Замок и ключ - Дессен Сара - Страница 53

— Не надо, я сам с ними поговорю, — сказал Нейт. — Объясню, что это моя ошибка…

Мистер Кросс покачал головой.

— Нет! — процедил он сквозь зубы. — Достаточно того, что ты ничего не можешь сделать правильно, и будь я проклят, если разрешу тебе признавать свою некомпетентность перед клиентами с таким видом, словно ты этим гордишься!

— Я не горжусь, — выдавил Нейт.

— Ты — что? — требовательно спросил мистер Кросс, шагнув ближе и пнув бутылку с жидкостью для мытья стекол, которая отлетела к газонокосилке. — Отвечай!

Я, затаив дыхание, смотрела, как Нейт собирает разбросанные банки и бутылки. Мне было ужасно его жаль, а еще я чувствовала себя виноватой за то, что подглядываю. Когда Нейт заговорил, его голос звучал совсем тихо.

— Я не горжусь.

Секунду мистер Кросс просто смотрел на Нейта, затем покачал головой и произнес:

— Знаешь, ты мне отвратителен. Глаза мои на тебя не смотрели бы!

Он повернулся и пошел к двери. Я торопливо отступила назад и шмыгнула в ванную. Там, в темноте, я прислонилась к раковине, сердце громко бухало у меня в груди. Отец Нейта ходил по кухне, выдвигал и задвигал ящики, хлопал дверцами шкафов. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем я услышала, как от дома отъезжает машина. Подождав для верности пару минут, я вышла из ванной. Меня всю трясло.

На кухне ничего не изменилось, мои пироги лежали там, где я их бросила. За террасой и забором виднелся дом Коры, залитый светом, такой же, как раньше. Я знала, что меня ждут с пирогами, и на миг мне захотелось вернуться к гостям и присоединиться к всеобщему веселью, уйти из этого дома, забыв обо всем, что здесь произошло. Еще совсем недавно я бы так и поступила, но сейчас распахнула дверь в гараж и отправилась на поиски Нейта.

Он сидел на полу: собирал осколки стекла и кидал в мусорное ведро, и какое-то время я просто стояла и смотрела. Затем отпустила дверь, и она негромко хлопнула. Нейт поднял голову.

— Привет, — сказал он весело.

«Просто я умею скрывать», — прозвучал у меня в ушах его голос.

— А что с обедом? Ты решила не зачитывать благодарственный список и ушла в самоволку?

— Нет, я забыла про пироги, пришлось вернуться. Я не знала, что вы дома.

Лицо Нейта дрогнуло: он понял, что мне все известно.

— А, ясно, — произнес Нейт бесцветным тоном.

Я подошла ближе, присела рядом и тоже стала подбирать осколки. Воздух вокруг нас буквально искрился напряжением, словно перед грозой или после нее, когда все ионы в атмосфере перемещаются. Мне было знакомо это ощущение. Я его давно не испытывала, но хорошо знала.

— Так что здесь произошло? — осторожно спросила я.

— Ничего. — Он бросил на меня взгляд и сразу же отвел глаза. — Все нормально.

— Не похоже.

— Просто отец выпускает пар. Ничего страшного — основной удар принял на себя стеллаж.

Я сглотнула, перевела дыхание. Через открытые ворота гаража было видно, как по улице идет, держась за руки, пожилая пара в ветровках.

— И часто твой отец так?

— Роняет стеллажи? — уточнил Нейт, отряхивая руки над мусорным ведром.

— Разговаривает с тобой таким тоном.

— Нет.

Он встал и откинул волосы с лица.

— Знаешь, — медленно произнесла я, — мать иногда нас била, когда мы были помладше. Обычно Коре доставалось сильнее, но и мне порой перепадало.

— Да? — Он не смотрел в мою сторону.

— Она могла ударить в любую минуту. Это было ужасно!

Нейт помолчал, а затем сказал:

— Отец… в общем, у него вспыльчивый характер. Он всегда был таким. Взрывается, швыряет вещи, но потом быстро отходит.

— Он поднимал на тебя руку?

Нейт пожал плечами.

— Ну, может, пару раз, когда очень сильно сердился. Редко.

Он нагнулся, поднял стеллаж и придвинул к стене.

