Код Атлантиды - Павлоу Стэл - Страница 107

Сначала они стояли неподвижно, словно ожидая приказа, потом по лесу застывших кристаллических фигур как будто прошла волна, и уже через несколько секунд големы раскачивались, неуклюже тряся тяжелыми головами и переступая с ноги на ногу, словно исполняя зловещий ритуальный танец.

Хиллман оглянулся.

– О нет…

Этого короткого, но выразительного комментария оказалось достаточно, чтобы все поняли – путь назад отрезан. Более того, выстроившиеся широким полукругом вдоль ближнего берега канала големы были явно настроены на более решительные действия.

Передние сделали шаг вперед, одновременно выбросив правую руку. Внезапно из сжатых в кулак пальцев выросли острые, похожие на стилеты кинжалы. Секунда-другая – и стилеты превратились в кристаллические сабли. Звук, похожий на тот, что издает скребущее по ученической доске лезвие бритвы, но при этом помноженный на несколько тысяч, резанул уши. То был звук смерти, звук, ясно дающий понять, что рассчитывать чужакам не на что.

– Мать вашу! – вскрикнул Хиллман.

Пока, однако, големы просто стояли, глядя на людей через разделяющее их пространство. Как будто взвешивали все «за» и «против». Просчитывали варианты.

– Как по-твоему, сколько их здесь? – прохрипел Майклс.

– Какая, к черту, разница? – рыкнул Гэнт. – В любом случае численный перевес за ними.

– Сто сорок четыре тысячи, – мрачно ответила Новэмбер. – Вот их сколько. Такое число указано в Библии. Армия последней битвы.

– Нам надо добраться до моста. – Гэнт проверил акустическое устройство и отвязал бомбу. – Какое там слово?

– Зихамту, – напомнила Новэмбер.

Гэнт кивнул и, поднеся трубку ко рту, громко и отчетливо повторил:

– Зихамту…

Возможно, делать это и не стоило. По шеренгам обеих группировок пронесся низкий угрожающий ропот, свидетельствующий о готовности големов перейти в наступление.

Лежавший на земле Майклс беспокойно зашевелился.

– Сэр, не думаю, что это была такая уж хорошая идея.

Хиллман поднял автомат.

– Вот как они реагируют на одно только простое слово, а? Что ж, у меня найдется для них кое-что еще. «Хеклер-Кох»! Или лучше – «глотни свинца», а? А как насчет «сдохни, сука!»?

– Ладно, пошли, – скомандовал Гэнт.

– Сэр, – запротестовал Хиллман. – А как же Майклс? Сэр, мы же не можем оставить его так.

Гэнт вынул пистолет и протянул лежащему морпеху.

– Держи, сынок. Тебе он нужнее, чем мне.

При этих словах големы по обе стороны канала ступили на кристаллизованную воду.

– Уходите! – умоляюще прошептал Майклс. – Уходите, или мы все здесь поляжем.

– Я останусь с ним, – неожиданно сказал Юнь. – Нельзя оставлять человека одного.

– Чушь! Я с ним останусь! – запротестовал Хиллман. – Ты с ним не служил! А я служил!

– Хватит препираться, солдат! – взорвался Гэнт, заметив, что обе группировки уже движутся в их направлении. – Если вы оба готовы остаться с ним, то берите его и несите. Живо!

Новэмбер быстро пристегнулась к санкам с бомбой и вместе с майором потащила их к мосту, откуда уже неслись призывы поторопиться.

Это был самый лучший план, потому что големы тоже прибавили шагу.

И еще они стали меняться.

– Боже! Они не успеют! – закричал Пирс. – Бегите!

Мейтсон уже перекинул ногу через ограждение, но его остановил Скотт.

– Ты что?! – вскрикнул, вырываясь, Мейтсон. – Мы должны что-то сделать!

– Самый безопасный вариант – оставаться здесь, – твердо сказал Скотт.

– Что?

– Подумайте сами, – холодно ответила Сара. – Видите? Они даже не пытаются забраться на мост. Потому что он из углерода-60. В городе уже идет сражение за контроль над этими тварями. При контакте с мостом возникнет обратная связь. Они погибнут!

– Вы двое так многое знаете, что это уже начинает меня беспокоить, – бросил Пирс. – Странно…

Скотт начал обвязываться веревкой.

