Песни умирающей земли. Составители Джордж Р. Р. Мартин и Гарднер Дозуа - Хьюз Мэтью - Страница 138

Деревья тесно росли вокруг поляны — величественные кедры и толстенные янтарники, украшенные кошенильными бликами. Северные мандрагоры напоминали хмурых жрецов в дымных балахонах. Но вечерний Фейдер — западный ветер — нес приятный аромат ванили, исходящий от длинной глиняной трубки, которую передавали друг другу трое саблезубых, немыслимо черных, словно обугленных, людоедов-деоданов. Они курили и улыбались, радуясь Эвилло и приглашая его на ужин — в качестве главного блюда.

Свет дня угасал. Самый высокий деодан приблизился к Эвилло и заговорил:

— Какая радость, что ты вышел на нашу поляну. Я и мои друзья вот уже несколько дней не ели вкусненького. Последний из наших, скажем так, гостей оставил нам эту трубку и мешочек с травами. Такое бескорыстие! Мы получили массу удовольствия.

Эвилло поднял глаза на деодана.

— Как кстати ты заговорил о дружбе. Боюсь, мой собственный друг, ну, такой толстяк по прозвищу Громадина, где-то отстал. И я уже скучаю по нему, он такой приятный человек, и ростом хоть и не с дерево, но в обхвате наверняка втрое толще любого ствола.

Деодан, похоже, заинтересовался.

— Неужто? Как жалко, что он запаздывает.

— Ну, наверное, он уговаривает двух других наших приятелей, Гиганта и Толстяка, присоединиться к нашей прогулке.

— Ну что ж, — победоносно ухмыльнулся деодан, — в ожидании твоих превосходных сотоварищей мы можем начать трапезу с легкой закуски. Идем! Мы настаиваем на твоем присутствии, — в сущности, оно просто необходимо. Слово даю, мы с неменьшей радостью встретим твоих друзей, когда они появятся.

— Вот огорчение, — опечалился Эвилло. — Если я не произведу определенное действие, Громадина, Гигант и Толстяк не появятся. Позволь объяснить. Обратил ли ты внимание, что я прибыл сюда несколько необычным образом? Я умею перемещаться из одного места в другое в мгновение ока. Громадина тоже обладает этой способностью. Однако он отчего-то стал жертвой глупой привычки — всегда требует, чтобы я, достигнув любого места назначения, проводил довольно-таки хлопотный ритуал. И если я поленюсь, он почувствует это издалека — и не последует за мной. Как и прочие мои увесистые друзья.

Тут к собеседникам приблизились два других деодана. Они, убрав трубку, элегантно уселись на ближайшие пни, и один из людоедов пропел коротенькую песенку:

— И в чем же заключается этот ритуал? — поинтересовался второй.

— Ох, он такой утомительный, — вздохнул Эвилло. — Наверное, стоит все же пренебречь им. Давайте просто приступим к еде. В конце концов, трое столь крупных мужчин, как мои друзья, наверняка уничтожат ваши припасы.

— Вовсе не обязательно, — заверил «гостя» первый деодан. — Нет-нет, мы просто жаждем встречи с ними. Убедительно прошу тебя провести обряд. Мы терпеливо подождем, постоим рядышком.

— Увы, я вынужден попросить вас помочь. Хотя нет — это же ниже вашего достоинства! Давайте лучше начнем с закуски — какой бы скромной она ни была.

— Да нет же, нет. Не сомневайся — мы очень хотим помочь тебе.

Два других деодана с энтузиазмом закивали, соглашаясь.

— Что ж, отлично, тогда я должен завязать вам глаза вот этими полосками, оторванными от моей рубахи, — да-да, обязательно частью моей одежды, иначе Громадина откажется перемещаться сюда. Вот. Не слишком туго? Теперь все мы должны лечь лицом вниз и считать до ста. По очереди. Сперва вы, господин. Потом вы, а потом уже вы. Я считаю последним — ибо того требует мой упрямый друг.

Деоданы улеглись ничком, уткнувшись носами в землю.

К этому времени лес потемнел, обретя выразительные оттенки коучикского эля и фиалок Мендоленса. Прислонившийся к дубу Эвилло притворился, что тоже лег.

