Аргус против Марса - Шагурин Николай Яковлевич - Страница 23

— Не обязательно быть коммунистом, чтобы это понять, — сказал Бертон.

— Нет, конечно. Но не каждый решится посвятить себя борьбе против безумных планов реакции, борьбе неимоверно трудной, но абсолютно необходимой. Ты знаешь, какие потери понесла компартия во время Сопротивления. Недаром Морис Торез назвал ее «партией расстрелянных». Но она остается единственной партией, способной последовательно и до победы вести такую борьбу. Анри, тебе пора кончать с положением «клошара», бродяги, находящегося в осадном положении. Твою борьбу невозможно вести в одиночку.

— Могу я рассчитывать на твою помощь?

— На нашу помощь. Сейчас ты работаешь мастером на заводах «Соншель»? Тебе нужно перейти на одно из наших предприятий, скажем, лаборантом в цех электрохимии. Я устрою это. В ближайшее время мы поможем тебе переправиться туда, куда не дотянутся лапы противников. У тебя, вероятно, уже имеются планы дальнейшего использования «Аргуса»?

— Да, конечно. Но я вижу, что мне одному не справиться.

— Выше нос, старина! — уже весело сказал Мишель. — Мы опять вместе, как семнадцать лет назад… А теперь, знаешь что? Поедем разомнемся, подышим свежим воздухом. Только куда? В Булонский лес или Венсенский?

— Что за вопрос, Мишель! — Бертон недолюбливал аристократический Булонский лес. Ему, как и Шови, больше по душе был демократический Венсен.

— Да, да, конечно, Венсен! — кивнул Шови.

Они вернулись к машине и понеслись на юго-восток.

У Шови был прекрасный баритон. И сейчас, шевеля баранкой, он тихо напевал песенку из музыкальной комедии «Крошка Лили», незатейливую песенку, которая нынче была на устах у всего Парижа:

Над Парижем занимался рассвет. Розовая полоска над рекой обещала солнечную погоду.