— Все равно, отец обращается с тобой слишком жестоко. Как он говорил, что ты ему отвратителен…

— Да ладно, это еще мелочи, — сказал Нейт, складывая банки на нижнюю полку. — Слышала бы ты его на соревнованиях по плаванию! Он был единственным родителем, которому запретили подходить к бассейну. Но разве отца остановишь? Он кричал из-за забора.

Я вспомнила парня, который подозвал Нейта на парковке.

— И поэтому ты ушел из команды?

— Не только. — Он поднял бутылку со стеклоочистителем. — Послушай, это мелочи. У меня все нормально.

Нормально. Когда-то я тоже так считала.

— А твоя мама знает?

— Она в курсе, что отец — сторонник строгой дисциплины. — Последние слова Нейт произнес с особым выражением, было ясно, что он слышал их не один раз. — Мама избирательна в обработке информации. Отправляя меня к отцу, она искренне полагала, что делает это для моего же блага.

— Какое же тут благо? — спросила я.

— Наверное, ты права, но что вышло, то вышло.

Он направился на кухню. Я молча следовала за ним, глядя, как он подходит к столу и берет ключ, который я вертела в руках раньше. В памяти промелькнуло ощущение тяжести на ладони, жест, которым Нейт забрал ключ и положил на стол, и я вдруг почувствовала себя частью происходящего.

— Ты должен кому-нибудь рассказать, — заявила я, когда Нейт сунул ключ в карман. — Даже если он не часто распускает руки, это все равно неправильно.

— И попасть под опеку социальных служб? Или отправиться к матери, которая и слышать обо мне не хочет? Нет, спасибо.

— Значит, ты уже думал об этом.

— Не я, Хизер, — сказал Нейт, вытерев лицо. — Страшно возмущалась, только не могла понять одного: мать избавилась от меня, а отец, по крайней мере, взял к себе. Так что мне и выбирать-то особенно не из чего.

Я подумала о Хизер, о том, как встретила ее в магазине, где мы покупали рыбок для пруда. «Я рада, что вы с Нейтом друзья», — сказала она.

— Она беспокоилась за тебя.

— У меня все нормально.

Я невольно отмечала эти слова всякий раз, когда он их повторял.

— До окончания школы осталось полгода, а потом буду работать в лагере, тренером по плаванию. После поступлю куда-нибудь учиться, и все.

— И все, — повторила я.

— Да, в колледж или куда-нибудь еще. Только бы уехать отсюда.

— И быть свободным как птица.

— Совершенно верно.

Нейт посмотрел на меня, и я вспомнила, как мы стояли здесь раньше, как он забрал у меня ключ. Впервые за много дней я испытала ощущение близости и удивилась: ни когда я жила одна в желтом коттедже, ни в самом начале моего пребывания у Коры мне не приходило в голову, что я подпущу кого-нибудь так близко.

— Я хочу сказать, — продолжил Нейт, — ты же терпела, пока жила с матерью, хотя тебе доставалось. Просто ждала, когда сможешь уехать. Ты меня понимаешь, да?

Да, так оно и было. Я мечтала стать свободной и до недавнего времени охотно бы согласилась с Нейтом. Но если бы я по-прежнему рвалась на свободу, сейчас бы меня здесь не было — сбежала бы раньше при первом удобном случае.

Но я осталась. Осталась потому, что больше не была той девчонкой, которая перелезала через забор ночью, думая лишь о том, чтобы поскорее смыться. Что-то изменилось.

Конечно, я могла бы рассказать Нейту об этом. О том, как я рада, что Хоникатты выдали меня, иначе я не оказалась бы у Коры с Джеми и не получила все, за что теперь благодарна, включая самого Нейта. И о том, как можно ошибиться, думая, что у тебя нет выбора и ты никому не нужен. Но после его признания это все прозвучало бы глупо, да я и не хотела ничего говорить. Шесть месяцев — недолгий срок, а меня и так часто бросали.

«Ты меня понимаешь, да?» — спросил Нейт. Ответ был только один.

— Конечно, — сказала я.

Глава 12

— Наконец-то! Слава богу!

В пятницу, после Дня благодарения, торговый центр открывался в шесть утра — сезон распродаж. Тем не менее Харриет потребовала, чтобы я пришла к половине шестого. Рановато, но я сумела в темноте подняться, прошлепать в душ и налить кружку кофе, который и прихлебывала, пока шагала по скверу, держа в другой руке фонарик. У входа в ожидании уже толпились люди в куртках с капюшонами.