— Теперь мы все заняли исходную позицию, — сообщил он деоданам. — Последний совет: не начинайте отсчет, пока я не дам сигнал. Громадина такой обидчивый. Закончив же считать, не шевелитесь и тем паче не озирайтесь, не дождавшись, когда я завершу обряд, — только после этого к нам присоединятся Громадина и другие. И знайте, что Громадина из-за своей чудовищной массы так нарушает равновесие, когда переносится куда-либо, тем более в компании, что его низвержение чревато серьезной опасностью, особенно для глаз — потому-то я и воспользовался повязками. Прижмитесь получше к земле. Ждите моих сигналов. И примите тысячу извинений за причиненное неудобство.

Эвилло сделал паузу. Небо стало черным, как чернила, лишь Лиралет еще виднелся в непроглядном мраке.

— Начнем! — скомандовал юноша и тут же, на цыпочках, шмыгнул в лес.

Он бежал и считал про себя, но, не дойдя и до пятидесяти, услышал шум погони.

Вдруг над его головой раздался тихий, жалобный зов. Ухватившись за сук дерева-великана, Эвилло стремительно взобрался как можно выше.

Обладатель негромкого зовущего голоска уставился на него, прищурив крохотные светящиеся глаза. Это был твк, возле которого в листве прихорашивалась его стрекоза.

— Расплатиться за услугу, — заявил твк, — ты можешь солью.

— У меня нет соли. И за какую услугу?

— Я в беде, — пояснил твк. — Стаи моих родичей недавно оказались заманены к северным границам — им было обещано нескончаемое количество соли, — и сделал это противный маг Пендат Баард в своих вечных поисках Немеркорила. Много чего потребовал он от нас. А когда настало время платить, он направил нас на морской берег, посоветовав выпаривать волны прилива.

— Грустно слышать это, — прошептал Эвилло, — но помолчи минутку, пожалуйста, если можешь. Мои преследователи рыщут внизу.

Твк скосил глаза на троицу деоданов, которые, освещенные одинокой звездой, обнюхивали древесные корни, то и дело пристально всматриваясь в переплетение ветвей.

— Возможно, мне следует выдать тебя им, — протянул твк. — Деоданы иногда носят соль — чтобы вялить не слишком вкусных жертв.

По руке Эвилло пополз зловещий холодок. Он в смятении опустил взгляд — и обнаружил Хисс. Хисс, выросшую за время их разлуки до размеров кошки.

Внизу зашлепали ноги — деоданы пробовали влезть на дерево.

— Сдержи удивление, — посоветовала Хисс новым, брюзгливым тоном. — Нам нужно немедленно уходить. Из-за твоей глупости мы не только в очередной раз разминулись с целью, но и разделились во время путешествия. Нужно снова прибегнуть к самопереносу. Но на этот раз, ради всех пяти демонов Лумарша, думай только о безопасном месте — и, желательно, синем.

В голове Эвилло разом стало пусто. Но они с Хисс уже пульсировали, тела их распадались на атомы.

И вдруг, словно из ниоткуда, воспоминания о синеве наполнили мысли юноши — и он истолковал их как указание на еще одно временное прибежище Кугеля: таверну «У голубых ламп», ту, что была на юге, в Саскервое.

Какое же недовольство посетителей вызвало появление двоих путников, влетевших в гостиницу через высокое закрытое окно и упавших в зал вместе с градом сверкающих осколков!

Не без труда Эвилло с Хисс вылезли из огромного блюда с жареной курицей и тушеными цыплятами в земляничном соусе. Твк и стрекоза, тоже угодившие под действие самопереноса, тут же набросились на солонку.

Появился хозяин — наверное, Краснарк, тот самый, который, если верить Сказителю, встретил Кугеля. Сердито смотрели из-под густых бровей черные глаза, и тонкий шрам на лбу верзилы-трактирщика не предвещал ничего хорошего.

— Неужели мне никогда не избавиться от этих невероятных вторжений? С той роковой ночи, когда парочка негодяев затеяла здесь свою грязную игру, мерзость которой открылась мне лишь позже, беды так и сыплются на гостиницу!

— Это правда, — подтвердила пышногрудая дама в вишневом переднике, лучезарно улыбаясь Эвилло, несмотря на его необычное, сопровождавшееся разрушениями появление. — Бедного Краснарка оглушила невидимая сила, так что он угодил в нижнюю кладовку, много чего разбив и разлив — на целых девятнадцать флоринов! Кроме того, одного богатого резчика цапнул за ногу сбежавший из бака краб-сфигал, у некоторых мужчин оказались посечены бороды, потом возникли проблемы с освещением, и еще один господин провалился в отхожую яму.