Древо Мира Грез (СИ) - Оленик Виктория - Страница 64

— Потом расскажешь! — нетерпеливо махнул рукой черноволосый. — Пошли, пока вас не прибили!

Вполне мудрое предложение.

Я смотрела на звездное небо и подводила итоги сегодняшней вылазки. Из плюсов — теперь мы точно знаем, что Накия и Край ни при чем. Хвастаться они, конечно, любят, но хвастовством все и ограничивается. Если, конечно, я правильно поняла фразы Накии. Из минусов — потраченные нервы и то, что мы до сих пор ничего не знаем.

— А где твой отец? — я поежилась от ветра и посмотрела на Линда. — Тебе придется многое объяснить, ты же это понимаешь?

— Да, — глухо ответил Линд и с болью посмотрел на меня. Он молчал, явно не желая выдавать свои тайны, я же молчала, потому что надеялась узнать правду. Я не выдержала первой:

— Твой род… почему ты отказался от отца? Нерос рассказал, что ты отвернулся от него в угоду деньгам, но я хочу услышать от тебя правду.

— Может быть, это и есть правда? — довольно грубо оборвал меня черноволосый. — Может, я мечтаю о богатстве и мне так удобнее? Подумай об этом.

— Я в это не верю, — твердо отрезала я. — Ты не такой.

— Откуда ты знаешь?

Он повернулся и в упор посмотрел на меня. Вел он себя грубо, если не сказать — враждебно. Меня всегда, с самого начала, бесила эта маска надменности и равнодушия, которой он так умело прикрывался. Вздохнув, я покачала головой.

— Знаю и всё. Не увиливай от ответа. Почему?

— Ты мне так доверяешь… но я… — Линд закрыл глаза, будто пытался отгородиться от меня. — Не надо доверять так людям, Весс. Иди домой.

— Линд…

— Я познакомлю тебя с отцом, — Линд неожиданно отвернулся. — Боюсь, ты отвернешься от меня, но я должен.

Больше ни слова не говоря, черноволосый быстро пошел вперед. Я не стала его догонять. Пусть идет, сегодня был нелегкий день. Правду я всегда успею узнать, разве нет?

— Ты ведь не отвернешься от него? — с тревогой спросила Дзинь. — Нет?

Я подозрительно скосила глаза на мелкую, нервно теребящую мою сережку, и фыркнула:

— А что это ты так за него переживаешь?

— Он нравится тебе, — тихо ответила фейка. Вот еще!

— Он мне друг.

Фейка изогнула сережку так, что ухо заболело, и язвительно протянула:

— Верю тебе, как гному, Весс! Щас пыльцой посыплю, будешь знать! Не забывай, что я чувствую многое из того, что ты чувствуешь, я же твоя спутница.

Я вздохнула. Если мелкая вбила себе что-то в голову, понадобится Иста со сковородкой, чтобы это что-то выбить.

— Ты ошиблась, мелочь крылатая! — усмехнувшись, я побрела вперед. Хотелось домой, под мягкое одеяло, к книгам и музыке… лишь бы забыть о собрании и всех этих тревогах, да и о том, что скоро день рождение.

Мой дом уже виднелся вдалеке — этакое белое пятно на фоне черного бархатного неба. Я пошла быстрее, в голове уже попивая чаек и валяясь на кровати. Дорога стелилась под ноги, освещенная мягким светом фонариков, развешанных на протяжении всего пути, так что я даже не свалилась ни в какую яму. Вообще-то, иногда со мной случаются всякие досадные случайности.

— Весс? — фейка дернула меня за сережку, выдергивая из прекрасных грез в темную ночь. Я замедлила шаг, внимательно осматриваясь. Что там мелкая опять заметила? Лично я ничего подозрительного не видела. Почти пустая дорога, деревья, чья-то фигура впереди…

Я остановилась и присмотрелась. Нет, ничего странного, конечно: Великие — пташки ночные, но мало ли.

Фигура шла ко мне, и я до боли прищурила глаза, чтобы ее разглядеть.

— Алигара? — я нахмурилась и пошла женщине навстречу. — Алигара!

— А, Весея! — Алигара испуганно отшатнулась и затравленно посмотрела по сторонам. У меня сложилось противное чувство, что меня она хотела видеть меньше всего. — А ты что тут делаешь? Да, конечно, не мое дело, но…

— Гуляю, — быстро соврала я, гадая, что же понадобилось столь высокопоставленной персоне в учебном корпусе. — Простите, я… — я замялась, не зная, что еще сказать приемной матери Линда и, не найдя ничего лучше, выдавила: — Рада была вас встретить!

