Ближний Восток. История десяти тысячелетий - Азимов Айзек - Страница 50

Багдад

Династия Аббасидов сразу же перенесла столицу ислама подальше от Сирии Омейядов. Средоточие власти ислама перенесли в Месопотамию, которая еще раз стала правящим центром мировой империи.

Однако Месопотамия была также опорой шиитов, а Аббасиды не могли себе позволить слишком тесных связей с сектой меньшинства из страха вызвать отчуждение больших масс мусульман в других регионах.

Второй аббасидский халиф аль-Мансур ухватился поэтому за возможность разгромить наиболее крайние группировки шиитов. Те нашли нового вождя в лице Мохаммеда, внука Хасана, и он какое-то время сильно досаждал аль-Мансуру и даже завоевал священный город Мекку. В конце, однако, он разделил обычную судьбу потомков Али: он и его брат Ибрагим погибли в сражении.

Такие события делали Куфу все более неудобной для столицы, и аль-Мансур решил построить себе новую. В 762 г . он облюбовал место, занятое тогда незначительной деревушкой Багдад на правом берегу Тигра, примерно в 30 км к северу от Ктесифона.

Строительство Багдада означало медленную смерть Ктесифона, который в течение семи столетий был резиденцией Арсакидов и Сасанидов. Ктесифон использовался как источник строительных материалов для Багдада, и видимый памятник древней династии Сасанидов постепенно исчез с лица земли.

Багдад был величайшим городом из всех, которые видела Месопотамия, больше, чем даже Вавилон в пору его расцвета. На пике своего развития Багдад насчитывал, вероятно, два миллиона населения и какое-то время был величайшим городом мира. Халиф, правящий в Багдаде, простирал свой скипетр от Афганистана на востоке до современного Алжира на западе. (Марокко и Испания, расположенные еще дальше на запад, никогда не признавали власти Аббасидского халифата).

Аль-Махди, сын аль-Мансура, укрепил свое лидерство в исламе, признав суннитскую доктрину официальной доктриной. Шииты, которые живо сознавали свою роль в утверждении Аббасидов на троне, вынуждены были уйти в упорную и непримиримую оппозицию.

Наиболее славный, окутанный легендами период Багдада начался в 786 г ., когда на трон вступил сын аль-Махди. То был знаменитый Харун аль-Рашид, или Аарон Справедливый.

Мощь Аббасидов приближалась к своему апогею. Харун многократно нападал на Малую Азию, хотя, по-видимому, каждый раз в ответ на агрессивные действия византийцев. После одного такого акта агрессии Харун написал свой знаменитый короткий ответ византийскому императору: «Я получил твое письмо, сын неверного, и ты не услышишь мой ответ — ты его увидишь».

Каждая из кампаний Харуна в Малой Азии была успешной, и каждый раз византийцы были вынуждены кое-как штопать мир на тех условиях, которые могли выторговать.

Харун вошел даже в историю Западной Европы, ибо в 807 г . обменялся посольствами, дарами и цветистыми дипломатическими любезностями с Карлом Великим, который контролировал тогда часть Европы, занятую современной Францией, Германией и Италией.

Это было сделано не без причин. В те времена в Средиземноморье было четыре великие державы. Две из них были христианскими: Западная империя Карла Великого и Восточная империя со столицей в Константинополе. Две другие были мусульманскими: Аббасидский халифат Харун аль-Рашида и королевство Омейядов в Испании.

Карл Великий постоянно вел войну с Испанией Омейядов и был соперником византийского императора. Харун аль-Рашид постоянно воевал с византийцами и был соперником испанских Омейядов. Поскольку Карл и Харун имели общих врагов, они, естественно, выказывали взаим-ную дружбу, невзирая на разницу религий. Из такого совпадения интересов, очень часто встречающегося в истории, родились пословицы вроде: «Политика делает странных любовников».

Успехи Харуна на войне и его влияние в цивилизованном мире соответствовали просвещенному управлению и четко разработанной системе налогообложения и финансов. В результате империя процветала и, в общем, не проявляла недовольства.

