Злыднев Мир. Дилогия (СИ) - Чекрыгин Егор - Страница 331

– …Приказывай. – Не дрогнувшим голосом сказал Торус, и лишь маленькая заминка перед ответом дала Аттию Бузме понять, чего стоил тому такой ответ.

– Видишь вон те ряды, столь некуртуазно повернутых в нашу сторону задниц? А вон того хмыря что прячется у них за спинами? Нам всего‑то и надо подобраться к нему на дистанцию выстрела, у пришпилить говнюка стрелой к ближайшей жопе…. Поедем вдвоем, остальные за нами, на расстоянии сотни‑двух шагов. Главное не привлекать внимания, противник даже если и заметит парочку всадников, не будет сейчас отвлекаться на нас, поскольку серьезной опасности мы представлять не можем. А Колдуна можно не опасаться. Он сейчас слишком занят попытками навести порчу на наших солдат. Я стреляю, а ты будешь прикрывать меня от случайных опасностей.

– …Но ты не должен ехать. – Вспомнил о своих обязанностях Торус. – Позволь я….

– Не позволю. – Отрезал Аттий Бузма. – Во‑первых, – он сможет отвести тебе глаза. А во‑вторых, – я стреляю лучше. В третьих, сейчас не время для споров. Поехали. Сказав это, Аттия Бузма не стал слушать дальнейшие возражения и двинулся в сторону вражеского строя. Он Чувствовал колдуна. Но старался не делать это слишком пристально, чтобы не всполошить того раньше времени. Потому и ехали они довольно неторопливо, петляя между холмами и старясь скрываться в складках местности.

Увы, выезжая из‑за очередного холма, они вдруг заметили разъезд конницы противника. А те заметили их, и с лихим свистом поскакали в сторону легкой, как им наверное казалось, добычи…. Захватить вражеского командира, (на Аттие Бузме были доспехи сотника), – верный способ заработать награду. Такой шанс не часто выпадает легкой кавалерии…. Но Аттию Бузме сейчас было не до всадников. Он взлетел на ближайший холм. Отсюда хорошо был виден вражеский строй и прячущийся за ним колдун. Все его внимание сосредоточилось на цели. Он и его конь, повинуясь желанию хозяина, вдруг превратились в отлитую из бронзы, конную статую. И даже роящиеся над конским крупом мухи и слепни не заставили благородное животное вздрогнуть или переступить с ноги на ногу, пока Аттий Бузма поднимал свой арбалет и прицеливался.

…Это был очень хороший арбалет. Тот самый что был взят с трупа убитого прошлой осенью Ловца. Но и дальность выстрела была предельная. Так далеко могли стрелять разве что споря, чье оружие метнет стрелу дальше…. На такой дистанции даже стальная коллопская стрела может быть сбита в сторону порывом ветра, или легкой, незаметной глазу кривизной своего древка. Слишком уж далеко находилась цель, чтобы даже опытный стрелок взялся поразить ее. Но Аттий Бузма знал что попадет. И он попал. Стальная черточка взмыл под облака, сверкнула оттуда молнией отраженного света, и точно опустилась на затылок врага…. Аттий Бузма почувствовал его смерть. Сначала всплеск боли и агонию. А потом, словно бы кто‑то провел влажной тряпкой по грязному стеклу, и в комнате стало чуточку светлее. Облачко колдовства, что окутывало вражеский отряд, стало стремительно таять.

…Соскочив с коня, Аттий Бузма успел трижды зарядить арбалет и выстрелить по подъезжающим всадникам врага. А на встречу тем уже летел Торус, под которым даже специально подобранный строевой конь казался маленьким осликом. Аттий Бузма тоже вскочил в седло и пришпорил своего застоявшегося жеребца, набирая разгон по склону холма. На душе вдруг стало легко и свободно, словно бы он уже победил. И дорвавшись до драки, наш герой на несколько мгновений забыл в упоительной круговерти схватки все заботы и печали Командующего.

– Вот видишь. – Весело сказал он Торусу, спустя минут пять, глядя в спины своих телохранителей бросившихся в погоню, за несколькими избежавших их мечей, улепетывающими противниками. – Всего‑то делов. Мы прошли сквозь этих сопляков как раскаленный нож сквозь масло. Кто сможет устоять против таких рубак как мы с тобой?