— Конечно, — Алигара сосредоточенно кивнула, но ее глаза выдавали беспокойство. Чуть улыбнувшись, я прошла мимо нее и быстро-быстро пошла вперед. Странная какая-то эта Алигара. Не мое дело, правда — может, она тут с кем-то встречалась, но все равно странная.

Я взбежала по лестнице и распахнула дверь. Наконец-то дома! Щелкнув по флакону со светом, я уже хотела было осуществить свою мечту о чашке чая и теплой кровати, но застыла на месте с раскрытым ртом.

Вся комната была перевернута вверх дном. В первый момент мне показалось, что здесь пронесся маленький тайфун: стулья на полу, стол сдвинут от окна, все ящики вывалены на пол, будто кто-то очень торопился что-то найти. Но что можно у меня найти такого ценного, что ради этого можно перекопать всю комнату?! Даже постель — и та вся перевернута, аж в узел скомкана! Пропасть подери, да что это такое?!

Книга! Я метнулась к полкам, но фиолетовая книга стояла на месте. Стоило мне взять ее в руки, как я уверилась, что это та самая. Но что еще можно у меня искать?!

— Ничего себе! — присвистнула фейка, влетая в комнату. — Это Иста так веселится?

— Иста! — почти прорычала я, но гном не отозвался. — Пропасть, но зачем все это?!

Я задумалась, в то же время расставляя книги на полках. Да нет у меня ничего ценного, просто нет! Да и все вроде на месте, разве что перевернуто до состояния однородной массы. Но должна же быть…

Я застыла с книгой в руке. Две картинки вдруг встали друг за другом, будто рядом и стояли.

Алигара.

Да нет, ну не может быть! Ей-то что здесь понадобилось? Но почему-то в голове упорно стояла картинка нашей с ней встречи, ее затравленный взгляд и…

Бросив книгу на полку, я решительно вышла из комнаты.

— Ты куда? — Дзинь полетела следом за мной, отчаянно хлопая крыльями и старательно разгоняя полумрак.

Алигара это или не Алигара, но в любом случае, надо кому-то рассказать, что произошло. Кто на эту роль подходит больше, чем жена главного в Акдемии человека?

— К Алигаре, — хмуро призналась я. — Хочу кое-что спросить.

Я стояла перед домом Алигары и набиралась решительности. Обычный белый домик, в который я так стремилась попасть еще пять минут назад, теперь наводил на меня тихий ужас. Одно дело решить, другое — сделать.

— Давай я слетаю, я умею шантажировать! Что нам надо? Полмира хватит? — Дзинь мечтательно болтала ножками в воздухе и периодически зевала. Зевнув пятый раз за минуту, она встрепенулась. — О! Я придумала! Чего там мелочиться?! Давай сразу весь мир!

— Чего уж там, Дзинь, давай сразу Вселенную, — я мотнула головой и сжала кулаки. Сейчас или никогда. А что такого? Мимо проходила, и вдруг захотелось пообщаться. Не убьют же меня на месте? Да и какой смысл бояться таких мелочей, если, может быть, впереди меня ждет вечность в зеркале.

Решив, что стыд — ложный страх, я перекинула сумку на другое плечо, поправила волосы и быстро взбежала по белоснежным ступенькам крыльца. Алигара точно мне не обрадуется, особенно когда узнает, что я толком так и не придумала, как начать разговор. Но отступать уже поздно, не возвращаться же домой. Я после этого окончательно перестану уважать себя: все-таки какая-никакая, а я Великая, а Великим не пристало поджимать хвост и убегать при первой же опасности.

Я горько усмехнулась: похоже, до настоящей Великой мне, как пешком до Диких Земель.

— Я скоро поседею, — проворчала фейка, выдергивая меня из тяжких размышлений.

— Не ворчи, мелочь пузатая, — я встряхнула головой и постучала. Будь, что будет, мне уже все равно.

Дверь распахнулась моментально. Меня тут будто ждали.

— Время посещения с семи утра до восьми вечера, — уже знакомая мне женщина хмуро осмотрела меня с ног до головы: узнала, видно, но, повертев головой и не обнаружив Линда, сердито поджала губы. — Приходите завтра.

Она уже было собиралась захлопнуть дверь — и это прямо перед моим носом! — но меня что-то дернуло, и я проворно поставила ногу между дверью и стеной.