Древо Мира Грез (СИ) - Оленик Виктория - Страница 76

— Вкусный пирог? — она приподняла бровь и усмехнулась.

Я вздрогнула. Вот пропасть! Да нет, она ну точно никакой не человек в маске!

— Хочешь спросить, откуда это у меня? — она проворно схватила мою руку и перевернула ее рисунком вверх. — Я потратила годы, чтобы найти убийцу! Но он так хорошо прятался, — она медленно выпустила мою руку и покачала головой. — А мы все его знали. У твоего друга большие секреты, моя милая! Не попадись, как когда-то попалась его мать!

Я неожиданно разозлилась.

— Вы ничего о нем не знаете! — я нахмурилась и решительно обошла Клариссу. — Я знаю о нем побольше, чем вы!

— Его отец убивал, и он…

— Нет! — я резко развернулась и в упор посмотрела на женщину. — Не надо обвинять его в том, о чем вы понятия не имеете! Все не так просто! — я вдохнула воздуха и уже мягче добавила. — Он принес мне клятву эльнолвов, он не причинит мне вреда. Вы напрасно его обвиняли.

Кларисса побледнела и нахмурилась. У нее было такое лицо, будто я открыла какую-то страшную правду: настолько потрясенное, разочарованное, что я тут же пожалела о своей вспышке.

— Но как же… он же говорил, что ему… — она растерянно потерла лоб и покачнулась. — Но тогда… кому достались картины?

Картины? Я настороженно подошла к женщине и заглянула в ее глаза.

— О каких картинах речь?

Кларисса замялась и молча уселась в кресло: видно было, что она мучительно хочет рассказать, но почти столь же мучительно рассказывать боится. Я терпеливо ждала ответа, но тишина становилась все глубже и безнадежней, и в какой-то момент я уже отчаялась получить ответ.

— Расскажи ей, — фейка вылетела из-за пирога и необычно серьезно посмотрела на Клариссу.

— Я так и знала, что ты с ней, — Кларисса подняла голову и в ее карих глазах мелькнула печаль. — Мне жаль, что так получилось, Дзинь. Если бы я только знала, на что тебя обрекаю…

Этого не ожидала уже я. Испуганно хлопнув глазами, я вцепилась за стол, чтобы не упасть. Фея — моя фея! — знакома с Клариссой?!

— Все в прошлом, — грубо отрезала Дзинь. — Теперь расскажи, ты знаешь, что я не могу! Расскажи ей о… — фейка открыла рот, но не смогла произнести ни слова, будто кто-то или что-то мешало ей говорить. Оставив попытки, она устало вздохнула. — Расскажи.

Кларисса побледнела, опустила голову, растерянно поправила складки на платье… потом, будто вспомнив наконец о гостеприимстве, указала рукой на стул. Молодец, люблю вежливых людей! Кинув взгляд на фейку, я села. Почему-то я почувствовала себя преданной и обманутой — и кем?! Дзинь, которой я доверяла больше всех на свете!

— Рассказать… — Кларисса тяжело вздохнула и еще раз разгладила складки на платье. — Рассказать… Но с чего начать? Ох, Создатель! — она посмотрела на меня. — Это было очень давно, дочь Лейти. Я была молода, глупа… наивна. Мне нравилось играть во взрослые игры, в игры под названием власть, сила, эгоизм, — она встряхнула головой и откинулась на спинку кресла. — Ты, наверное, осудишь меня и будешь права. Но прошлого не изменить, как бы мы ни старались. Мне только жаль, что ты так поздно пришла. Поверь мне, я знаю, через что должны пройти проводники. Линд — он не знает, он ничего об этом не знает.

— Вы проводник?! — я аж подпрыгнула. — Я думала, что…

— Редкий дар? — понятливо кивнула Класрисса. — Да ты права, Весея. У меня лишь отголосок дара, мой дар вот, — она обвела круг рукой, — пространство. Я выбила дар проводника у другого человека… но он оказался слабеньким, меня хватило только на фею. Видишь ли, нашему предводителю…

— Аглосу, — миролюбиво подсказала я, отчего Кларисса побледнела и запнулась.

— Д-да… ему. Он был огненным[87], понимаешь? Ему необходим был кто-то с доступом в мир грез, с доступом к Древу, но этот дар даже в перечне даров не учитывается… мы никого не нашли. Ты хоть знаешь, что такое Древо?

Еще бы не знать! Я посмотрела на рисунок и содрогнулась. При одной мысли об этих рисунках у меня аллергия начинается!

