Паутина Света (СИ) - Плотников Сергей Александрович - Страница 124

  Девушка спрыгнула с полки... и обнаружила два факта. Во-первых, она была полностью обнажена - не то, чтобы непривычное ощущение, но она обычно мёрзла так спать. Почему-то знание о том, что спать в кладовке вообще-то не очень правильно, её совершенно не волновало - случалось с ней такое, и не раз: прислугу, когда в доме гости, не всегда можно было разместить с комфортом. Хм, в доме? Пару секунд Лиз пыталась сообразить, сколько раз и где ей приходилось выступать в качестве прислуги - но память не давала никаких образов: лишь странную уверенность в том, что она хорошо знает, что и как делать. И вот ещё: "Ты будешь выполнять мои особые поручения, Лиззи. Возьми эту чашку - видишь, на ней узор? О, да, он отличается от других - немного, незаметно. Но ты всегда должна следить, у кого эта чашка и у кого она должна оказаться в руках. Она - это ты, Лиззи."

  "Чашка - это я. То есть, я - чашка. Для чая." - Мысль не показалась девушке странной. Особая чашка. Сложный узор чуть отличал её от остального сервиза на 12 персон - это была лишняячашка, тринадцатая. Господа и дамы, рыцари и бароны, служащие Английского парламента... и чуть отличающийся по вкусу напиток. Безобидная сладость - для того, чтобы человек расслабился. Сахар в крови - добродушие! Чуть слышная горечь: собраться и готовиться к решительной речи! Кора дуба - вот секрет, а ещё по утрам, добавленная в заварку, она укрепляет дёсны. Нотка кислоты - это бодрость и хорошее утро, а солёный чай... брр! Она как-то видела, как делают это по монгольскому рецепту: зелёный нерезанный лист, кипяток, соль и жир! Вспоминается с содроганием, но - факт, тоже чай... А ещё бывало так, что чай приобретал дополнительный компонент - сладкий, кислый, горький, безвкусный... о, это был совершенно особый чай. После него освобождались маноры - через день, неделю, месяц... иногда проходили годы. Менялись отношения голосов в парламенте, нужные сведения не оказывались на столе у премьер-министра. Лиз-которая-была помнила лица и фамилии - у неё была профессиональная память. Лиз-которая-чашка помнила составы и вкус. Лишь одно воспоминание промелькнуло у неё перед глазами - сухая, старческая рука, сжимающая "особую" чашку... госпожа делает глоток, и улыбается, одними глазами. А потом - неслыханное дело! - из той же чашки делает глоток она.

  "Я чашка" - опять сказала самой себе Челси и сосредоточенно кивнула. - "Я люблю, когда люди пьют чай. Когда глоток чая становится глотком хорошего настроения." Ну, раз всё понятно, то - за работу, Лиззи, за работу! У каждой чашки есть хозяин, и что за служанка, что оставляет хозяина и семью без чая? Безошибочным чутьём горничной отыскав, в какой из сумок лежит одежда, Челси отыскала себе... платье? Скорее - униформу. На горничную что-то не похоже. Цукумогами прислушалась - ага, есть! Гул голосов, шум небольшой кухни. Кафе или закусочная! Повезло! У неё будет много гостей, тех, кто, выпив напиток из качественных ингредиентов, подарит ей улыбку! А больше ей ничего и не надо - по крайней мере, пока!

  Проходя мимо зеркала в коридоре, мисс Челси мельком скользнула взглядом по своему отражению - и женский силуэт в одежде официантки закусочной приобрёл законченные черты. Если бы кто сказал Лиз, она бы удивилась, как причудливо в ней смешалась красота её основного прототипа, девушек и женщин, пивших её чай, пока она-служанка скромно стояла у стены с подносом и той миловидной японки, что проверяла на границе багаж. Таможенница искренне любила дорогой фарфор, а потому - распотрошила упаковку и минут пять вертела антикварную чашку девятнадцатого века в руках, пока её не подловил начальник и не сделал очередной выговор. Ей и невдомёк было, что страшная слабость и головная боль стали результатом активации жизни танатогенного аякаси - "обычная" таможня была уже за сплошной линией сенсорных барьеров Тсучимикадо. Это ещё повезло - "неправильная" активация могла и убить. Именно её касания и разбудили Лиз в начале. Потом, через десять дней, во время планового осмотра, один из магов первого клана будет проверять персонал, попавший в больницу, и тут же найдёт следы грубого ментального вмешательства... но поезд уже ушёл. Тем более, по мнению прикреплённых (в качестве наказания) к воздушному порту двух молодых магов (не группа быстрого реагирования - те, наоборот, были боевой элитной группой, а тут именно работа с персоналом), сообщать о недо-чп вообще не стоило - не хватало, чтобы ещё месяц штрафов "накидали" за разгильдяйство...

  - Слушай, я тебя ещё вчера хотел спросить, кто эта красотка-полукровка? - Лиз в клетчатой форменной юбке и ярко-оранжевой блузке успевала оказаться буквально везде: рядом с каждым клиентом, около реостата с кипятком, у посудомоечной машины... - И резвая какая, ты гляди!

  - А, брат нанял. - Отмахнулся нынешний владелец потомственного бизнеса, даже не глядя в сторону девы-дивы. - Хорошо, что он справляется с тем, что я на него переложил: отец совсем плох, а дядя неизвестно когда вернётся из этой своей "экспедиции".

  - Хе! Ну, твой младший братик явно нахватался деловых приёмов в этой своей Британии!

  - Ну а то ж! Ладно, слушай сюда мои мысли по поводу нового меню...

  Если бы в кафе зашёл экзорцист, его взору предстала бы благостная картина (конечно, если бы истинное тело Челси не попалось ему на глаза совсем уж в упор): тихо, мирно, никаких проявлений магии. Ведь для того, чтобы человек случайно забыл спросить документы нового работника и больше не вспомнил, нужно всего ничего: форменная блузка с вырезом и особый чай с тонким мятным оттенком и кислинкой!