Еще один попаданец. Трилогия (СИ) - Сизов Вячеслав Николаевич - Страница 151

  Отдельные части, по-видимому, под действием огневого налета убежали, оставляя их тяжелое оружие, другие, заняв линию обороны, оказали, по сравнению с их силой, жесткое сопротивление.

  После прорыва обороны на Буге небольшие части оказывали лишь отдельное местное сопротивление или проводили местные контратаки.

  Значительные части советских войск, используя штатскую одежду, стремятся уклониться от плен. Они могут стать опасностью для тыловых служб. Быстрое преследование не допускает прочесывание лесов и населенных пунктов. Необходимо преследование многочисленных беглецов.

  На данный момент количество пленных примерно 4000, вероятно, оно еще существенно повысится.

  Поэтому штаб корпуса теперь убежден в разгроме главных сил, действующих перед корпусом русских войск, и в настоящее время борется только против отдельных, полностью расколотых сил.

  Подпись (Шрот) (Источник: NARA T314 roll 501 f. 499.)

  _______________________________

   В сумерках егеря, снайпера (жаль, что ночные прицелы еще не изобретены, пришлось ребят использовать просто как стрелков с ПБСами ), разведчики и пограничники выдвинулись на исходные для атаки. Мы планировали одновременно уничтожить все найденные точки противника, в том числе и на главном валу. Действовали по отработанной за эти дни схеме. Снайпера и егеря из "бесшумок" сняли дежурных и пулеметные расчеты, а затем действовали по обстановке где Наганами с глушителями, где ножами. Поднять тревогу никто не успели. К полуночи со всеми намеченными точками было покончено. А ударные группы двинулись дальше к новым целям. О реализации плана атаки бойцы сообщили красными огнями фонариков. Как только были получены сигналы об уничтожении дозоров противника, в цитадель пошел радиосигнал. С его подтверждением гарнизон пошел на прорыв.

   Сначала из Трехарочных ворот выбежала группа Виноградова, устремившаяся под защиту Восточного редюита, именно там должны были объединиться подразделения ударного отряда и подразделения, что держали оборону в редюите. Следом за пехотой из цитадели вышла техника, приданная ударным отрядам, в том числе и моя мехгруппа. Да именно так. А как еще назвать несколько "штугов" и два грузовика, собранных из кучи металлолома стоявшей во дворе крепости. На одной из автомашин была смонтирована зенитная установка из четырех "Максимов". На втором перевозились боеприпасы и продовольствие для отряда. Повинуясь огонькам трофейных фонариков регулировщиков, мехгруппа соединилась с отрядом и расположилась среди развалин. Как проходил выход остальных частей гарнизона, мне рассматривать было некогда. Своих дел было не впровород.

   Нас ждали Северо-Западные ворота. Внешняя охрана, которых, была уже уничтожена снайперскими парами, подобравшимися вдоль казематов бастиона Љ1 практически к самым воротам. Сюда же подтянулись "панцерники" и радисты во главе со мной. Вторая группа, взобравшись на вал, продвигалась по верху, блокируя действия часовых с наружной стороны. Еще одна группа, собранная из оставшихся в живых бойцов батальона НКВД, была выделена для нейтрализации караула расположенного в трехстах метрах от ворот. Почему отобрал их? Они лучше остальных знали, что где находится в районе 125 полка и Бригиток. И главное знали, как туда незаметно добраться. В этот отряд напросилась и знаменная группа, сдав мне на хранение знамя батальона. Так оно и осталось у меня, из той группы назад не вернулся никто ...

   Бой за ворота начался одновременно с ударом отряда Виноградова на Северные ворота. Как только были уничтожены дежурные пулеметчики, "панцерники" ворвались вовнутрь Северо-Западных ворот. Боя как такого не было, не считать же за таковой уничтожение полусонной смены и старшего поста. ДОТ, расположенный в воротах врагом занят не был. Мы такой глупости делать не собирались и несколько бойцов уже размещали там трофейный станковый пулемет. Отсюда можно было контролировать дорогу к воротам и значительный участок железной дороги, а главное небольшой мост через ров в пятидесяти метрах от ворот. Это был единственный путь, по которому враг мог перебросить резервы на Кобринское укрепление и теперь он был под нашим контролем. Сами ворота с наружной стороны закрывались двумя створками, сделанными из толстых дубовых плах, делая внутреннее пространство более безопасным для обороняющихся. Именно поэтому наш захват ворот прошел практически незаметно для окружающих.