– Случайная стрела, дротик, или один удачный удар, может прикончить любого лихого рубаку. – По прежнему недовольно ответил Торус. Не следует тебе самому лезть в битву! …Ты хоть в колдуна‑то попал?

– А ты еще сомневаешься? – Конечно попал!

– И он что, – мертв? – В голосе Торуса слышалось вполне объяснимое недоверие.

– Торус. Разве ты не слышал рассказов о Великом Аттие Бузме, – убийце колдунов?

– Ну, мало ли что люди болтают…. Так эти колдуны….????

– Их можно убивать…. Не так‑то просто, но можно. И мы их убьем. Потому что Солдат Империи обязан победить любого врага! – Это сказал не я. Так написано в Уставе. …Но сейчас надо отходить назад. У меня еще много дел. Гуди в рог, Пусть наши ребята возвращаются…. Я думаю, все будет хорошо.

Глава 18

– Ну ты пролез?

– Почти…..

– Я же говорил тебе что ты слишком большой…..

– Когда придет пора браться за мечи, ты вряд ли станешь жаловаться на это….

– Эй, Дядюшка, ткни его там кинжалом, а то нам придется торчать тут еще неделю, пока он не похудеет….

– А ща ткну!!!! – Торус зашипел пострашнее рассерженной гадюки. И задвигав не хуже той же гадюки телом, умудрился пролезть сквозь узкое место.

Следом за ним, кажется даже в этой тесной норе умудряясь лишний раз не касаться стенок, проскользнул дядюшка Кастий. – Мы еще в Порту? – спросил он внимательно оглядывая подсвеченный ниже факелом Аттия Бузмы люк.

– Нет. Уже на складах, позади Рыбных Рядов….

…. Когда Аттий Бузма со свитой подъехали к поместью Кровавый Ручей, ставшим крепостью, тут уже вовсю кипела работа. Туда‑сюда носились легионеры, ополченцы, возчики обоза, подсобные работяги…, и какие‑то вообще уж непонятные личности. Все это напоминало хаос. Но уже немало познакомившийся с жизнью и порядками легионеров Аттий Бузма, был уверен, что этот хаос вполне упорядочен и осмыслен. Как правило, за пять‑шесть лет своей службы, каждый легионер участвовал в постройке нескольких сотен подобных лагерей, и каждая операция была четко распределена между исполнителями и отработана до мелочей. Потому‑то, для построения обычного лагеря, Командующему Легионом, достаточно было только встать на то место где разместиться его палатка, и отдать команду, – «Ставить лагерь». А дальше закрутится обычная круговерть. Первая Шестая, Одиннадцатая и Шестнадцатая тысячи разойдутся по углам будущего лагеря, отсчитав должное количество шагов в нужных направлениях, и между этими углами мгновенно начнется копаться ров, отсыпаться вал, вязаться и ставиться рогатки, и вбиваться частокол…. Потом поставят палатку Командующего и Жреческий Шатер, потом…. Не пройдет и двух часов, как на некогда пустом месте будет находиться небольшая крепость. Но горе тому, кто вздумает эту крепость штурмовать….

…В случае же, если ситуация требует особого подхода. Если Лагерь ставится в условиях боя, или требует особого укрепления, Командующий распоряжается работами через своих вестовых, и под его начальствующим взглядом, лагерь ставится вдвое быстрее и получается куда более неприступным.

Глядя на то, как только‑только вышедшие из боя легионеры…, неполными десяткам и сотнями…, подчас с окровавленными повязками на теле, – мгновенно строят два сдвоенных лагеря, Аттий Бузма почувствовал как его сердце наливается уверенностью. Кто бы там не были эти колдуны, и какие бы там заклинания не выучили, – Империя это стальная машина, сокрушить которую никакими трюками‑заклинаниями не получится. Империя перемолола уже тысячи своих врагов…. Перемалывала феодальные владения, царства, и даже другие, якобы империи…. Перемалывала племена диких варваров, и народы претендующие называться цивилизованными…. Империя перемолола всех и испекла из этой муки Себя! И горе колдунам, позарившимся откусить от этого каравая хоть кусочек….

– Командующих Шестым и Вторым ко мне…. – Начал распоряжаться Наследник, зарядившись бодростью и энергией при виде столь явного доказательства несокрушимости Империи. – Они уже появились?

– Командующий Второго уже тут…. – Доложил кто‑то из дежурных тысячников…. – Командующий Шестым еще со своими людьми.