– Надо будет поднять их.

– Только бы добрались.

Новэмбер буквально слышала, как стучит в груди сердце. Сил почти не оставалось, а мост, к которому они с Гэнтом тащили боеголовку, никак не приближался.

Она не смотрела по сторонам, но ощущала приближение толпы, катящейся с обеих сторон, будто волна битого стекла. Острия сабель царапали кристаллизованную воду, производя такой раздирающий душу скрежет, что казалось, сотня грузовых поездов одновременно сбросили тормозные колодки, чтобы избежать лобового столкновения.

Крик застрял в горле комком стопроцентного ужаса.

В конце концов Новэмбер не выдержала и повернула голову, и в тот же миг ближайшие к ней големы вскинули длинные тонкие сабли, изготавливаясь к последней, смертельной атаке.

Она сама не знала, как ей удалось сохранить присутствие духа. Просто что-то подсказало – пора воспользоваться последним имеющимся в запасе средством. Девушка выхватила акустический прибор, поднесла к губам и, не меняя ритма бега, прокричала в трубку:

– Зихамту! Зихамту! Зихамту!

Передняя шеренга разъяренных, размахивающих саблями големов как будто взорвалась, оставив после себя облачко наэлектризованной пыли.

Но за первой шеренгой атакующих показалась вторая. Големы выставили оружие, показывая, что намерены нанизать ее на острия сабель.

Хиллман стрелял и стрелял, посылая пули в самую гущу врагов. Он знал, что не сможет перебить их и даже убить. Знал только, что должен свалить на землю как можно больше этих тварей, задержать их и тем самым выиграть время для Новэмбер и Гэнта.

– На-ка! Хлебни свинца! Не нравится?

– А-а-а! – страшно взревел Майклс, так что оба несших его мужчины вздрогнули.

Майклс пытался перенести вес тела на ноги, даже зная, что они все равно его не удержат. Ничего не получалось. Хиллман и Юнь не могли нести его дальше, им нужно было остановиться. Остановиться, чтобы кто-то один взвалил раненого на спину.

Команду дал Хиллман. Сунул автомат в руки другу.

– Вот, держи, ладно?

Юнь знал, что делать дальше. Он помог Хиллману и пошел вперед.

Нести Майклса было тяжело, он висел на плечах мертвым грузом, но Хиллман не мог оставить товарища.

– Стреляй! Мочи тварей!

И Майклс стрелял, бил длинными очередями, круша шеренгу за шеренгой. Но этого было мало. Хиллману просто не хватало скорости, чтобы не дать големам приблизиться. Еще несколько секунд – и волна накрыла их.

Паника – плохой помощник. Хиллман поскользнулся и упал на колени, но, несмотря на прострелившую колено острую боль, ухитрился удержать груз на спине.

Да только что толку…

Патроны кончились.

– Ты как, дружище? – хрипло спросил он. – В порядке?

– Угу, – последовал ответ.

Ничего больше Майклс сказать не успел. Последним, что он увидел, подняв голову с плеча товарища, был громадный голем и тонкое, зазубренное лезвие, которое с удивительной легкостью прошло между глаз морпеха.

Юнь больше не слышал их. Двух друзей.

Он знал, что не должен оглядываться, но видел, что Новэмбер и Гэнт еще не добрались до моста. Нужно помочь, задержать врага. Отвлечь его на себя.

Китаец остановился. Как всегда, решение было принято не в спешке, а сознательно, обдуманно. Он опустил автомат, и големы тут же отреагировали, изменив курс, чтобы атаковать его.

Стоявшие на мосту не могли поверить глазам. Пирс ухватился за перила моста и громко крикнул китайцу, чтобы тот поспешил, но ответа не было. Юнь уже все решил для себя. Он повернулся лицом к преследователям.

Он знал, что будет страшно, но не думал, что настолько.

Юнь не увидел всего, застав лишь окончание жуткой расправы – отрубленные головы обоих морпехов катились по застывшей поверхности канала.

И солдат закричал.

Отряд големов тут же свернул в сторону, устремившись к Юню, как стая почуявших добычу хищных рыб. Только вот гнаться за ней не пришлось – Чоу Юнь не убегал, но готовился сам встретиться со своими демонами.