— Хорошо, значит, знаешь ты больше, чем я ожидала, — Кларисса задумчиво посмотрела в окно. — Ну так слушай же. Был один способ обойти все запреты, взломать замки на границе миров, но для этого нужен был один предмет, которого у нас не было. Мало того, мы не могли до него добраться. Это были ветки Древа. Ты добралась?

Сказать, не сказать? Я сощурилась и махнула рукой. Не стоит всем рассказывать, что и как я делаю: знать бы, кому можно доверять, было бы легче, а так…

— Продолжайте.

— У них есть одно свойство, — Кларисса странно на меня покосилась, но, видно, решила не травмировать свою нежную психику разборками со всякими детьми. — Они притягиваются обратно к Древу, их тянет обратно. Разумеется, перейти границу они не могут, а вот стать дверью в мир снов запросто. А Аглос… был мастером, он рисовал потрясающе! Эта идея могла только ему в голову прийти, — она зажмурила глаза, словно попыталась воскресить перед собой неземной образ Аглоса, и вздохнула. — Да, он талантлив до сих пор. Что есть, то есть. Иногда мне хочется служить ему, но то, что он сделал с моей сестрой… О чем я? Ах да! Ну так вот. Я подружилась с феей, выманила ее…

— Это была ты? — я посмотрела на фейку, и та печально кивнула.

— Я тогда не задумывалась о том, что делаю, — Кларисса тоже посмотрела на фейку и покачала головой. — Этакое развлечение. Кто же знал, что из-за меня ее вышвырнут из народа умирать?

— За это, — фейка особенно выделила это слово, — надо сразу убивать. Я себя никогда не прощу! Хотела бы я все вернуть назад… все-все! Да, хотела бы… это невозможно.

— И я бы хотела, — искренне откликнулась Кларисса. — С тех веток… — Кларисса отвела взгляд от феи и посмотрела на меня. — Я обманула твою спутницу, Весея, выманила ветки. И Аглос нарисовал две картины, в холст мы вплели части этих веток… Я их, как сейчас, помню: зал с зеркалами и черное стекло. С этого все и началось…

Я нервно сжала руки и против воли подалась вперед. Зал с зеркалами. Картины! Это об этих картинах говорила Таура?! Тогда все становится понятным!

Создатель, я должна их найти. Во что бы то ни стало. Где угодно, у кого угодно, какой угодно ценой!

— Кому они остались? Они у Аглоса? Я видела у него одну картину, там были какие-то феи…

Кларисса задумалась и потерла виски. Такое чувство, что новость ее озадачила.

— Ты видела Аглоса?

Выглядела женщина влюбленной по уши. Еще немного, и я взорвусь! Сколько можно?! Моя сестра умирает, а Клариссу волнует, видела ли я Аглоса! Еще бы спросила, как он выглядит и не притащить ли ему молочка!

— Где картины? — с нажимом переспросила я. — Где они?

— Не знаю! — Кларисса резко вскинула голову и удивленно округлила глаза. — Я думала, они у Линда! Лет шесть назад я видела его, меня провели в город Нерос с Линдом, и я… я спросила у него прямо, где картины, я хотела их уничтожить. Мы тогда крупно поссорились еще, он не отдал мне картины, сказал, что отдаст Линду…

Понятно. Значит, вот как. Я задумчиво приложила палец к губам. Если они не у Линда — а у него никаких картин нет, я уверена! — значит, у кого-то еще… Но не у Нероса же? Абсурд! Даже думать об этом не хочу и не буду, это все равно, что предать друга. Он никогда бы так не поступил ни с Таурой, ни, тем более, со мной. Он — солнце в человеческом обличье, от него теплеет на сердце.

— У Линда картин нет, — я вздохнула. — А больше он ничего не говорил? Аглос?

— Боюсь, это все, чем я могу помочь, — Кларисса развела руками.

Что ж. Я встала и подошла к окну. Буря бушевала, пригибала деревья к земле, по крыше стучал дождь… Я могу только благодарить Создателя за эту бурю. Когда бы я узнала, если бы не она?

— Дзинь, почему ты мне не сказала? — я повернулась. — Ты же знала, что это важно. Почему?!

Фейка опустила крылья и поникла.

— Я не могла… — едва слышно выдавила она. — Не могла…

— Ей запретили, — Кларисса с жалостью посмотрела на Дзинь и быстро посмотрела на меня. — Она действительно не могла, Весея. Ни указать на меня, ни упомянуть Древо Грез и его свойства… это как закон, что ли, у них?