с ума… Я не собиралась уходить…

И меня окончательно отпускает. Я понимаю, что она сейчас вынесет мне мозг за какой-то косяк. Но это – такая херня! Пусть… Хоть, блять, лоботомию! Зацеловываю ее плечи, руки, пальцы, пробегаясь по колечку, которое одето туда, куда и должно быть одето. Это еще один мой маленький расслабляющий кайф. Захватываю ее лицо за подбородок и впиваюсь в сжатые губы. Настойчиво раздвигая их языком, за что получаю легкий подзатыльник. И она моментально отстраняется.

– Это, блять, не значит, Алекс, что мне нечего сказать тебе! – снова разъяряется она за пару секунд.

– Хорошо, – замираю я, крепче сжимая ее в объятьях. – Скажи…

– Ты мне СКАЖИ! – начинает вырываться из моих рук. – Какого хрена Валери в курсе моих тайн? А?

Сжимаю крепче, не позволяя вырваться.

– Не понимаю… – это совсем неожиданная подача. – Почему ты МЕНЯ спрашиваешь?

Я прокручиваю в голове все наши с Царевной разговоры о Белле и ничего не могу отыскать крамольного. Да и вообще не могу сосредоточиться ни на одной «тайне», исключая наши с ней отношения. Да и то, какая это уже, нахер, тайна, после ее представления в клубе и нашего зависания в чилауте, откуда она ушла полуголой.

Белла расслабляется, видимо догнав, что ее дергания в моих руках всё равно не дадут никакого результата.

– Алекс… – вздыхает она. – Мою ситуацию с Деймоном знали только три человека. Я, он и ты. И только один из нас мог назвать это изнасилованием. И только он же мог сказать об этом Вэл.

Ох, бляяя...

Конечно, я накосячил…

Не разговаривает со мной.

На вопросы о ебучей помолвке не отвечает. Вообще не отвечает на вопросы.

Что случилось из-за моего косяка? Я только знаю: что-то случилось… Но что конкретно?.. Специально мучает меня!

Тихо и показательно злится.

На все мои попытки приблизиться… Блять! Скоро можно будет огнестрельные ранения от ее взглядов подсчитывать.

Сначала – полчаса в интернете, потом – двадцать две минуты в душе, теперь уже почти полчаса на кухне.

И, нахрен, мой поводок уже, блять, натер мне шею от невозможности двигаться следом за ней!

Опять заходит. И опять – к компу.

Ну, вот с кем она там пишется? Улыбается, бля… Чувствует же, что я уже весь извелся!

Сдвигает влажные волосы на одно плечо, оголяя шею.

Ну, давай уже, маленькая, прощай меня быстрее! Мне так хочется поцеловать твою шею! И мы уже несколько часов не занимались любовью… А мне так нужно чувствовать твою отдачу!

– Белла.

– Не хочу говорить с тобой.

Опять уходит на кухню.

Да что ж такое-то!?