При Аббасидах, избравших центром Месопотамию, чисто арабская элита, которая господствовала в первом столетии мусульманской власти, когда столицы были в Мекке и в Дамаске, начала уступать позиции. Мусульманская цивилизация начала приобретать все более и более глубокий персидский оттенок. (Хотя, конечно, язык Месопотамии постепенно становился арабским и таковым с тех пор и остался.)

Так, главными советниками ранних Аббасидов были члены благородной персидской семьи Бармесидов, покровителей искусства и литературы. Когда Харун аль-Рашид стал халифом, он сделал одного из членов этой семьи, Яхью, своим визирем, или первым министром. Джафар, его сын, стал приятелем и компаньоном Харуна.

Как любая семья, пользующаяся исключительными милостями монарха, Бармесиды возгордились (или так говорили их соперники). Враги множились, и со временем Харуна удалось убедить, что Бармесиды представляют опасность для трона. В 803 г . Джафар был казнен без всякого предупреждения, а другие члены семьи были брошены в тюрьму. Но хотя Бармесиды ушли, персидское влияние сохранилось и росло.

Репутация Харуна в потомстве покоится, однако, вовсе не на его реальных достижениях, но на его роли в легенде. Примерно через столетие после его правления безымянные собиратели начали соединять вместе волшебные сказки и рассказы о приключениях. Со временем коллекция выросла и включила множество легендарных рассказов о добром и великодушном Харуне, который со своим другом Джафаром бродил переодетым по Багдаду, устраняя несправедливости и исправляя зло.

Связующей нитью, объединявшей совершенно аморфное собрание сказок и легенд, стала царица Шахерезада, которая рассказывала эти истории ночь за ночью в течение почти трех лет. Отсюда и пошло популярное название всего свода «Тысяча и одна ночь», или просто «Арабские ночи». На Запад их впервые привез французский путешественник Антуан Галланд и между 1704-м и 1717 гг. вышло первое многотомное издание. Сказки стали сенсацией, а Багдад Харун аль-Рашида стал волшебным городом пурпурно-золотой легенды.

В 813 г . халифом стал младший сын Харуна аль-Рашида аль-Мамун. Он был человеком высокой культуры и находился почти целиком под персидским влиянием. Первые несколько лет своего царствования он провел в Персии и, кажется, планировал устроить там свою столицу. Возмущенным жителям Багдада пришлось взбунтоваться, чтобы вернуть его назад.

В Багдаде аль-Мамун создал академию, которая работала, в частности, над переводами и исследованием греческих научных и философских трудов, используя несториан как переводчиков. Халиф построил также астрономическую обсерваторию.

Мировое лидерство в науке тринадцать столетий назад, после Навуходоносора, перешедшее от Месопотамии к Греции, теперь вернулось, по крайней мере на время, обратно в Месопотамию.

Джабир, который жил в Куфе и в Багдаде во времена Харуна аль-Рашида, был одним из пионеров алхимии (сегодня мы назвали бы его химиком), равного которому не найти вплоть до современной эпохи. Аль-Хваризми (аль-Хорезми), работавший в Багдаде во времена аль-Мамуна, известен трудами по математике. Название одного из них дало нам слово «алгебра». Он также ввел новые символы чисел, изобретенные, по-видимому, в Индии. Этот индийский метод достиг Запада через мусульман. Со временем он заменил громоздкую систему римских цифровых обозначений. Мы еще пользуемся этим методом сегодня, и мы еще говорим об арабских цифрах.

В правление аль-Мамуна Аббасиды продолжали наращивать военные успехи. Например, были захвачены Крит и Сицилия. В целом, этот халиф, кажется, заслужил титул аль-Мамуна Великого, хотя он, в отличие от своего легендарного отца Харуна аль-Рашида, почти неизвестен широкой публике.

Халифы-марионетки

В 833 г . аль-Мамун умер и ему наследовал брат по имени аль-Мутасим. Этот последний совершил две важные и губительные ошибки.

Он соблазнился примером монархов, которые, желая обеспечить собственную безопасность в смутные времена, нанимали отряды телохранителей, лояльных только к самому монарху. Для повышения эффективности такого отряда телохранителей набирали из чужих рас и отдаленных народов, которые не имели симпатий среди жителей столицы и поэтому не имели причин объединяться с ними против монарха.