   Некоторую проблему создали часовые у моста, насторожившиеся с началом боя у Северных ворот. Разведка ошиблась, сюда выставлялся парный пост, и они собирались звонить в караулку. Проблему решили снайпера с вала, расстреляв немцев.

   Другая проблема была связана с часовыми и дежурными в расположении врага. Они тоже слышали выстрелы и взрывы у Северных ворот и просто обязаны были доложить о происходящем своему командованию. Помешать им в этом мы не могли. Реакция любого командира на такие события везде в армии одинаковая поднять личный состав по тревоге, приготовиться к отражению прорыва, выслать подкрепление к дежурным и часовым. Немцы не глупее нас и все это сделали. Вот только все это мы предусмотрели, именно для удержания врага в его расположении была выделена группа бойцов НКВД, усиленная противотанковым орудием, пулеметами и бойцами, ранее скрывавшимися в развалинах и примкнувшая к группе Ерофеева сутки назад. Вскоре там разгорелся нешуточный бой. Пожар, разгорающийся над зданием бывшего штаба, освещал прилегающую территорию ворот. Он помогал и одновременно мешал нам. Он давал возможность прицельно вести огонь по немцам, а им отслеживать наше движение к воротам. Ни о какой скрытности речи уже быть не могло, а раз так, то пора было приступать к решению остальных задач поставленных штабом обороны. О боя у Бригидок мне рассказали Никитин и раненые, прибывшие к воротам.

   Сюда же по сигналу от Западного редюита стали выдвигаться остальные бойцы и техника. Прибывшие бойцы занимали позиции на валах и казематах. Я запустил в небо сигнальные ракеты, сообщая о взятии ворот и готовности к пропуску войск.

   Самоходки, выйдя из ворот и остановившись перед мостом, открыли огонь по складу строительных материалов и палаточному городку у взорванного железнодорожного моста. Их огонь корректировали егеря. Накрытие было полным. Вскоре там возник пожар, среди которого в панике бегали полуодетые немцы. Для них тут был глубокий тыл, и они явно не ожидали от нас такой наглости. Зенитка под прикрытием "панцерников" пересекла мост и, заняв позицию у железнодорожной насыпи, присоединилась к уничтожению врага. Противодействия практически не было, так отдельные личности пытались организовать оборону. Но огневой перевес пока был на нашей стороне. Завершив разгром палаточного городка самоходки, перенесли свой огонь на железнодорожный мост.

   Практически одновременно с этим над Северными воротами взлетели сигнальные ракеты. Виноградов сообщал об их взятии. Проснулась до этого молчавшая немецкая артиллерия, начавшая обстрел цитадели и района Северных ворот. Нас он пока не касался.

   В районе действия зенитки вспыхнул бой. Посыльный, прибывший оттуда, доложил, что со стороны Бреста до отделения немцев пыталась провести разведку. Но вовремя замеченные охранением были уничтожены.

   С момента захвата ворот прошло около часа. Поставленные нам задачи были выполнены, а отряд полкового комиссара так и не появился. Над Северными воротами еще несколько раз взлетали ракеты, в той стороне слышался гул боя. Бой у Бригидок набирал все большую силу. Мне пришлось туда отправить на помощь еще несколько групп из резерва. По сообщениям раненых положение там все больше накалялось. Немцы очухались, их сопротивление нарастало. Пора было, что - то предпринимать. За то время что мы здесь находимся, можно было уже вывести несколько тысяч человек. Но пока никто так и не появился. Радиосвязь со штабом не действовала и радисты с этим ничего сделать не могли. Отправлять связных к Фомину? Они могут потеряться в той суматохе, что связана с выходом подразделений или просто не найти его. Только зря потеряем людей и время. В принципе с полковым комиссаром мы такой вариант событий нами рассматривался. Я принял решение идти на прорыв, не дожидаясь основного отряда. Маршруты движения, района сбора отрядов был заранее согласован с Фоминым. Отправив связных по подразделениям, держащим оборону на острове и валах, стал собирать их в один кулак под аркой ворот. Раненых грузили в полуторку, прямо на ящики с боеприпасами и продуктами. Наш отход должна была прикрыть группа Малышева, укрепившаяся в воротах.